и претендует на германское королевство, и по совместительству, курфюрст Бранденбургский… Ему деньги нужны, а не это глупое курфюршество! Будут деньги, будет Германия! Но я не об этом. Орден у него Новую Марку взял. А теперь скажи, кто будет управлять новыми землями?..
— Там же были свои бароны… — пожал я плечами, — Неужели всю местную знать сгонять с насиженных мест?! Это же… война!
— Ты видел за спиной Гельмута баронов и баронесс? Вот это и есть та самая, старая бранденбургская знать! Но управлять ими должен человек, полностью преданный Ордену! Проверенный! Который не будет плести за спиной заговоры! А где взять?.. Правильно, нужно поставить одного из рыцарей-крестоносцев! Давших Ордену клятву верности и подтвердивший эту клятву делами. Однако! У нас монашествующий Орден. А монах не имеет право быть собственником. Какой же он тогда владелец замков и земель? Поэтому берут преданного рыцаря-крестоносца и торжественно освобождают его от части клятв и обетов, которые он дал ранее. В частности, обета не иметь имущества, обета целибата и ряда других обетов. Кроме преданства Ордену, разумеется! Эта клятва остаётся у него на всю жизнь.
Теперь возьми в расчёт: восемь лет назад Великим магистром Ордена был Генрих фон Юнгинген. Наверное, он поставил здесь кого-то из своих, преданных рыцарей. Вряд ли это был Гельмут, слишком молод. Восемь лет назад он был столь юн, что не смог бы быть авторитетным правителем здешних земель. Надо полагать, что его поставил Ульрих фон Юнгинген. А Ульрих стал Великим магистром всего три года назад. До этого он был комтуром замка Кёнигсберг, думаю и Гельмут служил там же… И вот, в составе небольшого отряда, около трёх лет назад, приехал Гельмут в здешний замок, да и зачитал приказ Ульриха о смене правителя! Прежнего правителя Ульрих вызвал к себе, а Гельмут стал полноправным владельцем окрестностей… Теперь представь: он слышит, что Великий магистр погиб, и теперь в Ордене новый Великий магистр! И к нему приезжает… да-да, небольшой вооружённый отряд… а во главе отряда брат Марциан, который долгое время был ближайшим доверенным человеком Генриха фон Плауэна… Кто знает, вдруг мы завтра выйдем на центральную площадь, да и зачитаем новый приказ Великого магистра?!
— О, Господи!.. — пробормотал я, — Как нас вообще в замок впустили?..
— Ну, если бы мы и в самом деле везли бы с собой подобный приказ, а он посмел бы воспротивиться, сюда приехал бы совсем другой отряд! И его повезли бы в оковах. Но он нам не доверяет ни на маковое зёрнышко! И будет чинить провокации. Это и без предупреждения брата Марциана ясно было. Чтобы в случае чего, апеллировать к Великому магистру: я, дескать чист, а посмотрите, кого вы прислали на моё место!
— А почему бы брату Марциану не сказать прямо: дескать, мы не метим на место барона, мы здесь вообще проездом…
— Да ты что! — поразился Ульрих, — Наоборот! Мы должны всячески делать намёки, что мы здесь неспроста, и что имеем особые полномочия!
— Зачем?!
— Ну… брат казначей был не слишком-то щедр… Было бы неплохо, если этот Гельмут попытается от нас откупиться. Ну, вроде щедрых подарков и всё такое…
— Зачем же ему нас одаривать? Не понимаю…
— Как «зачем»? А вдруг у нас открытый лист? Какой замок впишем, там и оставим своего представителя! А он будет с ним дружить… если подружится! Вот он и захочет подружиться, делая щедрые подарки. Наверное…
— Сестра Катерина это всё понятней бы объяснила, — неожиданно заявил Вилфрид, — У неё это как-то… внятнее получается!
— А, кстати, — спохватился я, — А где сестра Катерина? И эта её Эльке?
— Купаются, — простуженным голосом сказал кто-то из оруженосцев, — После нас служанки как раз принялись в купальнях воду менять. Говорят, для приехавшей дамы. А приехала только сестра Катерина. Ну, и Эльке, само собой.
— Ах, да! Мне бы ещё мои брэ простирнуть! — вспомнил я, — Как бы распорядиться, чтобы горячей воды оставили?
— Оставят — успокоительно махнул рукой Ульрих, — Здесь всем нужно брэ постирать. Что ж они, не понимают, что ли? Чай, не в первый раз!..
* * *
По первому впечатлению, Шарлота де Зальц показалась мне отличной хозяйственницей, с железной хваткой, но слегка простоватой в остальных вопросах. Девушки-служанки вились вокруг неё, словно пчёлы возле тарелки с вареньем. И она успевала каждой отдать нужное распоряжение, не прерывая нашей приятной беседы. Так вот, во время беседы мне удалось выведать всё! То есть, чуть не все тайны, которые барон Гельмут мечтал бы утаить ото всех. Достаточно было слегка намекнуть, что почтенная Шарлота не в курсе того-то или сего-то.
— Как?! — искренне возмущалась кастелянша, — Вы думаете, я не в курсе! Так вот, нет же! В курсе! Знаете ли вы, сударыня…
И вываливалась гора сведений. В том числе весьма любопытных.
— Нет-нет, — отвечала я, — Я верю, что вы здесь в самом центре событий и мимо вас, сударыня, ничего пройти не может… ну, разве что, вот в этом вопросе…
— А вот и нет! — отвечала бедная Шарлота, не догадываясь, что ей манипулируют, — И в этом вопросе я всё знаю! Да, если вы хотите знать…
И на свет являлась очередная гора слухов, сплетней, а иногда и откровенных домыслов. Но, в любом ворохе можно найти жемчужину, если хорошенько порыться! И я мысленно просеивала очередную гору, пока вела светскую беседу, мило улыбаясь кастелянше.
Ну, что ж… Если кратко: барон Гельмут появился в замке около трёх лет назад, сменив некоего барона Кэйтана. А Кэйтан не пришёлся ко двору нового Великого магистра, потому что два года подряд не мог отправить в Орден определённое количество податей, хотя сам Кэйтан, по уверению Шарлоты, был в этом не виноват. После перехода окрестных земель под тяжёлую пяту Ордена налоги возросли, что вызвало целый ряд бунтов по всей Новой Марке. Старый Великий магистр это понимал и был уверен, что ещё год-два-три, и всё придёт в норму, а новый Великий магистр почему-то осерчал. И прислал Гельмута.
Гельмут взялся за дело круто. И, одновременно, с умом. Прежде всего, втрое увеличил личную дружину, и втрое увеличил каждому содержание. А потом обрушился на непокорные сёла и городки, выбивая не только полную сумму налогов, но и сверх того. Прямо, как с побеждённых врагов, по словам Шарлоты. Однако, неожиданно стал одаривать местных мелких баронов, в результате заручившись серьёзной поддержкой большинства из них. Получилась парадоксальная ситуация: местный барон был горой за Гельмута, хотя Гельмут жёг и вешал их собственных подданных. На самом деле всё просто. Гельмут выколачивал налоги, которые
