— И ты, наверное, собираешься растрезвонить об этом открытии на весь мир…
— Ну конечно же, я собираюсь о нем «растрезвонить»! — воскликнула Касси. — Если это и, вправду останки Иисуса Христа, человечество должно об этом узнать. Или ты придерживаешься другого мнения?
— Нет. Конечно нет, — задумчиво ответил я. — Но меня все-таки беспокоят возможные последствия.
Кассандра, которую, по-видимому, разозлили мои сомнения, резко поднялась на ноги.
— Ты что, один их тех, кто считает, что люди — идиоты и поэтому их лучше обманывать, выдумывая для них фальшивое счастье, чем говорить им правду?
— Разумеется, нет. Пойми меня правильно, Касси, я всего лишь… — Я покачал головой, пытаясь отогнать от себя кое-какие мысли. — Нет, не обращай внимания. Ты абсолютно права.
Кассандра протянула руку, помогая мне встать, и мы, подняв с пола факелы, снова подошли к оссуарию.
— Тогда будем считать, что разговор на эту тему окончен, — сказала Касси. — Остается только решить, уехать ли нам отсюда с пустыми руками и затем вернуться с разрешением на проведение раскопок, — рискуя при этом, что склеп к тому моменту будет уже пустым, — или же забрать сейчас с собой эти кости и спрятать их в надежном месте.
Я уже открыл рот, чтобы ответить, однако Кассандре довелось услышать отнюдь не мой, а другой, совсем незнакомый голос, раздавшийся у нее за спиной.
— Добрый день. — В голосе человека, который обратился к нам, чувствовалось с трудом сдерживаемое раздражение. — Вы нашли то, что искали?
55
Вздрогнув от испуга, мы медленно обернулись и увидели позади себя священника. Он держал в вытянутой вверх руке керосиновую лампу и с негодованием смотрел на нас. Судя по испещренному многочисленными морщинами лицу, ему уже перевалило за семьдесят. У него было типичное лицо местного туземца, излучавшее определенное обаяние, о котором мне сразу же пришлось забыть, стоило лишь всмотреться в его черные глаза, которые были настолько проницательными, что мне даже показалось, что этот человек видит меня насквозь.
— Кто вы такой? — спросил я.
— А вам не кажется, что этот вопрос должен был бы задать вам я? — ледяным тоном произнес священник.
— Меня зовут Улисс Видаль, а эту сеньориту — Кассандра Брукс. Мы... археологи-любители.
— Прекрасно, сеньор Видаль и сеньорита Брукс. А теперь вам нужно объяснить, что вы здесь делаете.
— Видите ли… — робко начала Касси, — мы долго стучали в дверь главного входа в церковь, но нам никто не открыл. А потом мы увидели незапертую боковую дверь и решили зайти через нее…
Священник направил свет керосиновой лампы на Кассандру.
— То есть самое первое, что вы сделали, — это незаконно проникли в церковь, — констатировал он, сурово посмотрев на нее. — Но меня больше интересует другое: что вы делаете здесь, внизу?
Я уже открыл рот, чтобы ответить, но Касси меня опередила:
— Мы любовались внутренним убранством церкви, когда вдруг совершенно случайно…
— Совершенно случайно? — сердито перебил ее священник.
— Да, конечно… Случайно. В общем… нам показалось, что одна из напольных плит шевелится. Мы из любопытства подняли ее и прошли сюда, а затем…
— Сеньорита Брукс, — нетерпеливо прервал Кассандру священник, — вы и в самом деле полагаете, что я поверю в эту ложь?
Мне стало понятно, что нам нужно найти к этому человеку какой-то другой подход.
— Если говорить честно, — вмешался я, — то мы обнаружили на алтаре иероглифы майя, а под мраморной плитой — календарь. Но я клянусь вам, что мы отнюдь не грабители и что нами руководило лишь любопытство.
— А вам известна английская поговорка о том, что любопытство довело кота до погибели?
Почувствовав в этом вопросе скрытую угрозу, я замялся.
— Не переживайте, я вам не угрожаю, — как будто прочитав мои мысли, сказал священник. — Но я все еще надеюсь, что вы перестанете мне лгать.
— А мы и не лжем, — с пылкостью заверила его Касси. — То, что мы вам рассказали, — это, в общем-то, правда. Мы даже понятия не имели, что здесь, внизу, что-то есть.
— И давно вы занимаетесь осквернением церквей?
— Извините, я не знаю, кто вы такой, но я вам клянусь, что…
— Отец Рамон Диас.
— Что вы сказали?
— Я — отец Рамон Диас, — повторил священник. — Теперь вы знаете, кто я такой.
— Я вам клянусь, сеньор Диас, что…
— Прошу называть меня не сеньор, а отец Диас.
Кассандра несколько секунд растерянно молчала, а затем, согласно кивнув, сказала:
— Видите ли, отец Диас, я понимаю, что вам будет трудно в это поверить, но всего лишь три часа назад мы осматривали экспонаты Археологического музея. В одном из залов наше внимание привлекла статуэтка майя, найденная возле Текпана примерно сто лет назад, и прежде чем сесть в самолет и улететь в Испанию, мы решили поехать посмотреть на ваш городок.
— И приехав сюда, вы без разрешения зашли в церковь, сломали алтарь, пробрались в склеп и осквернили могилу.
— Так вы знали, что здесь находится могила? — вырвалось у меня.
— Не уклоняйтесь от темы, молодой человек.
— Одну секунду… — Я уже начинал кое-что понимать. — Вы это знали, но… А вам известно, чьи останки лежат в этом ящике?
Лицо священника стало еще более суровым.
— Наш разговор подошел к концу, — холодно заявил он, — а потому я прошу вас немедленно покинуть церковь. Я уже вызвал полицию, и если вы сейчас не уберетесь отсюда, вам придется провести какое-то время в гватемальской тюрьме.
— Черт побери, а ведь вам это известно! — воскликнула Касси.
— Я не знаю, что именно, с вашей точки зрения, мне должно быть известно, сеньорита Брукс! — гневно произнес отец Диас и, тяжело дыша, добавил: — И по правде говоря, не хочу этого знать. Но я попрошу вас воздержаться от ругани, а заодно как можно быстрее покинуть церковь.
Я подумал, что нам остается лишь одно: рассказать все начистоту. «Эх, была не была», — решил я и умоляюще посмотрел на священника.
— Послушайте, отец Диас, мы осознаем, что поступили нехорошо, и просим у вас за это извинения, — мягко произнес я, решив для начала разрядить накалившуюся обстановку. — Честно говоря, главная причина, по которой мы сюда приехали, заключается в том, что последние несколько недель мы с сеньоритой Брукс разъезжали по миру, пытаясь найти некие древние сокровища, однако обстоятельства в конечном счете сложились так, что эти сокровища исчезли для нас навсегда. Более того, в ходе этих поисков погиб один наш очень хороший друг, поэтому — в качестве своеобразной дани его памяти — мы решили попытаться разгадать тайну, связанную с нефритовой статуэткой, изображающей бога Кетцалькоатля. Именно попытки разгадать эту тайну совершенно случайно привели нас в вашу церковь. Мы надеялись, что в этом городе нам удастся найти ответы на интересующие нас вопросы, но… — Я бросил взгляд на оссуарий, крышка которого все еще стояла у стены, и продолжил: — Нам даже в голову не приходило, что нас здесь ждет такой ответ.
