«Не хватало еще к списку моих преступлений прибавить осквернение праха почитаемых предков! — размышлял он. — К тому же, если меня застукают-таки в чульпе, хрен оттуда куда денешься, вход-то один, он же — выход!»
Сен только заносчиво фыркнула:
— Да я там каждый день игра… в смысле сижу в заточении. Или ты что, — она окинула своего «спасителя» презрительным взглядом, — мертвых боишься?
Мертвых Кай не боялся — они уже никому не смогут навредить. Зато живых стражей, особенно тех, что помоложе «палача» с метелкой, опасаться следовало. Но «принцессе» он ничего не сказал, просто пожал плечами и, пригнувшись, шагнул под низкий свод. Дверь бесшумно скользнула в петлях — видно, кто-то не так давно позаботился их смазать. Ферруш тут же просочился в открывшуюся щель и растворился, черный, среди теней. Аджакти ступил внутрь и принюхался, чуткий как зверь. Мох, сырость, прелая листва. Если тут и были чьи-то останки, то такие древние, что время сожрало даже намек на плоть.
Сен протиснулась мимо него и начала взбираться по винтовой лестнице с крутыми ступенями. Свет поступал в чульпу лишь сквозь узкие окошки, через равные промежутки пробитые в камне. Кое-где тесно подступившие к стенам кустарники и деревья засунули в бойницы свои костлявые пальцы, делая и без того тусклое освещение еще скуднее. Аджакти лез наверх довольно долго — башня оказалась неожиданно высокой. Сен молча карабкалась впереди — мудро берегла дыхание. Наконец, когда у Аджакти уже начало колоть в боку, воздух посвежел.
Выход на верхнюю площадку открылся неожиданно — вынырнул из-за изгиба стены. Гладиатор выбрался наружу и с наслаждением расправил плечи. Ветер подхватил полы его туники, бросил выбившуюся из хвоста белую прядь в лицо. Сен ждала у парапета, ее кудри стояли вокруг головы, сбитые в грозовую тучу. На ягуаре раздувало шерсть, кошку это раздражало, и она то и дело нервно умывала лапой морду.
— Нравится? — Девчонка гордо кивнула на город, раскинувшийся у них под ногами.
«Н-да, это тебе не с казарменной крыши в Журавлиный переулок заглядывать!»
Башня торчала высоко над макушками самых старых деревьев, так что мозаика плоских и круглых крыш тянулась до самой дымки на горизонте — туда, где начинались Холодные Пески. «Интересно, а Танцующую школу отсюда видно? — Кай попытался сориентироваться в путанице незнакомых улиц. — Или „Почтикалеку“?»
По крайней мере теперь он был уверен, что друзьям ничто не угрожает — их и след простыл.
— Впечатляет, — сдержанно выразил свои эмоции Аджакти. — А городские ворота отсюда видно?
— Ха! — Сен хлопнула в ладоши и ткнула в какую-то грубо выкрашенную зеленым трубку, установленную в держателе на перилах. — Попробуй-ка сюда глянь!
Кай сделал шаг вперед, под сапогом что-то жалобно хрустнуло. Только теперь он обратил внимание на рассыпанные вокруг желтоватые кости — остатки позвонков, череп с оторванной челюстью, несколько ребер и прочая, почти неопознаваемая, мелочь. Похоже, он только что растоптал чей-то древний палец.
— Упс, — он поспешно отступил в сторону, но под ногами снова хрустнуло. Кажется, на сей раз он нашел недостающую челюсть. — Простите, ваше высочество! Кажется, это был ваш… дедушка?
— Не бери в голову, — нетерпеливо отмахнулась Сен. — То, что не утащили грифы, недостойно вознестись на небеса. Лучше посмотри в телескоп!
Аджакти повиновался. Инструмент походил скорее на подзорную трубу, чем на настоящий телескоп вроде того, что украшал обсерваторию Мастера Ара. Гладиатор склонился к окуляру, но не увидел ничего, кроме неясных цветных пятен. Магия, тролль ее побери! Девчонка успела и тут поработать. Он попытался подкрутить колесико на трубке, на которой стояло всего три отметки — буквы церруканского алфавита, явно выведенные детской рукой: «В», «А» и «Д».
— Что это значит? — указал он на символы.
Сен растянула большой рот в улыбке:
— Я усовершенствовала телескоп. Если поставить стрелочку на «В», он показывает только врагов. На «Д» — только друзей.
— Чьих? — поразился Кай.
— Смотрящего, конечно! Хочешь попробовать?
Он сомневался, что волшебный инструмент будет хоть чем-нибудь ему полезен, но послушно установил колечко на «Д». Аджакти не собирался посвящать маленькую ведьму в то, что сотворил с ним Мастер Ар. Возможно, это было всего лишь совпадением, но он довольно быстро обнаружил квадратик Танцующей школы с сырной дыркой плаца в середине, а у дверей — три крошечные, но отчетливо различимые фигурки. Папаша, Аркон и Тач.
— А что значит буква «А»? — оторвался он от окуляра.
Сен внезапно помрачнела:
— Ничего. Попробуй лучше своих врагов найди.
Кай покачал головой:
— Чтобы их найти, мне помощь не нужна.
Маленькая волшебница призадумалась и серьезно кивнула:
— Мне, в общем-то, тоже. Просто забавно иногда наблюдать за их возней, когда они ничего не подозревают.
Кай решил, что действительно неплохо было бы глянуть, что там поделывает Омеркан. Только навряд ли через телескоп можно подслушивать, а обнаружить принца тискающим какого-нибудь молокососа ему совсем не улыбалось. Сен между тем продолжала:
— Мне тоже больше нравится выглядывать друзей. Только вот раньше, сколько я ни смотрела, никого не видела. До сегодняшнего дня.
Карие глаза многозначительно остановились на «эльфе». Аджакти смутился и перевел взгляд на темнеющее небо над городом:
— Мне надо идти, госпожа. Я должен успеть в казармы до вечерней поверки, или меня объявят беглым.
Сен долго молчала, и Кай вынужден был снова повернуться к ней — от взбалмошной чародейки можно ожидать любого подвоха. Быстро упавшие зимние сумерки бросили на грубоватые черты девочки серые тени, у широкого рта залегли горькие складки. Внезапно Сен показалась гораздо старше своих лет.
— Глорфиндел, за отвагу я посвящаю тебя в рыцари… — Девочка запнулась, подыскивая подходящий титул: — Телескопа и Черепа. Преклони колено.
Аджакти открыл было рот, но выражение, мелькнувшее в глазах «принцессы», заставило его повиноваться. Он слишком хорошо знал этот взгляд — взгляд отверженного, боящегося, что его снова отвергнут. Сен сняла телескоп с подставки и легко коснулась трубкой плеча гладиатора:
— Служи мне верой и правдой, сэр Глорфиндел.
Кай увидел, как сверкающие нити заклятий выстрелили из пальцев девочки, скользнули по телескопу, мазнули его плечо. Наверное, чародейка пыталась связать его «игрушечной» клятвой. Он не собирался посвящать ее в то, что магия против него была столь же действенной, как пыточный инструмент ее «палача».
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
