что для китайцев все белые на одно лицо.
Спустя час бесплодных поисков она устроила в темном закутке привал и лениво отдалась своим Верным одному за другим для поддержания боевого духа.
Когда последний из них сполз с ее тела, из темноты вынырнул дозорный.
- Богиня. За нами идут.
- Кто?
- Не знаю. Их двое.
Мия взмахнула рукой, и тут же несколько Верных бесшумно исчезли в темноте.
Спустя несколько минут они вернулись, волоча за собой двоих дикарей в медвежьих шкурах.
- Кто вы?
- Мы люди из народа Копья, - сказал один.
- Бывшего Копья, - поправил другой.
- Бывшие люди бывшего Копья.
- Зеленый дым отправил наш народ на небесные пастбища…
- Хорошо, что не фиолетовый, - зевнула Мия. После сексуального марафона она чувствовала себя немного осоловевшей.
- … и теперь мы хотим его возродить.
- Похвальное желание. Но при чем здесь мы? Зачем вы следуете за нами?
- От нас сбежала наша баба.
- Теперь ты наша баба.
- Нам рассказывали, что ты никому не отказываешь.
- И всегда готова.
- И жопа у тебя такая же большая и пухлая, как у первой нашей бабы.
- Это хорошо. Это значит рожать будешь много.
- С тобой мы возродим наше племя.
Мия тихо засмеялась и вытянулась на постеленных шкурах.
- Ну… Рожать не обещаю. Но в целом можете присоединиться. Пригодитесь.
- Мы слышали, ты ищешь человека с длинной бородой на затылке.
- Мы знаем, куда он ушел.
Мия резко села.
- Куда?
- Наверх. Мы слышали, как они говорили. Он и человек-конь.
- Какой еще человек-конь?
- Худой, выносливый. В костюме. Конь.
- Ясно. Банкир.
- Да. Конь.
- Они пошли наверх.
- Верх большой, - покачала головой Мия.
- Там человека с бородой на затылке можно по запаху отыскать.
- От него воняет кукурузой.
- Бурбоном, наверное.
- Да. Кукурузой.
Мия встала и накинула на голое тело черное покрывало.
Один из дикарей протянул руку и погладил ее лобок.
Она не отстранилась.
- Получите, когда найдем, - окинула взглядом сгрудившихся рядом Верных. – Выдвигаемся.
***
Дарио шел впереди, как и обещал.
Иногда он замирал и поднимал руку. В таком случае Алина пряталась в тени или прижималась к стене и ждала, когда можно будет пройти дальше.
Чем выше они поднимались, тем чаще приходилось останавливаться. По коридорам бродили разрозненные группы китайцев. Некоторые из них были пьяными, они шатались из стороны в сторону и хрипло орали свои мяукающие песни.
Дарио двигался вперед точными, скупыми движениями, как вышедший на охоту леопард. Крупные мышцы переливались под его обтягивающей спину черной майкой. Алина поймала себя на том, что не сводит с него глаз и отвернулась, тряхнув головой. Тянущее чувство внизу живота расходилось теплыми волнами, и это раздражало.
У очередного перекрестка Дарио замер и обернулся.
- Еще один поворот, и мы на месте. Держись ближе. Тут опасно.
Она не успела сделать и шага.
Черные тени свалились на нее сверху, выскочили сбоку, схватили за руки и за ноги, загоготали, лапая за груди и ягодицы. Алина взвизгнула и забилась в их руках, как пойманная рыбина.
Пять выстрелов прозвучали за считанные мгновения, и тени отвалились.
Алина бросилась вперед, прижалась к широкой груди, задыхаясь и всхлипывая.
- Всё, всё уже позади, - шептал Дарио, гладя ее по спине. – Успокойся.
Сильные руки сжали ее за талию. Одна из них скользнула ниже.
Алина отпрянула.
- Говорила же, не хватай за жопу!
Она оттолкнула его и побежала дальше по коридору, размазывая по щекам слезы.
- Подожди…
- Не ходи за мной!
Она свернула в сторону и вдруг уперлась в запертую дверь.
Постояла, держась за стены и тяжело дыша.
И только тогда услышала дикие вопли, словно кого-то живьем рвали на части.
Она осторожно приоткрыла дверь и выглянула наружу.
17
Было уже темно, когда Баргас выбрался на поверхность.
Две трети большого дома лежало в руинах. Рухнувшие балки перекрытий еще тлели, распространяя сизый дым. Немногочисленные фонари, оставшиеся в раскуроченном взрывами саду, освещали развалины призрачным светом.
Баргас глубоко вздохнул, жадно ловя свежий морской бриз с привкусом гари.
Все его чувства обострились. Он слышал, как потрескивают сгоревшие бревна. Как машет крыльями ночной мотылек. Видел лепестки цветов далеко у ограды. Мог разложить на составные части все окружающие его запахи.
Густой запах страха и ненависти он уловил задолго до того, как из темноты вынырнули тени.
Два десятка подземных доходяг в лохмотьях медленно разошлись по площадке, окружая его полукольцом. Потом остановились и наставили на него свои длинные трубки.
Баргас вздохнул.
- Я просто хочу уйти. Свалите с дороги, и я вас не трону.
- Ты никуда не уйдешь, Темный Бог, - шагнула вперед фигура, завернутая в черное покрывало. – Здесь ты ответишь за все свои злодеяния.
Сектанты забормотали.
- А ты еще кто такая? – спросил Баргас. – Что еще за Темный Бог? Совсем вы сбрендили у себя в пещерах.
Женщина скинула с головы покрывало и тряхнула белыми волосами.
- Ты ответишь за всё, что со мной сделал.
Баргас расхохотался.
- Ба! Да это же моя маленькая белокурая шлюшка. Ты, оказывается, жива? Прекрасно. А то, ты не поверишь, меня целый день совесть мучила.
- Всё из-за тебя, - прошипела Мия.
- Подожди. Что всё? Что я с тобой сделал? Ты ко мне сама пришла. Сама в рот взяла. Сама ноги раздвинула. Не ври себе. Тебе же понравилось. Сладко стонала. Жадно подмахивала. Даже раза три кончила. Это я точно знаю, меня не обманешь. Или ты про мой разговор с твоей мамашей? Так опять же сама виновата. Врать маме нехорошо.
- Заканчивайте с ним, - скривилась Мия и взмахнула рукой.
Два десятка темных сгустков ударилось о его грудь, спину, плечи.
Фиолетовый дым на мгновение скрыл его фигуру, а когда рассеялся, Баргас пошевелился.
- Теперь весь костюм от ваших соплей чистить, - пробормотал он, стряхивая с пиджака фиолетовую слизь.
Сектанты в ужасе отшатнулись.
- Это всё? – спросил Баргас. – Или у вас еще что-то есть?
- Убейте его! – завизжала Мия.
Два
