5
- Мисс Чалмерс! - радостно воскликнул мистер Гонт и сделал пометку в списке, лежавшем рядом с кассовым аппаратом. Он уже подошел почти к самому концу списка: имя Полли стояло предпоследним.
- Прошу вас... Полли, - напомнила она.
- Прошу прощения, - мистер Гонт просиял. - Конечно, Полли.
Она тоже ответила ему улыбкой, но слегка натянутой. Теперь, оказавшись здесь, Полли уже жалела, что так рассердилась на Алана, жалела, что они нескладно расстались. Она обнаружила, что даже готова от этого расплакаться.
- Мисс Чалмерс? Полли? Вы плохо себя чувствуете? - Мистер Гонт вышел из-за прилавка. - Вы так побледнели! - он искренне обеспокоился, судя по выражению лица. И этого человека Алан подозревает в мошенничестве, подумала Полли. Если бы он только видел его сейчас...
- Это наверное из-за солнца, - сказала она вслух. - На улице такая жара!
- Зато здесь прохладно, - заверил Гонт. - Проходите, Полли. Присаживайтесь.
Он проводил ее, держа руку за спиной, но не прикасаясь, к одному из бархатных кресел. Она села, сдвинув колени.
- Я случайно оказался у окна, - сказал он, опускаясь в кресло подле нее и складывая свои длиннопалые руки на коленях, - когда вы подъехали, и мне показалось, что вы с шерифом Пэнгборном о чем-то горячо спорили.
- Ничего особенного, - пробормотала Полли, но в этот момент одна непослушная слеза все-таки вылилась из глаза и потекла по щеке.
- Напротив, - сказал Гонт, - это очень даже важно.
Она удивленно посмотрела на него, и глубинный взгляд Гонта скрестился с ее взглядом. "Разве глаза у него ореховые?" - подумала Полли. Но вспомнить не могла. Зато она ясно чувствовала, что по мере того как смотрит в них, все несчастья этого дня - похороны Нетти, никчемная бессмысленная ссора с Аланом - отступают на задний план.
- Разве... разве это важно?
- Полли, - мягко произнес он. - Я уверен, все кончится хорошо. Все кончится очень хорошо, если вы поверите мне. Вы мне верите?
- Да, - тихо сказала Полли, несмотря на то, что внутренний голос кричал, вопил, отчаянно пытался предупредить о чем-то. - Я верю вам. Верю всей душой, что бы там не говорил Алан.
- Ну вот и прекрасно, - сказал Гонт. Он протянул руку и взял пальцы Полли. Лицо ее сморщилось в первый момент от отвращения, но тут же снова разгладилось и приобрело прежнее, отрешенное мечтательное выражение.
- Вот и прекрасно. И шериф понапрасну беспокоился. Ваш чек меня устроит полностью, как если бы это было золото.
6
Алан понимал, что опоздает, если не выставит на крышу мигалку. Но он не хотел этого делать. Он не собирался показываться Брайану Раску в полицейской машине, хотел приехать в обычной, привычной взгляду и не новой, похожей на ту, которую, вполне вероятно, водит отец мальчика.
Успеть к концу занятий он уже все равно не мог и поэтому остановил машину на перекрестке улиц Школьной и Мейн. Брайан скорее всего должен пойти этой дорогой, исходя из логики; Алан очень надеялся, что логика все же пробьет себе путь хоть раз сегодняшним жутким днем.
Он вышел из машины, прислонился к бамперу и пошарил в кармане в поисках жвачки. Разворачивая ее, он услышал трехчасовой звонок, прозвеневший со стороны средней школы Касл Рок, приглушенный, словно полусонный, в знойном воздухе.
Он решил поговорить с мистером Гонтом об Эйкроне, штат Огайо, как только закончится встреча с Брайаном Раском, если состоится вообще... но неожиданно передумал. Нет, пожалуй, он позвонит в прокуратуру Августы и попросит посмотреть в архиве, нет ли чего на мистера Лилэнда Гонта. Если там ничего не обнаружат, пошлет его данные в Вашингтон, пусть проверят на компьютере. Эти компьютеры, по мнению Алана, было единственное положительное достижение администрации Ричарда Никсона.
На улице появились первые ребятишки; они кричали, смеялись и тузили друг друга. Внезапно Алану пришла в голову мысль, и он открыл дверь машины. Протянув руку, открыл "бардачок" и стал рыться в куче всякого барахла. Оттуда выпала банка-дразнилка, принадлежавшая некогда Тодду.
Алан уже собирался отказаться от своей затеи, как вдруг нашел то, что искал. Тогда он захлопнул "бардачок" и пятясь выбрался из машины. В руках у него был небольшой конверт из ватманской бумаги, а на нем наклейка:
ФОКУС СО СКЛАДНЫМ БУКЕТОМ
Блэкстоун Мзджик
Ко. 19 Грир Стрит Патерсон,
Н. Дж.
Из конверта он достал еще меньший прямоугольник - набор цветной папиросной бумаги и просунул его под ремешок от часов. Всякий уважающий себя фокусник имеет на теле или одежде потайное местечко, каждый свое, любимое. Такое место у Алана было под ремешком для часов.
Позаботившись о знаменитых Цветочных букетах, Алан снова принялся терпеливо ждать Брайана Раска. Увидев велосипедиста, зигзагами обходящего малорослых и малолетних пешеходов, он сразу подтянулся. Но тут же узнал одного из близнецов Хонлонов и позволил себе расслабиться.
- Сбавьте скорость, а не то получите штрафной талон, - крикнул он мальчику, когда тот проезжал мимо. Хонлон удивленно оглянулся и чуть не наехал на дерево. Дальше он поехал уже не так быстро. Алан с улыбкой посмотрел ему вслед и снова занял позицию лицом к школе в ожидании Брайана Раска.
7
Сэлли Рэтклифф поднялась по лестнице из подвала, где располагался ее логопедный класс, на первый этаж и направилась по коридору к учительской. Прошло пять минут после звонка с последнего урока. Коридор быстро пустел, как всегда бывало в теплые солнечные дни. Со двора слышались веселые крики ребятни, разбегавшейся по автобусам N2 и 3, дремавшим в ожидании своих пассажиров у обочины. Низкие каблучки Сэлли постукивали, разнося эхо. В руке она держала конверт и прижимала его к высокой округлой груди именем адресата (Фрэнк Джуэтт) внутрь.
Остановившись у двери в класс N6, следующий за учительской, она заглянула сквозь рифленое стекло. Там, в классе, мистер Джуэтт беседовал с группой преподавателей физкультуры, которые вели занятия по осенним и зимним видам спорта. Фрэнк Джуэтт был человеком маленького роста и пухлым, всегда напоминавшим Сэлли мистера Уэзерби, главного героя комиксов Арчи. Так же как у мистера Уэзерби, очки у Фрэнка вечно сползали с носа.
По левую руку от него сидела Элис Тэннер, школьный секретарь, и делала пометки в блокноте. Почувствовав на себе взгляд, Фрэнк посмотрел на дверь и, заметив Сэлли, улыбнулся, забавно сморщив нос. Она помахала ему и заставила себя улыбнуться в ответ, с тоской вспоминая времена, когда улыбка давалась ей легко; молитва и улыбка две самые естественные потребности в жизни.
Один из учителей тоже повернул голову, чтобы узнать, куда смотрит их руководитель. То же самое сделала Элис Тэннер. Она тоже помахала Сэлли пальчиками и расплылась в сахаринно-приторной улыбке.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
