Получив фельдмаршальский жезл, в Варшаве Суворов, предположительно, встречался с художником К. Бэконом, который в 1795 г. создал несколько миниатюрных портретов полководца.
Миниатюры Бэкона и портреты «типа Левицкого» стали основой рисунков английского художника Д. Аткинсона. В свою очередь, портреты Аткинсона были использованы авторами многочисленных гравюр (например, Д. Уокером). В 1799 г., перед отъездом Суворова в европейский поход, Ксавье де Местр написал миниатюрный портрет фельдмаршала. Портрет утрачен, но ему мы обязаны изображениями Суворова на гравюрах А.Осипова. В Вене парадный портрет полководца написал известный художник Крейцингер, впоследствии дважды повторивший суворовский портрет с некоторыми вариациями. Современники считали, что Крейцингер «онемечил» Суворова, привёл его облик к европейским стандартам. Но Денис Давыдов высоко ценил крейцингеровский портрет, а строгую настороженность Суворова, облачённого в австрийский мундир, можно объяснить тем, что при дворе полководец и впрямь ощущал скованность. В Италии небольшой портрет Суворова написал неизвестный художник, уловивший одухотворённый суворовский взгляд. Простая белая рубаха, аннинский крест на груди… Идею этого портрета через много лет подхватит художник Николай Авенирович Шабунин (1866–1907), много работавший для музеев Суворова. У Шабунина суворовский взгляд вышел молитвенным. Мне по душе шабунинский портрет Суворова. Но вернёмся к прижизненным портретам полководца.
В Праге, в 1800 г., усталый Суворов позировал художнику И. Шмидту, чей портрет стал основой многочисленных подражаний и двух популярных гравюр — Н.И. Уткина и А.А. Флорова. Работы Бэкона, Аткинсона, Крейцингера и Шмидта стали каноническими для авторов посмертных парадных портретов Суворова — Фросте, Штейбена и др. В Англии, Германии, Франции, Австрии появлялись и суворовские портреты, не имеющие ничего общего с реальным обликом Суворова. Суворов на них напоминает «злого разбойника» Бармалея из иллюстраций Конашевича… Из портретов советского времени самостоятельным взглядом на Суворова поражает работа Н.М. Аввакумова (1908–1945), оконченная в 1941 г. Грозный старец всматривается в альпийские туманы, придерживает рукоять сабли… У Авакумова получился несгибаемый и суровый «Суворов в Альпах» — аскет, старец. Этот запоминающийся рисунок растиражирован на почтовых марках СССР. Нельзя не подчеркнуть: в сороковые годы Суворов был современен как никогда. Аввакумов воспевал советскую героику — и Суворов у него вышел олицетворением мужественности и силы. Святогор-богатырь!
Иностранцы нередко восхищались Суворовым. Но идеологи Запада предпочитали видеть в русском полководце угрозу. Для них он слыл варваром, вешателем, душегубом. Мы вскользь вспоминали о клевете на Суворова, которую фабриковали в Париже и в Лондоне. Зарубежные портреты, лишённые сходства, передают тамошние представления о Суворове. Спрос на изображения Суворова в 1799-м значительно превышал возможности художников, хотя бы однажды видавших русского льва. Предприимчивые англичане даже выдавали за портрет Суворова гравюру, изображавшую генерала Вашингтона. Более популярной была гравюра, изображавшая дюжего устрашающего усача с такой подписью: «Этот замечательный человек находится сейчас в расцвете жизненных сил. Он ростом 6 футов 9 дюймов (около двух метров. — А.З.), он не пьет ни вина, ни водки, ест лишь раз в день и каждое утро погружается в ледяную ванну. Он ничего не носит на голове ни днём ни ночью. Когда испытывает усталость — заворачивается в простыню и спит на открытом воздухе». А Суворов так любил за обедом выпить рюмку тминной! Да и ростом был невелик…
Отметим, что злые карикатуры на Суворова при жизни полководца публиковали не только французы, с которыми Россия воевала, но и союзники — англичане.
Самую известную из «суворовских» картин, несомненно, создал Василий Иванович Суриков (1848–1916) — «Переход Суворова через Альпы». Работая над своим эпическим полотном, Суриков создал несколько рисунков — портретов полководца. Фольклорный характер, когда между шуткой и подвигом пуля не пролетит — вот что такое Суворов Сурикова. «Переход Суворова через Альпы» — одно из основополагающих полотен русской живописи. Из тех, что выражают народную душу. Приступив к работе над суворовской темой, Суриков отправился в Швейцарию, в Альпы. Не только ради этюдов с натуры. Суриков хотел прочувствовать Альпы, уловить ощущения своих героев. Художник скатывался с крутых склонов, испытывая практикой сюжет задуманной картины. Спуск, полёт в исполнении Сурикова захватывают дух. Суворов с восторгом глядит на своих богатырей, а солдаты учатся у «отца-Суворова», который летит на рискованно скользящем рысаке. Солдаты-суворовцы на суриковской картине — не однородная масса: разные типажи, пёстрые костюмы. Это — народ, состоящий из самобытных характеров. Упрямый, непобедимый вдохновенный народ. Тот же сюжет в 1904 г. использовал А.Н. Попов. Полемизируя с Суриковым, Попов показал мучительные трудности медленного перехода. Всадник Суворов, укутавшись в отцовский плащ, с тревогой глядит в даль.
В длинном списке художников-баталистов, обращавшихся к суворовской теме, есть истинные энтузиасты Суворова, посвятившие полководцу лучшие годы творческой биографии. Это — А.И. Шарлемань, А.Е. Коцебу, А.Н. Попов, Н.А. Шабунин, Н.С. Самокиш, Н.М. Аввакумов, В.М. Бескаравайный, О.Г. Верейский… И эстетика русского XVIII в., и военная героика, и эксцентрический характер Суворова — всё пленяло живописцев. Всплески интереса художников к Суворову наблюдались на рубеже веков, в пору суворовских юбилеев и в 1940–50-е гг., когда тема ратного подвига была особенно актуальной. Активными заказчиками «суворовской» живописи были военные институты и музеи. Замечательную стилизацию парадного портрета выполнил в 1946 г. П.П. Соколов-Скаля.
Интерес иностранных баталистов вызывали европейские кампании Суворова — Польский, Итальянский и Швейцарский походы. Итальянцы, французы, австрийцы, англичане — художники стран, вовлечённых в Наполеоновские войны, — обращались к фактуре суворовских сражений. Разумеется, очень немногим удавалось создать полноценный образ Суворова. К. Жослин, Дж. Вендрамини, Строетти, Дюплесси-Берто, Гренье, Скотти, Кобель, Синглтон, Портер, Стейнлейн, Л. Гесс — далеко не полный интернациональный список баталистов, работавших над «суворовскими» гравюрами и картинами, впечатляет. Этот список скорее говорит о внимании Европы к Суворову, о важном политическом значении европейских походов русской армии, чем о творческих взлётах академичных баталистов. Русским художникам был гораздо лучше известен суворовский феномен — и потому отечественные интерпретации суворовского образа заслуживают более пристального внимания.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
