из него при жизни.
Кейру бросило в жар, стало трудно дышать. Ей не показалось? Он действительно имел в виду именно то, что сказал?
— Так тело Айнана живо? Его душу до сих пор можно вернуть обратно?
Надежда… Раньше она и не знала, что надежда — это больно.
Веренио покачал головой.
— Тело нельзя убить, пока в нем нет души, — подтвердил он. — Уверен, оно до сих пор лежит где-то в подземельях замка. Не стареет и не меняется, словно заморожено. Без души ему нельзя навредить. А что касается второго вашего вопроса: прошло слишком много времени. Теоретически, вернуть душу в тело возможно, но после стольких лет…
— Что для этого нужно? — нетерпеливо потребовала Кейра.
Не важно, насколько это невозможно, она готова на все.
Веренио задумался.
— В первую очередь, нахождения в одном помещении тела, кристалла и материального призрака.
— А дальше?
— А дальше Айнан должен захотеть этого сам.
— Всего лишь захотеть? — удивилась Кейра. Не верила, что все может быть так просто.
— Захотеть и осознать себя. Поймите, — принялся объяснять старик, — несмотря на характер, манеру поведения, образ мыслей, это не тот Айнан Алистер, каким он был при жизни. Это два разных человека с собственным жизненным опытом. Прошло одиннадцать лет. Почти невозможно, что он сумеет соединиться с телом; не головой, а чувствами принять, что оно именно его.
— Почти, — прицепилась Кейра. — Значит, шанс есть?
Веренио пожал плечами.
— Шанс всегда есть, — вздохнул он. — Но на вашем месте я бы не слишком на него рассчитывал. Это один шанс из тысячи.
— Мне хватит, — упрямо сказала Кейра.
Шарлотта посмотрела на нее с опаской.
— Кейра…
Но она лишь отмахнулась. Шанс, один шанс — это в миллион раз больше того, что у нее было несколько часов назад.
Кейра встала.
— Спасибо вам, господин Веренио. Клянусь вам, что если королева Грация и узнает о том, что вы нам рассказали, то точно не от нас. Верно, Шарлотта?
Аристократка даже обиделась предположению, что она может проболтаться.
— Естественно! — важно подтвердила она.
Веренио же только покачал головой.
— Мне уже все равно. Слишком поздно.
— Никогда не бывает поздно, — не согласилась Кейра. — До свидания, господин Веренио. И ещё раз спасибо… Шарлотта, пойдем.
— Удачи, — бросила аристократка старику на прощание и поспешила за ней.
ГЛАВА 50
Почти весь обратный путь прошел в молчании. Обеим было о чем подумать.
Взятая с собой еда осталась нетронутой. Даже вечно голодная Шарлотта не выразила желания подкрепиться. Новости об обожаемой ею королеве Грации поразили девушку до глубины души: идеал и пример для подражания в реальности оказался совсем другим.
Кейра тоже молчала. Даже забыла о неудобном дамском седле, погрузившись в свои мысли.
Старик Веренио сказал, что оживить Айнана почти нет шансов. Однако всякий раз, когда она думала об этом, сердце ускоряло бег. Еще утром Кейра была уверена, что ее любимый человек окончательно и бесповоротно мертв вот уже одиннадцать лет. А сейчас… Сейчас у нее была надежда. И как ни пыталась она остудить собственный пыл, снова и снова прокручивая в голове слова бывшего придворного мага о том, что вернуть душу в тело практически невозможно, эта надежда не угасала. Наоборот, крепла и сияла все ярче.
Большую часть пути Шарлотта ехала впереди. У Кейры не было желания догонять ее, а аристократка не останавливалась, чтобы подождать спутницу. А так как ни одна из них не горела желанием вести светские беседы после всего случившегося, Кейру более чем устраивала ее позиция: так она хорошо видела подопечную и могла среагировать в случае опасности.
Уже на подъезде к Арситу Шарлотта все же придержала коня.
— Знаешь, — сказала девушка, когда лошадь Кейры поравнялась с ней, — я рада, что все произошло именно в такой последовательности.
Кейра приподняла брови, не понимая.
— Что ты имеешь в виду?
— А то, — важно заявила аристократка, — что я сперва решила, что не стану невесткой ее величества, а лишь потом узнала, какая она.
Кейра снисходительно улыбнулась.
— А то ты не догадывалась, какая она.
Глаза Шарлотты округлились.
— Конечно же нет! Она была такая… такая… — ей не удалось подобрать нужных слов.
А ведь раньше Шарлотта только и делала, что описывала красоту ее величества, а также доброту и образованность, не скупясь на эпитеты.
— Я видела ее с Юлием, — призналась Кейра, больше не считая нужным хранить этот секрет.
Аристократка снова успела проехать вперед, но после этой фразы развернула Рози и подъехала к Кейре почти вплотную.
— Ты имеешь в виду: не на балу? — спросила она, глядя на спутницу в упор.
В глазах Шарлотты была такая мольба, что Кейре стало не по себе, и она даже подумала ответить: «На балу, разумеется», — и закрыть зря начатую тему.
Но сказанных слов не воротишь. А аристократка сегодня узнала слишком многое, чтобы пытаться уберечь ее от разочарования. Поздно: ореол святости вокруг королевы Грации безвозвратно угас.
— После бала, — ответила Кейра правду. — Они были любовниками.
Шарлотта отвернулась.
— А мне ты не сказала, — пробормотала себе куда-то в плечо.
Ну, раз уж они говорят максимально откровенно…
— Тебе? — переспросила Кейра. — Той, кто сравнивал ее величество с солнцем и мечтал с ней породниться? Ты не видела, во что превратился приют, о котором она якобы лично заботилась? Не была свидетельницей того, как она лишила работы и хотела выпороть человека всего лишь за несколько капель на ее туфлях? Шарлотта, если ты не видишь дальше своего носа, то не я должна открывать тебе глаза.
Подопечная повернулась к ней. Пораженно моргнула — не ожидала такой отповеди.
Кейра и сама не знала, что на нее нашло. Должно быть, нервозность этого дня, наконец, потребовала выхода. Умом она понимала, что срываться на Шарлотте, которая сделала для нее сегодня практически невозможное, несправедливо. Но сдержаться не сумела.
— Юлий — всего лишь дополнительный кусочек мозаики, — добавила Кейра уже спокойнее. — Любовные связи — личное дело каждого. Но в совокупности с остальным и тем, что рассказал сегодня Веренио, можно сделать вывод…
— Что королева Грация — просто чудовище, — закончила за нее Шарлотта.
— У меня на язык просилось словцо покрепче, — призналась Кейра.
— Думаешь, она приложила руку и к смерти его величества? — похоже, аристократка решила в этот день окончательно прозреть и посмотреть на ситуацию с той стороны, с которой Кейра видела ее все это время.
— Не исключено.
Как бы там ни было, мнение Кейры основывалось лишь на собственных подозрениях и недосказанных намеках Айнана. Поэтому она не хотела ничего утверждать.
Шарлотта помолчала, но вперед не уезжала, так и
