— Просто удивительно, как все получилось, — вздохнула Зинаида. — Отныне единственное, что может нас тревожить, это сдержит ли Ладислас свое слово. Мне бы не хотелось, чтобы ты снова был вынужден ехать разыскивать его. Понимаешь, муж мой, я вообще не хочу, чтобы ты оставлял меня.
— Уж теперь это совсем маловероятно, мадам. Царь решил немедленно отослать генерала Вандергута с супругой из Русского государства, а меня просил принять командование дивизией. Так что теперь, любимая, я — бригадный генерал.
Зинаида изумленно вскрикнула и обвила руками шею мужа. Крепко обнимая ее, Тайрон рассмеялся. Он был безмерно счастлив, что она принадлежит ему, и отныне они будут разлучаться очень и очень редко. Потом он вздохнул, жалея, что в Англии им не придется наслаждаться такой роскошью, как настоящая русская баня. Но тут же решил, что непременно исправит это упущение, как только приедет в свое поместье.
Эпилог
На корабле подобрали последние паруса, как только он причалил к лондонской пристани. В следующий миг из большой кареты, стоявшей в конце мощеной пристани, выскочил пожилой мужчина и повернулся, чтобы помочь высокой стройной даме. Ее красиво уложенные волосы, некогда рыжеватые, уже успели поседеть. Другая элегантная дама, лет на двадцать старше, вышла из кареты следом за первой. Когда спустили сходни, все трое побежали навстречу, отыскивая в толпе лицо, которое они не видели уже много лет.
Высокий мужчина с двухгодовалым белобрысым мальчишкой на руках ступил на нижнюю палубу и протянул руку стройной темноволосой женщине. Она на секунду остановилась, чтобы поправить одеяло младенца, которого держала на руках, а потом, опираясь на руку спутника, тоже сошла вниз. Следом за ней спешила старая, одетая во все черное служанка, тащившая огромный сундук с детскими вещами. Та женщина, что была моложе, тревожно посмотрела на мужчину. Он улыбнулся и обнял ее за плечи.
— Не волнуйтесь, мадам, моя семья полюбит вас так же крепко, как я сам. Да и как не полюбить вас, если вы подарили им двух таких прекрасных внучат?
С этими словами он обнял жену за талию и подвел к поручням, пытаясь отыскать в толпе встречавших знакомые лица.
— Тайри! Тайри! — закричала пожилая женщина сквозь слезы радости, бросилась вперед и замахала рукой, привлекая к себе его внимание.
Радостно замахав ей в ответ, Тайрон отозвался:
— Бабушка! Вижу, ты получила мое письмо. Признаться, я не думал, что оно дойдет, и кто-нибудь будет встречать нас!
— Мы бы ни за что не пропустили это событие, сынок! — закричал пожилой мужчина, догоняя старушку. — Мы считали дни и встречали каждое судно, пока, наконец, не заметили корабль с русским флагом. Ну, давай же скорее! Мы хотим познакомиться со своими внуками!
Тайрон склонился к светловолосому мальчику и указал в сторону старика:
— Смотри, Александр, это твой дедушка Тревор. — Голубые глаза малыша с любопытством остановились на встречавших.
— Дедушка?
— Александр, Александр, взгляни же сюда, дорогой! — взволнованно обратилась к нему седовласая женщина.
Тайрон помахал ей рукой и сказал сыну:
— А это — твоя бабушка.
Сунув пальчик в рот, малыш снова посмотрел на отца:
— Бабушка?
Тайрон рассмеялся, поняв, что сынишку смутило такое количество новых и незнакомых людей.
— Правильно. Бабушка Элианна.
Мальчик вынул палец изо рта и, указав на младенца, которого держала мать, гордо уведомил бабушку:
— Это маленькая сестричка. — Тайрон рассмеялся:
— Ты скажешь бабушке с дедушкой, как зовут твою сестричку?
— Ката, — гордо отвечал мальчуган и, наморщив нос, залился веселым смехом.
— Ката? — недоуменно переспросила мать Тайрона. Они еще не знали о том, что у Тайрона родилась дочь. Он писал им только, что Зинаида должна родить еще до их отъезда на родину. — Что это за имя?
— Катарина-Наталья, — со смехом поправил Тайрон. — Алексу еще трудно выговаривать.
— О, это намного красивее, — сказала Элианна Райкрофт, облегченно смеясь. — Давай же скорее, Тай, веди сюда свою семью, дорогой.
— Непременно, мама, как только мы сумеем подойти к трапу, — заверил ее сын. Склонившись к Зинаиде, он осторожно отогнул уголок одеяла и устремил любовный взгляд на ангельское личико спящей девочки. — Ей, наверное, совсем не понравится, если ее разбудят все эти любящие родственники.
— Может, и понравится, но, наверное, наша маленький ласточка захочет поскорее покушать, — вмешалась стоявшая рядом Эли. — Уже время.
Зинаида поправила темные волосики на лбу новорожденной, которая немедленно отреагировала на прикосновение движением ресниц.
— Слава Богу, она выглядит совершенно спокойной, Эли. Может быть, проспит все время, пока мы будем знакомиться, и добираться до дома.
— Это хорошенькая малышка, прямо твоя уменьшенная копия, — принялась нахваливать Эли.
— Идем, любимая, — поторопил жену Тайрон, увидев, что сходни теперь свободны. — Мои родные ждут, не дождутся, когда, наконец, смогут познакомиться с тобой и с нашими детьми. Ты покормишь Катарину в одной из спален в доме моих родителей. Мы заедем к ним на несколько часов. Потом я отвезу вас в наш дом, где можно будет устроить детей как следует.
Он снова обнял жену, и Зинаида прижалась головой к его плечу, говоря себе, что вовсе не стоит волноваться из-за предстоящей встречи. Муж коснулся губами ее лба, а тихий шепот: «Я люблю тебя», — окончательно прогнал все тревоги и наполнил сердце радостью. Потом Тайрон с гордостью и очень осторожно препроводил все свое семейство с корабля на пристань.
Элианна побежала навстречу с распростертыми объятиями:
— Сын мой! Сын мой! Как хорошо, что ты вернулся! Мы так по тебе скучали!
Райкрофты долго обнимались и целовались, а потом Тайрон, отступив на шаг, стал представлять Зинаиду и детей. Прижав к себе жену, он торжествующе улыбнулся:
— Отец, мама, бабушка Меган, хочу представить вам мою супругу Зинаиду. Это наша служанка Эли Маккабе, а это — наши дети, Александр и маленькая Катарина. Мы назвали их в честь отца Зинаиды и в честь нашего близкого друга, княгини Натальи Андреевны Жерковой, которая приедет к нам этой зимой вместе с мужем, еще одним моим близким другом, майором Григорием Тверским, и его невестой Татьяной.
Меган забрала мальчика у отца и прошептала ему что-то на ушко по секрету. Мальчик весело засмеялся и указал на отца:
— Лошадка! Папа!
Тайрон улыбнулся своей бабушке:
— О да, я уже учу его ездить в седле, так что ты скоро увидишь, какой это будет прекрасный наездник.
Со слезами благодарности и радостной улыбкой Элианна обняла Зинаиду:
