— Потсему… в… ска… н-н-н… ме… — процедил он беззубым ртом.
Бетани резко оборвала крик, словно ей заткнули рот кляпом. Эдди чуть не вырвало прямо на кожаную куртку миссис Гилинг от омерзительного, ошеломляющего зрелища. Нос Литтла представлял собой сплошное кровавое месиво, в которое впечатались два выбитых зуба; рот открывался в безобразной пустой ухмылке. У старика остался цел только один зуб. Верхняя губа, нижняя часть щек, подбородок, бывший теперь какой-то неестественной формы, — все было в крови, словно Литтл заливал себе варенье в рот пригоршнями. Он выплевывал междометия, кряхтел, было невозможно понять, что он говорит. Язык шевелился в зияющем отверстии окровавленного рта, как танцующая змея. «Не успел, — пронеслось в голове Эдди. — Я не успел!» Он увидел вдруг руку мистера Литтла над головой завизжавшей снова Бетани. С уродливой лапы падали комочки кровавой кашицы. Следующее, что увидел Эдди, был клок светлых волос миссис Гилинг в руке Литтла.
Глава двадцать четвертая
1
Муха была очень большая. Но лишь в сравнении с обычными мухами. И хотя она летала не быстрее бегущего человека, шериф не питал иллюзий по поводу того, что ему удастся от нее убежать. Тем более что Джек все продолжал стоять в остолбенении. Одна муха уже была в теле Боба Джонса, вторая летела на шерифа, и где-то слышалось жужжание третьей. И кто знает, возможно, третья — не значит последняя. Чарли почувствовал животный страх и желание упасть ничком, спрятать голову и заткнуть уши, чтобы не слышать больше этого монотонного, усыпляющего жужжания. Он еле совладал с собой. Ему вдруг ясно представилось, как эта тварь проникает в его тело, как в Боба Джонса, а он ничего не может сделать. Он сам видел, что Бобу, как он ни старался, так и не удалось смахнуть муху, сидевшую у него между глаз, схватить и раздавить ее, потому что он НЕ ПОПАДАЛ по ней, словно это было не нечто материальное, а наваждение, галлюцинация. Муха, всего лишь муха; смешно, но сейчас легче, наверное, было бы схватиться с каким-нибудь тираннозавром юрского периода. Трудно драться с таким мелким насекомым. «Да, хук с левой тут явно не поможет», — мелькнуло в голове у Чарли. Насекомое видело шерифа и неслось прямо на него, а он был бессилен, словно большой цепной пес перед крохотной блохой. Дальше все происходило как во сне. Лоулесс, словно заправский ганфайтер времен войны США и Мексики середины девятнадцатого века, выхватил кольт и поднял его прямо перед собой. Он сделал это почти бессознательно, как будто накануне изрядно выпил: им двигало безграничное отвращение при одном только представлении, как в его тело ВЛЕЗАЕТ эта мерзкая золотистая тварь, которая так похожа на обыкновенную муху, но никакая не муха. Она ввинтится в него и… что будет дальше? Хотя у мистера Джонса был такой вид, будто вот-вот блаженно уснет, Чарли вовсе не хотелось оказаться на его месте. Между тем муха была уже совсем близко. Лоулесс словно уже видел, как он падает, вопя во всю глотку, к ногам ошарашенного, бледного как мертвец Монро. Как пить дать, все так и будет. Чарли будет валяться и орать, потому что НЕ СМОЖЕТ раздавить руками эту тварь. Грянул выстрел. Казалось, его эхо привело в движение весь мир. На секунду все заволокло пороховым дымом. Чарли не верил своим глазам: там, где только что была муха, ничего больше не было, лишь брызги буро-зеленой жидкости. Лоулесс был уверен, что, повторись подобная ситуация еще сто, тысячу раз, он бы ни за что не попал в золотистое насекомое. Другое дело, если б это была просто безделушка в виде мухи — с такого расстояния он бы в нее попал. Ведь она была не такая уж маленькая и вполне могла послужить мишенью для выстрела. Но как все было? Муха гналась за шерифом, а он уже представлял себя покойником (хорошо еще, если просто покойником!). И именно в этот роковой момент прогремел тот единственный выстрел, который он вряд ли когда-нибудь сможет повторить. Никогда еще от Лоулесса так не требовалось меткости, как сейчас. «Я спас не только себя, — подумал Чарли, и от этой мысли ему чуть не стало дурно, — я спас двоих… может быть, даже троих. Будем надеяться, что троих». Но это было еще не все. Со стороны лужайки приближалась еще одна муха. Чарли не видел ее, но монотонное, сонное жужжание становилось все громче. У шерифа еще оставалось время, чтобы что-то предпринять. Но он был в таком оцепенении, что, наверное, дождался бы еще одной твари. Однако второй раз можно было не стрелять. Чарли даже не поднял бы пистолета. Ведь это было бы все равно что после выигрыша в сто миллионов долларов в казино где-нибудь в Лас-Вегасе на следующий день снова помчаться туда в надежде… выиграть еще сто миллионов. Его вывел из оцепенения крик Монро, крик, исполненный отвращения и ужаса. Джеку брызнуло в лицо несколько мелких бурых капель от разнесенной пулей мухи. Он нагнулся и попытался стряхнуть комочки слизи, но только размазал их. Лицо было искажено гримасой человека, только что проглотившего тухлую рыбу. Чарли метнулся к нему, схватил его за рукав форменной коричневой рубашки и рывком потянул за собой.
— Быстрее, Джек! — крикнул он, сосредоточенно прислушиваясь к приближавшемуся жужжанию. Мысленно он возводил сотни железобетонных стен на пути золотистой твари. — Там еще одна! Больше мне не повезет! — Он толкнул своего заместителя к «форду». — Открой дверцу!
Мозг Лоулесса работал с необыкновенной ясностью. Если он и Джек избежали гибели и остались целы, когда муха была в двух с половиной футах от него, то какими же дураками они будут, если упустят свой шанс сейчас. Чарли бросился к развалившемуся, как после продолжительной попойки, Джонсу. Боковым зрением он попытался обнаружить муху, но ее не было видно. Чарли был почему-то уверен, что сама муха заметила его. Ее жужжание говорило само за себя, оно стало ровнее — муха увеличивала скорость. Лоулесс потянул Боба за волосы, приподняв его голову, взял его под мышки и потащил, стараясь двигаться как можно быстрее, к полицейской машине. В этот момент он и увидел муху. Это была блестевшая на солнце крупная точка, увеличивавшаяся в размерах.
— Джек! Помоги мне! — крикнул он. Глядя на Джонса, трудно было и предположить, что он такой тяжелый — прямо как мешок с кирпичами. — Давай, помоги же мне!
Но Монро был уже рядом и подхватил Боба за ноги.
— Но ведь в нем же… муха! — прокричал Монро.
— После… — заорал Лоулесс — Не бросать же его… — Он уже почти пожалел о своем благородстве. Муха была уже намного ближе, чем он думал. По-видимому, эти твари умели все же летать быстрее самых известных спринтеров, если в этом возникала надобность. — О черт! — взвыл шериф. — Джек, быстрее, быстрее! Быс… — Он резко замолк, ударившись задом о крыло «форда». Судорожными движениями шериф стал забираться на заднее сиденье, таща за собой Джонса. Он взглянул мимо Монро, и ему стало нехорошо. Муха казалась коршуном, пикирующим на добычу. — Джек! Сзади, она сзади! Я сам! Забирайся в машину! Быстрее! — Монро уже не слышал его, он влетел на место пассажира, громко хлопнула дверца. Шериф подтянул Джонса и дрожащей рукой захлопнул дверцу со своей стороны. Вдруг до него дошло еще кое-что. — Стекла! Закрой СТЕКЛА! — Он почувствовал, что голосовые связки вот-вот лопнут.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
