Читаем без скачивания Цена его ревности. Книга 3 (СИ) - Мур Лана

Вика с Ракешем уже готовы были идти в шатер к пандиту.

— Ну вот, — слегка склонившись к ней проворковал Ракеш. — Скоро ты станешь официальной невестой Ракеша Роя.

Как проходившая мимо Чанда, не заметив девушку, толкнула ее в плечо. Не сумев устоять на высоких тонких каблуках и потеряв равновесие, Вика врезалась в плечо мужа, вцепившись в его рукав и заставив отступить на шаг. Тут же она почувствовала ощутимый толчок в спину, окончательно бросивший ее на руки Ракеша. Сначала плечо начало жечь. Вика посмотрела на темную струйку, стекающую по ее белой коже и подняла взгляд на мужа.

— Я же говорила, что прикрою тебя, — прошелестела она, а потом, на смену жжению пришла оглушающая боль, и, побледнев, Вика стала оседать на помост.

Не веря своим глазам, Ракеш подхватил бесчувственное тело и прижал к себе, чувствуя жжение в плече. Он не слышал криков и визгов, не видел, как, побледнев, пошатнулась Айрин. Проигнорировав полоснувшую руку боль, подхватил жену на руки и, автоматически захватив со стола салфетки, быстрым шагом пошел к воротам, бросив на ходу:

— Машину.

Ракеш немного замедлил шаг только поравнявшись в другом.

— Езжай, я его найду, — коротко бросил Дхавал, поймав полный отчаяния взгляд, а Радж, мрачно кивнув, пошел дальше. Следом за ним торопились бледные Айрин с Санджеем и все домочадцы.

Увидев, что промахнулся, Джек не стал повторять попытку. Он хотел спуститься с дерева, но увидел, как, окружая место его нахождения, по лесу рассыпались охранявшие дом люди. Джеку сейчас очень не хватало верного ножа, но тот остался на родине. Здесь же у него была только винтовка, которую Кендалл, уже не помышляя о незаметном отходе, стал перезаряжать.

— Мы его видим, — услышал Дхавал голос руководителя группы. — Он на дереве. Берем?

— Ликвидируйте, — раздался бесстрастный голос.

Опершись спиной о ствол, Джек снимал оптику с винтовки, готовясь в ближнему бою, но только прицелился в ближайшего противника, как почувствовал обжигающее проникновение свинца.

«Брат, прости, я не смог ничего сделать», — промелькнула последняя мысль и, обмякнув, американец упал на землю.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Приберите, — распорядился Дхавал, удостоверившись, что опасность устранена. После чего запрыгнул в машину и погнал к больнице.

— Готовь операционную, — пытаясь пережать вену, бросил Ракеш в трубку, когда автомобиль на всей скорости уже летел к больнице его лечащего врача. Он пытался остановить кровотечение у лежащей на его коленях Вики, но жизнь из нее продолжала уходить.

Ракеш никого больше не пустил к себе, поэтому все остальные ехали на следом, на других машинах.

— Пулевое ранение. Навылет, — коротко отвечал он на вопросы врача. — Под ключицей. Кажется, задета вена. Очень много крови. Никак не могу остановить.

Ракеш отбросил телефон и приподнял безвольную голову жены.

— Вика, — позвал он. — Вика, очнись, посмотри на меня. Вика, ты не можешь вот так покинуть меня. Ты же сама говорила, что мы всегда будем вместе и у нас впереди много времени, — сухие рыдания разрывали горло. — Вика!

Длиные ресницы задрожали, и Вика открыла глаза.

— Мне холодно, — раздался слабый голос.

— Да-да, сейчас, — Ракеш взял из-за спины плед и постарался укрыть Вику.

— И больно, — побледнев еще сильнее, хотя казалось, что это уже невозможно, пожаловалась она.

— Знаю, малыш. Потерпи. Все будет хорошо. Ты только держись. Не оставляй меня.

— Я тебе должна кое-что сказать, — расслышал Ракеш еле слышный шепот.

— Молчи. Не говори ничего, не трать силы. Ты должна выдержать, — просил он, с беспокойством вглядываясь в любимое лицо и страшась увидеть на губах кровь, но они были чистыми, хоть и мертвенно бледными.

— Я должна, пока еще могу, — Вика замолчала, собираясь с силами и не отводя глаз от мужа. — Я полюбила тебя еще в свой первый приезд, но поняла это, только когда уехала. Я все это время тебя любила и люблю сейчас. Я не жалею ни о чем. Ведь несмотря ни на что, мы были вместе и были счастливы.

— Не надо, не говорить так, — гладил Ракеш уложенные в высокую прическу блестящие локоны. — Мы еще будем счастливы. Очень счастливы. Ты сильная. Ты сможешь, — веки наливались свинцом, и Вика закрыла глаза. — Вика! — голос сорвался. — Вика, посмотри на меня! Ты мне обещала, ты не можешь забрать свои слова обратно! Ты же всегда держишь слово! Вика! Открой глаза!

У больницы их уже встретили врачи. Девушку переложили на каталку, надели кислородную маску и повезли в операционную. Не отставал от медиков и Ракеш, а за ним бежали подоспевшие родственники.

Вике сделали укол с кровесвертывающим препаратом и поставили датчики, контролирующие давление и пульс. Доктор посмотрел на мониторы и нахмурился — кривая, рисующая сердечный ритм, имела слишком высокую частоту; пульс был очень быстрым и слабым, а столбик давления едва поднимался над критической отметкой. Пациентку готовили к операции. Врач не был уверен, что она выдержит наркоз, поэтому место ранения обкололи анестетиком. Сестры поставили капельницу с кровезамещающим составом, но это не очень исправило состояние Вики, по-прежнему остающееся критичным.

— Кость не задета — уже хорошо, — осматривая рану, сказал врач и стал ее чистить, а одна из сестер вышла в коридор.

Ракеш без устали шагал по коридору взад и вперед. Никто, посмотрев в горящие глаза, не посмел преградить путь, только дверь операционной неумолимо захлопнулась, не пуская его к жене. Здесь же стояла бледная и кусающая костяшки пальцев Айрин с тихими, но непрерывно стекающими по щекам слезами. Поддерживающий ее Санджей. Сложившая ладошки и возносящая молитвы Лалит, а рядом с ней сосредоточенный и серьезный Анил. Молились и Канти с Ниравом. Сдерживая слезы, тетя кусала губы и ломала руки, каждый раз, как смотрела на исступленное лицо старшего племянника. Приехала даже дади. Оцепеневшая и безучастная, она статуей стояла в стороне. Чанда все еще не верила в реальность происходящего, полагая, что это лишь дурной сон. Но все, без исключения, обернулись к появившейся из операционной медсестре.

— Что?! — подскочив к ней, выдохнул Ракеш и сжал руки в кулаки, приготовившись к худшему. Айрин молча смотрела на медика огромными глазами, севший голос не позволил ей вымолвить ни слова.

— У Виктории большая кровопотеря, мы стараемся ее компенсировать, но медикаментов мало, нужна кровь.

— Так в чем дело?! Делайте, что положено! Почему вы стоите?! Вы же знаете, что все будет оплачено! — Ракеш не кричал, нет, но его сдавленный голос действовал сильнее, чем сотрясающие стены вопли.

— Дело в том, что в соседнюю больницу привезли пострадавших в большой аварии — столкнулось несколько автобусов, у них не хватало крови. Мы к ним ближе всех и отдали свою, оставив только самую редкую. Мы заказали в банке недостающее количество, но его еще не успели подвезти. К сожалению, у вашей жены самая распространенная группа, первая положительная, именно эту группу мы себе и не оставили, потому что ее без труда можно найти.

— Универсальный донор, кто бы сомневался, — тихо, будто сам себе, проговорил Ракеш.

— Да, — подтвердила женщина. — Но, по иронии судьбы, ей подходит только аналогичная группа.

— У меня первая положительная, — сказал Ракеш, делая шаг к двери.

Взгляд Чанды перестал быть остекленелым, она испуганно посмотрела на внука и, путаясь в складках сари, поспешила к нему.

— Лучше, чтобы донор был ее генотипа. Ведь Виктория европейка, — произнесла медсестра и вопросительно посмотрела на Айрин, окидывая взглядом ее слишком изящную фигурку и неодобрительно качая головой.

При мысли, что она может помочь сестре, Ирина постаралась избавиться от сковавшего ее оцепенения.