Читаем без скачивания Имперская гвардия: Омнибус - Стив Лайонс

Он был молодым, светловолосым мужчиной с бледной кожей и заметно оттопыренными ушами. На его фуражке с высокой тульей гордо расправил крылья имперский орел, а сам он едва не тонул в черной шинели. Лишь недавно закончил обучение, подумал Лоренцо. Даже низкорослый лейтенант Вайнс, казалось, возвышался над старшим по званию офицером. Лоренцо показалось, что Вайнс слегка ухмыльнулся, лениво отдав честь и доложив: «Взвод В, третья рота XIV Катачанского полка докладывает о прибытии, сэр».

— Вы опоздали, лейтенант, — быстро сказал комиссар. — Полагаю, это ваш корабль пролетел у нас над головами час назад, едва не разрушив лагерь, который мы обороняем?

Он говорил это как обвинение, будто в аварии был повинен сам Вайнс. Но прежде чем лейтенант успел что-либо ответить, комиссар обратился к взводу.

— Меня зовут Макензи, и здесь командую я. Пока вы на Рогаре-3, мое слово — это слово самого Императора. Всем ясно?

Пару катачанцев, едва сдерживая смех, пробормотали: «да, сэр», но большинство бойцов смолчало.

Макензи одарил их сердитым взглядом.

— Чтобы вы знали, — бросил он, — мне не нравятся жители миров смерти. По моему опыту, они неряшливы и недисциплинированны, и их высокомерие намного превосходит способности. Вы попали сюда по воле Императора, из чего я бы предположил, что у вас имеются определенные навыки, которые могут ускорить окончание войны. Но если бы решения поручили принимать мне, я бы предпочел сражаться вместе с одним отделением из любого другого мира, чем с десятью из Канака, Лютера Макинтайра, или из какой вы там дыры выползли.

— Катачан, сэр, — крикнул Вайнс, и его бойцы гордо взревели. Если Макензи своими словами хотел сломить дух джунглевых бойцов, ему это явно не удалось. Большинство катачанцев не удостоили его даже мимолетным вниманием, смотря на него с полнейшим безразличием. Вудс что-то прошептал, пару человек прыснули со смеху, и глаза комиссара сузились — он не разобрал слова и не смог определить их источник.

— Раз уж вы здесь, — продолжил он, — я найду вам наилучшее применение. Уж кто-кто, а я приведу вас в форму. Когда я закончу с вами, вы будете лучшими гвардейцами во всем Империуме.

Макензи развернулся на каблуках и бросил Вайнсу.

— Ваш взвод опоздал на инструктаж, лейтенант. Десять кругов вокруг лагеря, быстрым темпом. Последнее отделение бежит еще десять.

— Со всем уважением, сэр… — начал Вайнс, но судя по его презрительному взгляду, уважение было последним, что он хотел выказать.

— Это касается и вас, лейтенант, — рявкнул Макензи и быстро зашел в самое большое строение.

Вайнс сделал глубокий вдох.

— Ладно, — сказал он. — Вы слышали его.

Катачанцы неторопливо двинулись с места, распевая песню, в которой нашлась пара слов и для старших офицеров.

К тому времени, как они попали в обеденный зал, еды оставалось лишь на половинные пайки, и вся она к тому же давно остыла.

В зале находилось около пятидесяти катачанцев и пара огринов из взводов А и Г, которые, усевшись на столы и взгромоздив ноги на стулья, отхлебывали из фляг и громко спорили друг с другом. Чтобы отпраздновать прибытие, они открыли приготовленный на войсковом транспортнике самогон, отложенный для особого повода. Своим хриплым смехом они, казалось, наполнили весь зал.

Гвардейцев из другого полка было вдвое больше, но они ели в молчании в одном из концов зала, выглядя так, будто их загнали сюда насильно. Они носили красную с позолотой форму и, судя по нарукавным нашивкам, принадлежали к 32-му Королевскому Валидианскому полку. Все они показались Лоренцо высокими и костлявыми — из-за того, что гравитация на их родной планете была выше среднего, катачанцы были несколько ниже и мускулистее остальных жителей Империума.

Он не удивился тому, что солдаты сидели раздельно. Катачанцы были джунглевыми бойцами — элитными ветеранами с мира смерти. По их мнению, лучшие, кого мог предложить Империум. Обычные гвардейцы смотрели на них со смесью любопытства, уважения и, что проявлялось здесь куда сильнее обычного, возмущения.

Отделение Лоренцо взяло еду и уселось за стол. Спустя некоторое время к ним присоединился Грейсс. Он послал Ландона себе за порцией, пока расспрашивал остальных бойцов о том, что им удалось разузнать к этому времени.

Сержант бросил на стол сложенный лист бумаги, на котором Лоренцо заметил грубо отпечатанный заголовок «Орел и Болтер». Без сомнения, очередная пропагандистская листовка, наполненная утешительными «известиями» о победах Империума.

— Похоже, на этот раз сорвали неплохой куш, — радостно сказал сержант. — Здесь есть растения-убийцы, пожирающие людей слизни, ядовитые насекомые, кислотные топи — в общем, все как обычно. Кроме того, ходят слухи о невидимых монстрах и, можете ли поверить, призраках!

Он заметил, что за ними пристально наблюдает пара валидианцев из-за другого стола, и хитро добавил:

— Конечно, об этом рассказали какие-то салаги. Возможно, они просто испугались собственных теней.

— Призраки? — заинтересованно отозвался Доновиц.

— Призраки, огни — называй, как хочешь. Похоже, они появляются ночью и заманивают людей в джунгли: тех, кто по глупости пошли за ними, больше никогда не видели.

— Кстати, о пропавших, — вмешался Армстронг, — что-то слышно от взвода Б?

Одноглазый боец спросил будничным тоном, но Лоренцо знал, что когда-то Армстронг служил в исчезнувшем взводе.

— Пока нет, — ответил Грейсс, — они попали в ту же передрягу, что и мы, но, по-видимому, упали где-то дальше. Они пока еще там.

— Везет же гадам, — сказал Вудс. — Им пока не пришлось столкнуться с сухоребрым комиссаром Несправедливость.

— Это было что-то вроде бури, — отметил Доновиц.

— По словам остальных, — сказал Грейсс, — она появилась будто из ниоткуда. Сначала небо было чистым, потом в нас начали лупить молнии, а затем все опять стихло.

— Сержант, вы все еще считаете, что командование флота зря отнесло планету к мирам смерти? — спросил Вудс с наглой ухмылкой.

— Интересно, почему Рогар-3 изначально не нарекли миром смерти? — прокомментировал Майерс Стрелок. — Не понимаю, почему у них ушло столько времени, чтобы признать это.

— Возможно, все из-за Макензи, — предположил Дуган. — Ты слышал его слова. Он не хочет видеть нас здесь.

— Верно, — согласился Вудс, а затем добавил, подражая гнусавому голосу комиссара. — Мне не нравятся жители миров смерти. Уж кто-кто, а я приведу вас в форму. Слышал, Грейсс? Падай на колени и вылизывай мои блестящие черные ботинки. А когда закончишь с ними, можешь поцеловать мою…

— На твоем месте, — раздался позади него злой голос, — я бы дважды подумал, прежде чем говорить об офицере Империума в подобном тоне.

Вудс даже не удосужился обернуться, но Лоренцо увидел, что говорившим был широкоплечий валидианский сержант с квадратной челюстью.

— Мне не важно, какое у него звание, — небрежно бросил Вудс, — все равно он чертов идиот.

— Скажи мне это в лицо.

Глаза Грейсса сузились.

— Остынь, сержант, — сказал он. — Этими людьми командую я. Если у тебя с ними возникли проблемы, обращайся ко мне.

— Макензи сказал о вас правду, — усмехнулся валидианец. — Вам не хватает ни дисциплины, ни уважения.

— Там, откуда мы родом, — пробормотал Малдуин, лениво затачивая свой ночной жнец о кусок кремня, — уважение можно лишь заработать.

— Вы пришли сюда командовать и порочить наших людей, наивно считая, будто все это так просто сойдет вам с рук?

— А мне казалось, будто вы сами молили нас прийти, — сказал Вудс, — потому что не можете сделать все как положено. В чем проблема — солнышко слишком сильно припекает?

— Мы здесь уже полтора года, — резко ответил валидианец, — и побеждаем в войне. Мы оттеснили орков, этот лагерь они не атаковали уже более трех недель. Если бы вы хотели помочь, то вам стоило быть здесь, когда мы расчищали пространство, удерживали линию фронта, денно и нощно сражались с противником. Но, что характерно, вы всегда появляетесь в последний момент, зачищаете район и получаете все почести.

Грейсс вскочил на ноги и угрожающе зарычал.

— Все сказал, сержант?

Вудс также встал, под поводом отнести наполовину пустую тарелку.

— Все нормально, сержант, — сказал он, — старику просто нужно выпустить пар — за что его винить? Ведь не всякому полку Имперской Гвардии приходится просить защиты от деревьев да цветочков.

От подобных слов глаза валидианца едва не вылезли с орбит, его лицо побагровело. Он отвел кулак, но Вудс был готов. Он ушел от удара, схватил сержанта за руку и бросил его на стол.

Отделение Лоренцо разом вскочило из-за стола, разбросав попутно стаканы и тарелки. Друзья валидианца также отодвинули стулья и встали. Сержант попытался подняться, но Вудс не позволил ему это сделать. Валидианец попробовал лягнуть его, и катачанец увернулся от ботинка. С усилием, сержант, наконец, поднялся, но Вудс тут же ударил его головой — легендарный «катачанский поцелуй» — и разбил тому нос.