– Дерьмо, – честно ответила она мне в мыслеканале. – У меня способна выдержать танковый выстрел единожды, но при этом у меня… кости могут не выдержать, но вот в живых останусь. А у тебя автоматный выстрел единожды, причём выстрел из моего автомата эта броня не выдержит. А вот автоматы противника… ну да, может разок спасти. Надо найти тебе броню получше, а то для бойца Академии как-то не солидно.
Дальше мы бежали молча, я полностью погряз в своих мыслях, а Алиса – в своих. Пару раз мы останавливались, девушка приказывала мне прятаться, так как замечала что-то странное, что не замечал я, после чего мы слегка меняли маршрут. По всей видимости, нас пытались обложить, причём делали это весьма успешно, мы даже ещё не выбрались из леса, хотя петляли в нём два с лишним часа.
Когда мы оказались на опушке леса, Молния скинула мне собранные данные по противнику. Вокруг нас их было не меньше трёх сотен бойцов, в честном бою даже у Алисы не было бы шансов выдержать против них, так как даже у её брони есть прочность, а каждый выстрел из обычного автомата эту прочность снижал, сбивая с брони специальные частицы.
– Значит, со временем броня истончается? – уточнил я на всякий случай у девушки этот момент, чтобы самому было понятно.
– Не совсем так, – тут же поправила меня она. – Когда броня деактивирована, криптор собирает из внешней среды, а также из резервов, что скопились за выданные задания, специальные частицы, там какой-то сложный сплав металла. В пространстве, как ты можешь понять, таких частиц практически нет, будет отлично, если за сутки хоть один микрограмм соберёшь, а то и его нет, но на некоторых планетах иногда его найти можно в обилии. Основной источник – задания. Так вот, когда броня деактивирована, она автоматически восстанавливает свою прочность до максимума, но на это тратится энергия, от одного килоджоуля до пары сотен, зависит от степени повреждений и количества вещества, что имеется в запасе. У меня этого запаса почти нет… но, благо, пока и не надо, нет повреждений, чтобы надо было срочно восстанавливать броню. Под конец года ты бы всё равно это узнал, вам по итогу года как раз раздали бы в качестве награды около килограмма вещества. Кому-то больше, кому-то меньше. Лично у меня броня весит уже больше шестидесяти килограммов. Мой тебе совет, формируй сначала замкнутую систему дыхания, надо будет всего полкило.
– Спасибо за пояснение и за совет, – в лёгкой задумчивости сказал я, укладывая в голове всю полученную информацию.
Получается, что и моё плазменное копье состоит из этих частиц умного металла. Если это так, то это где-то должно отображаться, к примеру, как текущий запас АТФ в организме и энергии в накопителе. Кстати… стоит проверить, сколько там сейчас у меня.
Текущий запас АТФ составляет 252 единицы. В настоящий момент из-за повышенных нагрузок организм в малой доле потребляет АТФ. Скорость потребления (с вычетом его регенерации) составляет 3 АТФ в час.
Текущий энергетический запас накопителя составляет 40 килоджоулей из 40 (накопление 1 единицы энергии каждый час приостановлено из-за достигнутого лимита. Необходимо расширение размера накопителя. Смотрите справку).
Текущий запас умных нанометаллов (различные сложные сплавы металлов, способные быстро принимать заданную форму по заданной схеме, кратко – УНМ) составляет 2 килограмма 202 грамма. Зарезервировано для активации неполного (частичного) комплекта защитно-атакующей брони 2 килограмма 202 грамма (плазменное оружие модели ПО-1 «Плазменное копьё»).
Надо будет потом глянуть ради общей эрудиции, какие именно металлы образуют моё оружие, да и вообще, какие именно металлы будут участвовать в создании моей будущей брони. Как говорит мой отец: надо быть уверенным в том, что прикрывает твой тыл. Конечно, он говорит это более грубо, но сам факт… в общем, правильная мысль. А эти параметры надо вывести на главный экран, пускай постоянно глаза мозолят, зато буду знать, что у меня есть в закромах.
Мы приблизились к краю леса, сейчас бежали примерно метрах в пятидесяти от лесополосы, почему именно так, я даже не хотел спрашивать, да и сомнений у меня никаких не возникало. Где-то там, значит, был противник, которого мы сейчас пытаемся обогнуть.
Примерно через двадцать минут, за временем я следил урывками, мы неожиданно свернули на поле. Временами карта местности пропадала, так как терялся сигнал со спутником, но, как я позже выяснил, это Алиса баловалась, точнее взламывала их, чтобы нас не было видно из космоса. Вот только постоянно летающие на определённом от нас расстоянии беспилотники несколько нервировали.
– Скоро нас засекут, – удивительно спокойно проговорила девушка, временами крутя головой в разные стороны. – Так что… надо ускоряться. Используй свои резервы полностью, если что, я поделюсь с тобой энергией. Могу предположить, у тебя сейчас не больше тридцати единиц общего запас в накопителе.
– Сорок, – словно понтанулся, сказал я, показывая ей, что не лыком шит.
– Двенадцать тысяч восемьдесят единиц, – с усмешкой и презрением произнесла она, после чего я почувствовал, как она начала надо мной смеяться. – Но вообще, молодец, обычно первый год заканчивают с тридцатью, а у тебя сорок. Может, тебе дают поблажки, из-за того, что ты – аристократ?
– А может, из-за того, что я вечно в какую-то задницу попадаю, выкручиваюсь, и меня за это поощряют? – парировал я её издёвку, дав семя для размышлений. – Я даже сейчас не удивлюсь, если после моего этого «отпуска» за уничтожение террористической группировки мне дадут какую-нибудь награду.
– Скорее всего, – согласилась со мной девушка. – Я пытаюсь по базам данных найти знаки различия… но их нигде нет. Советую тебе их тоже сохранить и задокументировать все убийства и ранения, совершённые тобой, может, всё же в базе данных самой Академии есть какие-то сведения. Мы пока отрезаны от неё, на твоей планете нет академического ретранслятора.
– Построим, – уверенно сказал я, на самом деле представляя, как это в будущем использовать в своих целях. А потом нам было уже не до общения, мы ускорились достаточно сильно, двадцать миль в час это не малая скорость для человека с пределом в тридцать две мили в час.
Но думать мне это особо не мешало, даже наоборот, мысли отвлекали от того, что я был в крайней степени уставшим и уже достаточно сильно голодным.
Что мне давало наличие на планете ретранслятора академического сигнала? Это возможность создания небольшого лояльного бастиона на моей планете, я смогу условно выйти из-под власти моего брата, дав Академии определённую часть ресурсов, которую я трачу на то, чтобы прокормить зажравшуюся придворную «элиту». Ведь у нас есть не только аристократы, есть ещё и приближенные к ним, близкий круг весьма богатых людей, которые были зависимы от аристо и всячески за своё положение вылизывали своим хозяевам задницы. И я от этого смогу уйти… если мой брат попытается сунуться на планету, где есть маленький гарнизон Академии… это будет означать объявление войны всей Академии разом.
– Приготовься… – с досадой транслировала свои мысли девушка. – Сейчас будет весьма безумный поступок!
– Какой?
– Впереди бронетранспортёр и пяток защитников!
Интерлюдия 7
Гром
Сердце капитана фрегата разрывалось на части, он давно обнаружил, что после вступления его сестры в ряды Академии между ними появилась своеобразная постоянная связь. Она была больше на подсознательном уровне, нельзя её прочувствовать иначе, но она была, Гром был в этом уверен на сто процентов. И сейчас он чувствовал, что его сестра полна переживаний, что она испытывает сильный стресс… без него она была не такой уверенной, часто действовала опрометчиво, что могло ей стоить жизни или здоровья. Но, возможно, проблема была в другом, возможно, проблема была в Войде, к которому его сестра зачем-то мысленно привязалась. Это Гром тоже чувствовал, тут пока не было никакой любви, даже сильной влюблённости, скорее, просто влечение на уровне человеческих инстинктов, которые даже тысячи лет эволюции и несколько улучшений эмоционального контроля не смогли искоренить целиком. Природа – дело такое, из человека её никогда не вырвать, даже если вырвать человека из природы.
