он уже плыл. Мимо с поразительной лёгкостью какого-то призрака пронеслась Роулсанэ, издав высокий визг, превратившийся в воде в таинственное завывание. По всей видимости, звала следовать за ней. Подняв голову, отмечая про себя расстояние до спасительной поверхности, самец направился в указанную сторону. Старался держаться горизонтально, не уходя на глубину. Ведь он лишь временный гость в этом царстве и не создан для таких условий. Однако очертание морской драконицы успокаивало и, несмотря на чуждость ощущений, имелось чувство правильности. Да и любопытство присутствовало. Может, не такое, какое проявили бы его братья, но всё же. Много необычных историй, коих он слышал как в детстве, так и нынче будучи взрослым, пришло из морей. Здесь, в безмолвии, обитало множество удивительных животных. Правда, их дракон пока не видел. Лишь смутно замечал стайки рыб где-то в стороне. Это было не столь важно: ведь рядом была морская самка, ведущая его к тому, что она хотела показать. Разделить с ним. И это первое что-то, что принадлежало только им двоим. От этого его сердце трепетало. Неужели это то, о чём так просто говорил отец, и то, что мать не могла объяснить. Сейчас в объятиях моря у Сардоласа было время спокойно, откровенно подумать об этом, зная, что ему не предстоит говорить вслух. Пока что. Они разной крови, будет ли это в случае с текущей песней течений серьёзным препятствием? Он не знал, но знал, что если вообще не расскажет ей о том, что чувствует, будет ещё хуже. Это будет равносильно тому, чтобы пойти против себя самого. А он никогда не бежал от опасностей. И никогда не собирался. Даже не имело особого значения, когда это началось. В первую их встречу, просто тогда они ничего не могли понять, или же сейчас это чувство окутало их или только его. Это было не важно. Впереди замаячила какая-то громада, и самец, чей окрас тоже удивительно сливался с водой без света, сумел различить приглушённые, но выделяющиеся цвета. Риф. Роулсанэ обернулась без труда вновь издавая радостный рык, долженствующий говорить, что они почти приплыли. И Сардолас улыбнулся. Не от этого. А от того, что любил эту драконицу.
Комментарий к 59. Прибой.
Я думаю, что это единственное перед чем пасует Сардолас) Дракон сильный и достойный. Надеюсь, что их взаимодействие удалось передать хорошо и объяснить минуя главного слова. Думаю, оно началось много раньше))) Намёк проскользнул в 33 главе, где особо внимательные могли обратить на него внимание.
Роулсанэ выросла, ведь она действительно совершила свои странствия в одиночку. Вы можете видеть, какой она стала из подростка. Её давно не было на этих страницах, потому что её путь начался много раньше, чем у сыновей Трефалкира и Азайлас) Однако именно так наглядно видно, что что-то всегда возвращается, продолжается само по себе. В жизни всегда есть место этому. И это может принести за собой что-то новое для одного, что-то знакомое для другого. А может, и то и это сразу)
Семеро ждущих, где-то потерялось несколько) Это последняя глава к которой можно будет поставить ждуна. Это особый вид активности, который как и отзывы делает вас частью истории. Ведь каждый так или иначе вносит свой вклад, поддержку, необходимую для того, чтобы история стала лучше. Но этот путь заканчивается. Шестидесятая глава выйдет 14 ноября. Осталось ждать меньше недели.
Рубрика познавательные ориджиналы, сегодня по цитатам XD
“Ты спишь, и ждешь меня, и ждешь огня, и я несу его тебе, сраженный красотой твоей. Сраженный” «Патерсон», Уильям Карлос Уильямс.
60. Куда ведут тропы
В Скрытую Долину, служившую королю опорным пунктом между вылетами и облётам всех уголков драконовых земель, прилетели Бэйлфар вместе с Исшаор. Молодой дракон обязался вернуть воспитанницу именно в безопасный, скрытый мирок. Что и было неукоснительно сделано, пусть и с опозданием. Рукотворная химера во время их путешествия обратно несколько раз выказывала своё немалое беспокойство на этот счёт. Ей не хотелось как-то подвести ожидания Нивервира. Даже в такой мелочи. Однако ярко-алый самец беззаботно и убедительно обещал взять всю вину и упрёки на себя. В конце концов, ничего плохого не было в том, что они задержались посмотреть на то, что сталось после извержения, и на то, чтобы огненный дракон, верный привычкам своей породы, отлучился спрятать добытый алмаз в свою сокровищницу. Это место он своей спутнице не показал, потому что оно было тайным. Теперь же они вновь находились в вечнозелёной Долине. Вид очень контрастировал с теми озёрами магмы и серым от дыма и пепла воздухом. Здесь была свежесть прохлады и милостивый жар солнца. Можно было бы улететь и не появляться в этом месте лет сто, а вернувшись обнаружить, что всё осталось прежним. Деревья, что не умирали, всё продолжали отбрасывать тени и хранить какие-то свои секреты глубоко в зарослях. Трава всё колыхалась сама по себе, будто причудливо танцуя, а раскрытые цветки незримо меняли своё положение. Воздух был чуть гуще, но отчего-то чище и прозрачней чем тот, что оборачивался ветром снаружи этого измерения. В Скрытой Долине ничего не менялось веками и, как полагали многие родичи, не изменится ещё очень долгое время. О конце, неизбежной и неотъемлемой части всего сущего, думать не приходилось. Пока что главенствовала их эпоха. После войны, сохранившие законы природы, защитившие самих себя, потомство и более слабые виды от деяний людей, драконы сумели устоять на лапах. И теперь им предстояло утвердить свои позиции. Во всяком случае, молодые особи пока что в особые передряги и неприятности не попадали. Яркий тому пример двое вернувшихся совершенно разных драконов с похожим красным окрасом. Исшаор оставалось лишь дивиться тому, как её новый знакомый искренне, почти что по-детски радуется застывшей красоте небольшого мира. Потому что не меньше он восторгался и разрушению леса, силе вулкана. Это вызывало у неё лёгкое недоумение, слишком уж разительный контраст между вещами. Словно бы младший дракон умел видеть прекрасное абсолютно во всём, раз он увидел что-то хорошее и в ней. Это уже вызывало робкое неверие и смущение, которые она старалась не показывать. Зато можно было не скрывать того, что этот полёт в далёкие южные земли помог ей почувствовать себя легче и лучше. Когда случится другой — самка не знала. Вероятно, не очень скоро. Так как кроме Бэйлфара компанию ей мог составить только Нивервир, а воспитатель был слишком занят обязанностями. Огненный дракон, скорее всего, улетит в далёкие дали сегодня же. Одну её никуда не пустят, особенно
