— Нет, — вздохнул Хиро. — Если это в пределах дворца. И пока мы будем идти, обдумайте моё предложение, госпожа Абэ. Оно выгодно для нас обоих.
Снаружи к нам присоединились марионетка-предатель, чем-то довольный Кей, а также капитан местной гвардии, под каменной маской пышущий скрытым раздражением, даже почти бешенством. Мой зам так и не оставил попыток спровоцировать местных на агрессию, дабы использовать её как ещё один аргумент в переговорах с его отцом. Правда, учитывая отсутствие желаемой реакции, здешние вояки отлично видели его мотивы и сдерживались, несмотря на страстное желание крепко пожать острослову горло.
— Ну чего там? Будем веселиться? Или вы с папашкой договорились?
— Так не терпится избавиться от родни? — с лёгким любопытством спрашиваю шутника, начав следовать за немёртвым, который отправился в сторону покоев лорда.
— А чего они? Бастард то, бастард сё… Вот убью всех и стану самым ванистым из Ван! А что? Чем я не лорд? — разглагольствовал шутник, не обращая внимания на, мягко говоря, далёкие от любви взгляды хозяина дворца и его подчинённых. — Буду целыми днями бездельничать, пить вино, издеваться над вассалами и играть со служанками! Ра-ай! — с нарочито глупой улыбкой выдохнул он.
— …пока Акира тебя не кастрирует, — обрываю мечты сокомандника.
— И никто не позволит тебе стать лордом, отродье, — добавил Хиро.
— Ай-ай, наконец-то папочка признал моё существование! Счастье-то какое! Так и знал, что ты — цундере, а не мудак!
И уже иным тоном, всё ещё радостным, но той радостью, от которой у будущих жертв недобрых розыгрышей по коже бегут мурашки страха, а кровь стынет в жилах:
— Может, лордом меня и не сделают, но отлично провести время ведь ничто не помешает? Верно? Устроим чванливым дворянчикам торжественно-кровавый праздник казней! А, Куроме-чи? Только представь, как здорово! Кровь, кишки, кучи трупов, потом их оживление и эксперименты с ними — всё, как ты любишь, — заговорщицки подмигнул зам.
Нельзя сказать, что Кей на полном серьёзе предлагал зачистить свою новообретённую родню. Парень прекрасно понимал, что уничтожение старшего рода выходит за рамки нашей компетенции, и максимум, что мы можем — поменять Хиро, «погибшего от трагической случайности и/или покушения заговорщиков» на другого Ван. Он просто помогал оказывать психологическое давление на элдлорда и его приближённых. Однако эмпатия подсказывала, что представься ему возможность, товарищ действительно взялся бы за дело усекновения родичей, выбросивших его как ненужную вещь, с немалым воодушевлением и радостной улыбкой на лице.
…И этот человек ещё смеётся над моими странностями.
Хотя не то чтобы я не заявляла о своём желании убить сестру-предательницу. А в том, не случившемся будущем, и вовсе собиралась это сделать на полном серьёзе. М-да…
— Не в этот раз, — произношу я уже вслух.
— Тц-тц, невезуха. Значит, договорились, всё-таки, — преувеличенно печально выдохнул брюнет. — А куда мы идём? Звать остальных?
— Не стоит, пусть следят за обстановкой. Просто хочу кое-что проверить.
* * *
По мере того, как мы приближались к цели, эмоциональный фон Хиро постепенно менялся. Спокойная уверенность и интерес из разряда «Что ещё придумала эта наглая девчонка?» сменялся проблесками беспокойства, которые тут же затухали, очевидно, гасимые тяжеловесными доводами. Однако со временем проблески становились ярче и гасли медленнее.
Жилая зона, принадлежащая элдлорду и его ближайшим родичам, проживающим во дворце, занимала весьма немаленькое пространство, достаточное для размещения небольшого посёлка. Оно в свою очередь делилось на несколько крыльев: самое большое — личные покои Хиро, куда мы и двигались, чуть меньше было крыло его жены и проживающих там же малолетних детей (сколько же у него потомков?), а также почти такое же большое пространство, отведённое для ныне отсутствующего старшего наследника и его супруги. Ещё имелось несколько многокомнатных апартаментов поскромнее — там обитали менее близкие члены старшей семьи или достаточно значимые представители младших.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Марионетку-предателя пришлось оставить снаружи, под присмотром парочки гвардейцев, вынырнувших из неприметной дверцы. Интересно, попробуют они по-тихому удавить изменника или всё же не рискнут нарушать приказ?
Насчёт потери проводника я не слишком переживала. Благодаря немёртвому Генри, а также уже достаточно давно созданному мной навыку гипермнезии удалось без особых проблем достать и изучить схемы основных, служебных и части тайных комнат и коридоров интересующей меня половины здания. Поэтому можно не бояться, что хитрый Хиро заведёт нас не туда, куда нужно.
— Папа, кто это к нам пришёл? — встретил нас детский голос, едва мы миновали внушающие уважение своей толщиной (а также покрывающей их резьбой и инкрустацией) двойные, якобы деревянные двери, преграждающие вход в жилые покои хозяев дворца. — Уже всё? Можно выходить?
Недалеко от дверей стояла парочка темноволосых детей, которые, по-видимому, пытались подсмотреть и подслушать — что это такое интересное происходит снаружи. Бойкий по виду мальчик лет шести в белой рубашке и коротких штанишках сжимал в руке искусно вырезанный игрушечный меч, а выглядывающая из-за его плеча более рослая девочка в каком-то восточном платье, пусть и выглядела на восемь или даже девять, в отличие от брата, наоборот, робела.
— Кто вам позволил выходить из своей комнаты? — Вернулись! Живо! — припечатал их отец.
— Да ладно тебе, папаня! — вылез Кей. — Почти договорились ведь. А если бы и нет, то и прятаться бесполезно. Не беги от смерти, умрёшь уставшим, ха-ха. Да братишка? — сокомандник усмехнулся детям своей коронной улыбкой весёлого социопата.
— Да! Я не буду прятаться! — паренёк, не особо понимая, с кем и о чём разговаривает, воинственно взмахнул своим оружием.
— Красавчик! Прям как я в детстве, — подмигнул ему Кей. — А как зовут нашу милую сестричку? А есть ещё одна, постарше? Братик хочет крепко обнять всех-всех, но особенно, ха-ха, хочет сестричек!
— Идёмте, — поторапливаю аристократа, что со злостью и с заметной только через эмпатию капелькой беспокойства, вперился в непослушных детей и одного слишком нездорово радостного бастарда-убийцу. — С вашими детьми ничего не случится.
Пару секунд постояв, Хиро перевёл взгляд на гвардейца и, мотнув головой в сторону детей, скомандовал:
— Присмотри. Потом найдешь их нянек. Я хочу, чтобы завтра все ответственные были наказаны.
Когда мы вдвоём двинулись дальше, сзади донеслась реплика сокомандника:
— Хотите сыграть в одну занимательную игру? Называется — Рулетка смерт…. уморительного веселья, то есть, ха-ха. Круто, да?
Хорошо, что идущий впереди лорд Ван этого не услышал. И, надеюсь, Кей и в самом деле не учудит ничего из ряда вон. А то как-то слишком он разошёлся.
* * *
— И зачем мы идём в мою спальню? — раздражённо и с некоторой тревогой осведомился широко шагающий мужчина, следуя моему, достаточно стремительному темпу.
— Насколько я знаю, это у вас самая защищённая от чужих глаз и ушей комната.
— Будто нас кто-то подслушивал в гостиной, — проворчал мой спутник, который, судя по испытываемым эмоциям, начал обдумывать, как не вести меня в свою опочивальню.
Да уж, не зря я в самом начале отделывалась общими фразами о цели пути, иначе он мог и заупрямиться. Но сейчас уже поздно.
Пока мы шли, я старательно разгоняла скорость мышления, чтобы настроить большую часть разума на свою способность воспринимать тонкие энергии. В сравнении с нынешним уровнем транса познания данный навык, всё ещё не превратившийся в прославленное во многих фэнтези истинное/магическое зрение, работал почти столь же паршиво, как и раньше. Всё же количество и качество информации, которую я могу воспринять в трансе без угрозы поймать инсульт, медленно, но неуклонно росло. Быть может, медленнее урезанного и заточенного на несколько иные задачи восприятия (без постижения сути) тонких энергий — но не сказать, чтобы намного.
