Руководить хаосом городского боя, когда больше половины отрядов не имеют связи из штаба практически невозможно. Я с небольшим отрядом носился прямо по линии наступления, не раз и не два нарываясь на врага, стараясь везде успеть и все проконтролировать лично.
Для разведки я вызвал сильфов и послал их следить за всем вокруг. Они постоянно сообщали мне обо всех изменениях на поле боя. Это сильно помогало, но не всегда. На стороне врага было мало волшебников, но в целом ряде мест моих сильфов прогнали или даже убили.
Мятежники быстро опомнились и пошли в контратаку. В целом ряде мест начались рукопашные схватки. Бои в темноте были особенно жестокими. На всех нашло какое-то ожесточение и ярость. Солдаты с криками «За империю!» или «За республику!» дрались штыками, прикладами, а то и саперными лопатками.
Под бой барабанов и пение волынок начали наступление Лайнарские полки. Горцы неторопливым, но сильным ударом смяли дворян. Кирасиры попробовали было внезапной атакой ошеломить их и заставить отступить, но вместо этого сами умылись кровью. Благороднейшие всадники, проткнутые штыками, падали под ноги методично наступавших горцев.
Упорней всего сражались защитники Сената. Здесь наше наступление сразу натолкнулось на грамотную оборону. У отрядов ополчения практически не было шансов пробиться через такую защиту, поэтому тут сразу на первый план вышли полки Харальда и Императорская гвардия. Вместе они медленно, но верно теснили войска Сената.
Неожиданно пришла весть, что целый отряд наемников промышленников пообещал добровольно покинуть страну, если их беспрепятственно выпустят из города. Я согласился, но потребовал, чтобы они сдали оружие.
Нам не нужны были лишние жертвы и проволочка. Поэтому я спокойно позволили наемникам уйти восвояси. Прежде чем в Союзе промышленников успели что-то понять, все остальные отряды покинули свои позиции и отступили.
Это стало полной неожиданностью и для меня. Прежде чем я успел что-то сделать и вмешаться, с Союзом промышленников все было покончено. Даже не подготовленные отряды рабочих, а просто наспех собранные и вооруженные днем ополченцы ворвались в штаб промышленников и устроили резню.
Мы вихрем пронеслись по улицам, на которых еще шли схватки с отказавшимися сдаваться сторонниками промышленников и осадили лошадей только у здания Союза. Там уже делать было нечего. Крыша и верхние этажи были охвачены огнем. Тела железных, нефтяных, оружейных и угольных магнатов валялись на окровавленном снегу.
Чарльза Левингстона опознали только по словам рабочих и приметному кольцу. Прикладами его голову превратили в месиво костей, мышц и мозга. Это сделали его собственные рабочие.
Часть членом Союза и их семьи укрывались в другом здании, но их ждала еще более печальная участь. На них напали даже не рабочие, а банда не то анархистов, не то просто мародеров. Злая ирония судьбы была в том, что собравшиеся править миром люди не смогли защитить даже свои семьи.
К счастью для них, об этом узнал я. Мы ворвались как раз вовремя, чтобы спасти немногих женщин и детей. Люди Серрано не церемонились с мародерами и быстро очистили все здание.
А мы с Тирионом как нельзя вовремя ворвались в комнату Катерины Левингстон. Моя старая подруга закрывала собой чьих-то детей, её были в деревне, и сжимала в руке короткий кинжал. А к ней медленно подходили трое типичных жителей Нижнего города.
— Да ты не рыпайся то! А то, курва, хуже будет то!
Они резко обернулись к нам, но ничего сделать не успел. Тирион прыгнул вперед и двумя ударами убил двоих бандитов. Я выстрелил в третьего из револьвера.
Катерина выронила нож и на подгибающихся ногах опустилась на стул.
— Маэл… спасибо…
— Я предупреждал тебя, — сухо ответил я.
— Маэл, ты не знаешь что с Чарльзом?
— Он убит, — лаконично сказал я и, увидев как она побледнела, добавил. — Я не буду тебе врать, что попадись он мне, я бы сохранил ему жизнь. Но, тем не менее, твоего мужа убил не я и даже не мои люди.
Сомневаюсь, что она поняла сейчас, что я сказал. Катерина молча сидела на стуле, с отсутствующим выражением глаз глядя перед собой. Я постоял перед ней, но так и не найдя нужных слов, вышел из комнаты.
Сильфы доложили мне что в Ассамблее дворян начался бой. Шансов у небольшого отряда Доминика и Малькольма было немного, так что я решил пробиваться им на помощь.
— За императора!!! — прорычал здоровый капитан.
Его горцы ответили дружным ревом. Барабанщик и волынщик начали играть марш. Под звуки жуткой музыки, солдаты бросились в атаку. Засевшие на баррикаде драгуны встретили их шквальным огнем, но горцев это не остановило.
Шеала и Арья дружно ударили по баррикаде. Огненные вихрь разметал укрепления, магия смерти убила пулеметчиков. С победным ревом, горцы врезались в толпу ошарашенных дворян и смяли их в жестокой рукопашной схватке.
Звуки выстрелов, лязг оружия и крики людей почти заглушили непривычную музыку, но её ритм все равно вел солдат.
— За мной! — крикнул я, бросаясь в атаку.
Барабанщик и волынщик сыграли несколько других мелодий и горцы заученным движением расступились в стороны. Мы пронеслись между ними и помчались дальше, к Ассамблее.
На этой улице отрядов противника практически не было. Только у здания Ассамблеи стоял отряд гусар. Командовал ими Нар Хелгар.
Когда я об этом сказал, Тирион зло сплюнул, Генри выругался, а Джон только тяжело вздохнул. Энрико и Шеала ничего не поняли, они и не могли понять.
— Кто это такой? — спросил Энрико.
— Три года назад мы вместе сражались и сидели у одного костра, — тяжело произнес Тирион. — Мы вместе шли на штурм проклятого храма.
Когда мы добрались до места, там уже вовсю шел бой. Гусары Хелгара дрались с морскими офицерами Малькольма и дворянами Доминика. Мы с криком «За императора» врезались в беспорядочную свалку.
Лица некоторых гусар мне казались смутно знакомыми. Таких к счастью было не много. Я надеялся, что большинство тех, кто был тогда со мной, уже закончили службу.
Вместе мы смяли гусар и оттеснили их от Ассамблеи. Внутрь здания уже ворвались наши бойцы. А я попытался остановить бой здесь и предложил гусарам сдачу.
— Вот так встреча, Маэл, — весело крикнул Нар Хелгар. — Предлагать выпить не буду.
— Нар! Сложи оружие и клянусь тебе, никто их твоих людей не пострадает!
— А еще что предложишь?!
— Нар! За что ты сейчас сражаешься?! За то, чтобы они — я махнул рукой за спину. — Рвали на части нашу страну?! Мы же вместе шли в бой! Вместе воевали за империю! За нашу страну! А сейчас ты на чьей стороне?!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
