Прямо над собой ван Хельсинг заметил трех орлов и летучую мышь.
— Скоро наступит день! — прокричал он им. — Вам нужно найти надежное укрытие. Как только Упири обнаружат, что Иви, ради уничтожения которой они примчались сюда, сбежала из крепости, они сразу же бросятся следом за вами. Где вы можете надежно спрятаться от них?
«Не знаю, — ответил Франц Леопольд. — А у вас есть идея? — Он прочитал мысли ван Хельсинга и кивнул. — Значит, нам нужно снова довериться вам?».
— Да, именно так. Подумайте над этим!
Три орла и летучая мышь скрылись из виду.
Ван Хельсинг и его спутники помчались дальше и не останавливались, пока не добрались до монастыря.
— Я больше никогда не сяду на спину лошади, — простонал Вамбери, соскальзывая с нее посреди монастырского двора.
От боков лошадей шел пар. Несмотря на зимнюю стужу, животные были насквозь мокрые от пота. Люди взмокли не меньше. Брэм с трясущимися коленями стоял возле лошади и никак не мог отдышаться. Лишь ван Хельсинг выглядел так, словно стремительная скачка его ничуть не утомила. Он оглядывался по сторонам, пока не заметил трех орлов и летучую мышь, которые приземлились на дереве, растущем рядом с церковью.
— Ну что? Вы подумали над нашим предложением?
«Мы решили доверить свою судьбу вам. Не подведите нас!».
— Не бойтесь, вы можете на нас положиться! — ответил Брэм с серьезным выражением лица.
Четверо вампиров приняли обычный облик. Ван Хельсинг поспешил разбудить извозчика и приказал ему собираться в дорогу. Пока сонный извозчик запрягал лошадей, ван Хельсинг помчался к хозяину ближайшего постоялого двора, чтобы попросить у него еще одну карету. Должно быть, профессору пришлось отсыпать немаленькую сумму, чтобы тот поторопился. Забрав вспотевших животных, хозяин отдал ван Хельсингу старенький экипаж, запряженный лошадьми, к которым профессор предпочел не присматриваться. Оставалось лишь надеяться на то, что ни карета, ни лошади не застрянут где-нибудь по дороге! Передернув плечами, ван Хельсинг вскочил на козлы и направился к монастырю, где его уже ждали остальные.
— Ни один луч солнца не должен коснуться наших тел, — еще раз предупредил мужчин Франц Леопольд, пока Алиса пылко благодарила людей за помощь и уверяла их в том, что всецело полагается на них.
Брэм же стоял немного в стороне и с восторгом смотрел на Иви. Похоже, пережитое приключение никак не отразилось на самочувствии вампирши. Она грациозно присела в реверансе и улыбнулась ирландцу. На ней по-прежнему было белое подвенечное платье, а вот фату с венком она оставила в донжоне Поенари.
— Скорее, забирайтесь внутрь, и мы продолжим путь, — поторопил спутников ван Хельсинг. Он тщательно занавесил окна кареты, так чтобы туда не проник дневной свет. — До восхода солнца еще два часа. Лишь после этого мы будем в безопасности.
Брэм следом за Иви и Лучиано забрался в первую карету, в то время как Франц Леопольд и Алиса заняли места во второй, рядом с профессором Вамбери. Извозчик щелкнул длинным кнутом, и лошади побежали рысью. Ван Хельсинг направлял вторую карету следом за первой. Луна освещала им путь.
Лошади слишком медленно трусили по дороге, круто уводившей вверх. Поскорей бы добраться до долины Олта! Брэм снова и снова осторожно отодвигал плотные занавески и выглядывал наружу, хотя наклон кареты ясно говорил о том, что они еще не добрались до наивысшей точки отрога. Затем наступило утро и наследники впали в оцепенение.
Было странно сидеть в темной карете напротив юных вампиров, которые словно мертвые полулежали на мягком сиденье. Лишь мерцающий свет фонаря освещал экипаж. Лучиано бережно обнимал Иви, голова которой покоилась у него на груди. Вампирша казалась такой спокойной. Легкая улыбка придавала ее лицу умиротворенное выражение. Сначала Брэм опасался, что от постоянной тряски вампиры свалятся на пол, и уже подумывал, как предотвратить это, но наследники продолжали сидеть, прислонившись к спинке сиденья, словно срослись с каретой. Время от времени Брэм слышал покрикивание ван Хельсинга и извозчика, щелчки кнута и ржание лошадей — это хоть немного отвлекало его от напряженного ожидания. Ирландец попытался успокоиться. Им удалось остаться в живых. Они сделали невозможное, освободив Иви из рук Дракулы. Был ясный день. Что еще могло с ними приключиться? Все, что им оставалось сделать, — это благополучно доехать до Сибиу.
Громкий звук заставил Брэма вскочить на ноги. Извозчик что-то кричал. В его голосе слышались удивление и страх. Карета, качнувшись, остановилась.
— Оставайтесь на своих местах, — приказал ван Хельсинг.
От его тона у Брэма по спине пополз неприятный холодок. Что, черт возьми, происходит там снаружи? Ирландец услышал, как ван Хельсинг спрыгнул с козел. Лошади перебирали копытами и испуганно ржали.
— Брэм, скорее, придержите лошадей!
Ирландец распахнул дверцу кареты, выходившую на север, и выпрыгнул наружу. С первого взгляда ему стало ясно, что послужило причиной этого переполоха и так сильно напугало лошадей: огромный серый волк сидел посреди дороги и смотрел на них пылающими красными глазами.
Брэм остолбенел. Его охватил ужас.
— Брэм, лошади!
Ван Хельсинг схватил ирландца за плечо, заставив его очнуться. Брэм ухватился за поводья, сдерживая лошадей, которые испуганно вращали глазами, в то время как ван Хельсинг вытащил из трости серебряный клинок. Не сводя глаз с волка, профессор медленно приближался к нему, пока расстояние между ними не сократилось до нескольких шагов. Волк не шевелился, и ван Хельсинг тоже замер, выставив перед собой свое смертоносное оружие.
Брэм затряс головой, словно пытаясь прогнать дурной сон. В том, что этот волк не был обычным животным, ирландец не сомневался, и все же как они могли встретиться с вампиром, пока на небе светило солнце? Пусть волк сидел в тени, но разве все вампиры на рассвете не впадали в оцепенение?
— Прочь с дороги! — приказал волку ван Хельсинг. — Ты нас не остановишь. Уходи, иначе тебе придется познакомиться с моим клинком!
Очертания волчьего тела начали расплываться. Брэм заморгал от неожиданности и увидел, как там, где еще секунду назад сидел волк, на ноги поднимается мужчина. Высокий мужчина в широком плаще, с суровыми чертами лица, которые ирландец однажды уже видел на портрете, — князь Влад Цепеш Третий, Дракула, могущественный повелитель вампиров.
— Охотник на вампиров ван Хельсинг, уничтоживший так много моих детей, — промолвил повелитель низким голосом, который, однако, звучал уже не так властно, как в Вене.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
