Читаем без скачивания Герой Веков - Брендон Сандерсон

– Нам надо спешить, – встревожился Сэйзед. – Надо добраться до Кан-Паара.

Тен-Сун покачал головой:

– Мы не уйдем далеко, если не поговорим с Первыми, террисиец. Отложи про запас еще немного своей ферухимии. Она может нам понадобиться.

Сказав это, Тен-Сун вернулся к пленнику и уселся возле него на задние лапы:

– У тебя есть выбор, Фор-Куд: или ты сам отдашь мне кости, или я съем твое тело – убью, как убил Ор-Сьера.

Сэйзед нахмурился. Пленный кандра, похоже, пришел в ужас. Тело Пятого растворилось, и он, как слизень, сполз с каменных костей. Тен-Сун улыбнулся.

– Зачем это? – спросил Сэйзед.

– Зейн меня этому научил, – осклабился Тен-Сун. Собачье тело начало растворяться, шерсть посыпалась на пол. – Никто не задумывается о том, что кандра может оказаться самозванцем. Через некоторое время Фор-Куд вернется ко Второму поколению и скажет им, что предателя Тен-Суна поймали. Я задержу их достаточно долго, чтобы Первые смогли восстановиться, – им понадобится намного больше времени, чем мне, чтобы сотворить себе тела.

Сэйзед кивнул. Вскоре вернулась Ме-Лаан с большим мешком костей, а Тен-Сун, с необыкновенной быстротой воссоздавший тело Фор-Куда, вышел из комнаты.

Сняв с решетки замок, Сэйзед сел, держа в одной руке его, а в другой – железный молот, который годился для накопления веса. Было странно просто сидеть и ждать, но Первым явно требовалось несколько часов, чтобы снова обрести тела.

«Торопиться некуда, ведь так? – подумал Сэйзед. – Первое поколение здесь – они-то мне и нужны. Я могу продолжать задавать им вопросы, узнать у них все, что мне нужно. Тен-Сун отвлекает Кан-Паара. Пусть Вторые еще несколько часов побудут правителями.

Разве смогут они теперь причинить какой-то вред?»

Я верю, что туман искал того, кто станет его новым вместилищем. Силе требовался разум, который смог бы ее направлять. Вы спросите, зачем силе, способной создавать и разрушать, нужен надзирающий разум? Дело в том, что в ней присутствуют лишь слабые зачатки собственной воли, а без разума, способного рассуждать, ничего не может быть создано или разрушено. Такое ощущение, что сила Охранителя понимает, что одного желания сохранить стабильность недостаточно. Если ничего не будет меняться, ничего никогда не возникнет.

Я до сих пор не знаю, откуда взялись разумы Охранителя и Разрушителя.

Так или иначе, туман – сила Охранителя – выбрал себе человека задолго до того, как все началось. Но этого человека тотчас же захватил Разрушитель и использовал в своих целях. Он знал, что, если у нее будет гемалургический штырь, туман не сможет исполнить задуманное.

Те три раза, когда она получала порцию его силы, серьги́ в ее теле не было. Когда она сражалась с Вседержителем, он вырвал серьгу при помощи алломантии. Когда дралась с Маршем в Фадрексе, то сама использовала свое украшение в качестве оружия. В конце концов Марш вырвал серьгу, позволив туману – который уже впал в отчаяние из-за того, что тень Охранителя растаяла, – наконец-то заполнить ее без остатка.

79

Что-то изменилось.

Вин оторвалась от созерцания мира. Происходило что-то важное. У нее было слишком мало опыта, чтобы сразу понять, в чем дело, но она заметила, что сердце Разрушителя вдруг устремилось куда-то вдаль.

И последовала за ним.

Торопиться не пришлось. На самом деле Вин даже не ощущала, что движется. Она следовала за ним, потому что так разум понимал перемещение сознания туда же, где сфокусировался Разрушитель.

Вин узнала это место. Ямы Хатсина или их окрестности. Часть ее разума уже заметила, что Ямы превратились в огромный лагерь беженцев, и те быстро поглощали запасы, которые собрали старательные террисийцы. Что-то в ней улыбнулось. Террисийцы беспрекословно делились продуктами, помогали тем, кто бежал из Лютадели. Вседержитель позаботился о том, чтобы они стали покорными. Однако думал ли он, что, создавая совершенных слуг, породит вдумчивый добрый народ, готовый…

Внимание Вин переключилось на нечто блистающее, полыхающее… Свечение было мощным, намного ярче солнца. Она присмотрелась, но ничего не разглядела. Что же это могло быть?

– Возьми, – произнес чей-то голос. – Найди людей и обменяй на оружие и припасы.

– Да, лорд Кан-Паар, – раздалось в ответ.

Голоса звучали в самом центре светящегося пространства. Оно было чуть в стороне от Ям, всего в нескольких минутах пути от лагеря беженцев.

«Ох нет…» – подумала Вин, ощущая внезапный ужас.

– Глупцы Первые слишком долго сидели на этом сокровище, – продолжал Кан-Паар. – С таким богатством мы можем править людьми, а не служить им.

– Я думал… что мы не хотим ничего менять, – неуверенно произнес второй голос.

– О, мы не меняем. Не сейчас, по крайней мере. Пока что надо просто продать небольшое количество…

«Спрятан под землей, – подумала Вин, чей возвышенный разум проследил связь. – В месте, которое и так светится из-за большого количества металла. Разрушитель никогда бы не нашел атиум самостоятельно».

Продуманность стратегии Вседержителя потрясла. Он продержался тысячу лет, оберегая грандиозную тайну, пряча атиум. Вин вообразила поручителей, которые общались друг с другом при помощи металлических пластин, обмениваясь инструкциями по поводу того, что следовало предпринять в Ямах. Она представила караваны, которые следовали из Ям, везя атиум, смешанный с золотом и монетами, чтобы не выдать, куда и откуда его перевозили.

«Ты не знаешь, что я делаю для человечества», – сказал тогда Вседержитель.

«В самом деле я не знала. Спасибо тебе», – мысленно поблагодарила Вин.

Она почувствовала, как Разрушитель всколыхнулся, и остановила его. Но как только тончайший отросток ее силы пробрался к Эленду, Разрушитель совершил ответный ход. Говоривший нес на себе пятно гемалургии. У него были штыри в плечах, и благодаря им Разрушитель смог заговорить с их носителем.

«Это кандра?» – подумала Вин, наконец-то разглядев сквозь сияние атиума создание с прозрачным телом, стоявшее посреди пещеры, под землей. Еще один кандра выбирался из норы, расположенной поблизости, и при нем был небольшой мешочек с атиумом.

Разрушитель взял под свой контроль кандру Кан-Паара. Создание застыло. Металлические штыри его предали.

«Кстати говоря, – обратился Разрушитель к Кан-Паару, и Вин почувствовала, как его слова льются в сознание кандры. – Сколько тут атиума?»

– Что… кто ты такой? – спросил Кан-Паар. – Почему ты в моей голове?

«Я бог, – раздалось в ответ. – И ты принадлежишь мне.

Как и все остальные».

Эленд приземлился у самых Ям Хатсина, взметнув облако пепла. К его удивлению, периметр охраняли его солдаты. Они бросились вперед с копьями наперевес и застыли, узнав императора.

– Лорд Венчер?

– Я тебя знаю. – Эленд нахмурился. – Я видел тебя в своей армии под Фадрексом.

– Вы отослали нас, мой господин, – пояснил солдат. – Вместе с генералом Дему. Чтобы мы помогли лорду Пенроду в Лютадели.

Эленд глянул в ночное небо, усыпанное звездами. Путешествие из Лютадели в Ямы Хатсина заняло некоторое время. Если оно текло так же, как раньше, полночь уже миновала. Что же произойдет, когда наступит восход солнца?

– Так, – произнес Эленд, – мне нужно поскорее поговорить с теми, кто управляет этим лагерем.

Возвращение Первого поколения вызвало именно тот эффект, на который рассчитывал Сэйзед. Престарелые кандра, хоть и получили более крупные тела, по-прежнему обладали особым цветом и дряблой кожей, которые были свойственны их возрасту. Он опасался, что обычные кандра их не узнают. Однако он забыл о том, как долго живут местные обитатели. Даже с учетом того, что Первые показывались перед своим народом раз в сто лет, большинство кандра видели их неоднократно.

Сэйзед улыбнулся, когда Первые вошли в главный зал, продолжая вызывать изумление и шок среди своих соплеменников. Они объявили, что Кан-Паар предал и заточил их, а потом призвали всех кандра собраться. Сэйзед держался позади, с Ме-Лаан и остальными, следя, чтобы в их плане не обнаружились недостатки.

К нему подошел знакомый кандра.

– Хранитель. – Тен-Сун по-прежнему пребывал в теле Пятого. – Надо соблюдать осторожность. Наверху происходят странные вещи.

– Например? – спросил Сэйзед.

И в этот момент Тен-Сун на него напал.

Террисиец обомлел, и секундное замешательство дорого ему обошлось. Тен-Сун – или кто-то на него похожий – схватил его за горло и начал душить. Они повалились на пол, привлекая внимание окружающих кандра. Противник Сэйзеда обладал каменными костями, весил намного больше и потому с легкостью оказался сверху, по-прежнему сжимая шею Сэйзеда.

– Тен-Сун! – в ужасе крикнула Ме-Лаан.

«Это не он, – подумал Сэйзед. – Этого не может…»