мы наблюдаем в современной Украине, — такое не могло присниться даже в страшном сне ни одному представителю другой науки.
Наблюдая при этом, как некоторые из моих коллег с молниеносной скоростью перемещаются из одной партии власти в другую, как иные не брезгуют зарабатывать на экзаменационных сессиях и процессах защиты диссертаций, невольно задумываешься над беспредельностью той пошлости, которая стала основным содержанием нашего «правового» бытия. Вообще, даже делая сноску на трудные времена, вспоминая роль иных юристов в нашей истории, трудно удержаться от грустного каламбура, что это те люди, которые употребили лучшую пору своей жизни на то, чтобы сделать худшую ещё более печальной.
Неужели никто из них при этом не задумался, как подобное лицемерие отзовется в умах и душах молодого поколения, которое заканчивает юридические факультеты и вузы, защищает диссертации, идёт работать в высшие органы власти, правоохранительные органы и спецслужбы соответствующих государств? А как будут складываться отношения этих молодых людей с их же вчерашними соотечественниками по единому федеративному государству? Какими глазами будут смотреть друг на друга ученики преподавателей одного и того же в недавнем прошлом советского права, которых ныне разделяют идеология, языки, границы и настойчиво прививаемая этническая неприязнь? При беспристрастном наблюдении этого процесса может сложиться довольно странное впечатление, что у каждой страны ныне есть какое-то своё Право, например, одно — для Азербайджана, другое — для Армении, третье — для России и Белоруссии, а четвертое — для Украины и Грузии, пятое, вероятно, для Казахстана, Узбекистана и Туркменистана и так далее. Заметим при этом, что юристы каждой из этих держав вполне искренне убеждены, что на деле обеспечивают воплощение в жизнь своего народа принцип верховенства Права. А ведь точно также они все вместе совсем недавно клялись в верховенстве социалистической законности. Естественно, напрашивается нелицеприятный вопрос: так верховенство каких ценностей в действительности господствовало и господствует в душах всех этих деятелей? И вообще есть ли что-либо святое в душе этой всегда услужливой корпорации профессиональных игроков с судьбами зависимых от них людей? Как тут не вспомнить тонкое замечание немецкого писателя Георга Лихтенберга (1742–1799): «Чтобы поступить справедливо, нужно знать очень немного, но чтобы с полным основанием творить несправедливость, нужно основательно изучить право».
Как известно, большевистский режим единого советского государства требовал весьма солидного правового обеспечения, в равной степени, как и его последующий распад. И я лично ничуть не удивлюсь, если при первом же удобном случае правовым обоснованием процесса реставрации прошлого будут заниматься те же самые люди и с точно таким же фанатичным блеском в глазах. Вероятно, поэтому таких юристов в мире не уважают, а бардов, поэтов, писателей и физиков почитают, переводят и печатают. Но сие не означает, что достоинство, свобода и права человека должны перекочевать в учебники филологии или элементарной физики. Просто отечественному юридическому бомонду пора отвлечься от экзаменационной, диссертационной, кафедральной суеты и очередного обоснования точки зрения очередной партии власти, а заняться, наконец-то, своими прямыми обязанностями: думать, переживать и страдать за судьбы своих соотечественников, чтобы мы, юристы, а не герой известного фильма, могли, не краснея, заявить: «За державу обидно»!
Поскольку всё время на кого-то обижаться уже не осталось ни исторического времени, ни душевных сил, то в разделах 5 и 6 настоящего издания выдвинута система конкретных конституционно-правовых мер, настоятельно необходимых, на взгляд автора, для обеспечения развития Украины в качестве демократического, правового и социального государства; государства, в котором можно было бы мирно жить, не испытывая непрестанно опасения за свои достоинство, свободу и права человека, за будущее своих детей и внуков.
Сила любого народа — в солидарности, в терпимости, в единстве составляющих его индивидуальностей. Отсутствие этих качеств — верный признак будущего распада державы, разброда и шатаний её бывших граждан по разным закоулкам запутанного лабиринта земной цивилизации. История знает народы, которых немилостивая судьба разбрасывает по всему свету. Они как вечные пилигримы ищут пристанище где угодно, только не на своей исторической родине. Таких людей ничего не связывает между собой. У них нет общих духовных корней. И потому даже на чужбине, они не держатся вместе. Такое поведение явно отличает многих эмигрантов, например, из СССР от выходцев из других стран. Бывшие советские граждане, как правило, отказывают друг другу в моральной, психологической и материальной поддержке. Иными словами, сила отторжения между ними превышает силу притяжения. Одна из причин подобного поведения находит своё объяснение в отсутствии культуры солидарности в менталитете соответствующего народа. Вместе с тем, культура солидарности — основа духовного сохранения нации. Её отсутствие — предтеча краха. Поэтическим воплощением последнего стали пророческие стихи «Когда они пришли…» протестантского теолога, президента Всемирного совета церквей Мартина Нимёллера (1892–1984). Вот эти ставшие знаменитыми на весь мир строки:
Когда нацисты пришли за коммунистами,
я оставался безмолвным.
Я не был коммунистом.
Когда они сажали социал-демократов,
я промолчал.
Я не был социал-демократом.
Когда они пришли за членами профсоюза,
я не стал протестовать.
Я не был членом профсоюза.
Когда они пришли за евреями,
я не возмутился.
Я не был евреем.
Когда пришли за мной,
не осталось никого, кто бы заступился за меня.
Солидарность — союз людей во имя сохранения достоинства каждого. Солидарность — это счастливая способность людей откликаться на зов своего сердца о защите достоинства и свободы другого человека. Иногда люди задаются вопросом: для чего мы живём в обществе, если не стараемся облегчить жизнь друг другу? Справедливый вопрос, ибо, как верно замечено, два человека, два этноса, два народа, два государства могут спасти друг друга там, где один неминуемо погибнет. Солидарность — центральное звено в исторической судьбе любого народа. Как утверждал в тяжелейшую минуту для своей державы 32-й президент США Франклин Рузвельт, «солидарность — вот ключевое слово. С нею мы смело можем не бояться ничего, кроме самого страха». Солидарность стала определяющим понятием всей внутренней политики Рузвельта, которая вошла в историю под наименованием «Новый курс». Среди ряда американских историков бытует убеждение, что если бы смерть не вырвала этого выдающегося государственного деятеля из рядов ведущих политиков мира, то принцип солидарности лег бы в основу всей внешней политики США после окончания Второй мировой войны. И кто знает, не удалось бы в этом случае избежать той злополучной холодной войны, которая в итоге завершилась позорным распадом СССР? (Для справки: термин «холодная война» первым в мире употребил советник президента США Бернард Барух (1870–1965) в речи, произнесенной 16 апреля 1947 г. перед палатой представителей Южной Каролины для
