— Говори, огрызок!
Результат последовал немедленно — Илья Всеволодович позеленел, закатил глаза и сполз со стула под стол.
«Неужели я в чем-то переборщил?» — огорченно подумал Скаллигрим, выволакивая объект из-под стола.
Когда Илья Всеволодович очухался, Скаллигрим сел напротив и повторил вопрос. На этот раз техники спецслужб наконец-то заработали, и реанимированный директор начал выдавать информацию.
Сведения лились потоком, нужные и ненужные. Скаллигрим узнал, что искомый сид находится в Стокгольме, в каком-то отеле («В каком? В самом лучшем, каком же еще?»). Контактного телефона Ротгар не оставил, периодически звонил сам, оставлял инструкции по управлению фирмой и каким-то делишкам полукриминального характера, которые тролля не интересовали. Зато другая информация привлекла его внимание: последний звонок Ротгара касался Кати Малышевой. Сид велел найти девушку и немедленно передать ее конкретным людям. Их телефон Илья Всеволодович безропотно назвал. И сообщил, что звонил именно им.
— Видишь, как все удачно получилось! — объявил Скаллигрим, обернувшись к Кате.
— Удачно? — ужаснулась Катя, сообразив, о чем речь. — Да они же сейчас сюда явятся всей бандой!
Пискнул селектор.
— Илья Всеволодович, тут пришли два молодых человека, — сообщила Люда. — Говорят: к директору. Говорят: вы их ждете.
— Ждем, ждем, — подтвердил тролль. — Скажи: пусть заходят.
— Пусть заходят, — подтвердил деморализованный директор.
Два «молодых человека» с ходу ввалились в кабинет.
— Ага! — воскликнул один из них, узнав Катю. — Вот она!
Катя тоже его узнала. Качок Анатолий из клуба «Метро», с которым ушла Лейка.
— Дверь закрой, пища, — пробасил тролль. — Сядь в угол и не мешай.
Анатолий тупо уставился на тролля. Попытался сообразить, что это еще за персонаж…
Его спутник (эрудированные родители назвали его Иннокентием, но он охотно откликался на прозвище «Кент») соображал быстрее, но не лучше. Кент понял, что обстановка усложнилась. Догадался, что теперь старший по камере — вот этот, за большим столом… И не нашел ничего лучшего, кроме как наехать на Илью Всеволодовича.
— Ты нас подставил, козел! — заорал он. — Ты…
Тролль медленно поднялся. Это было довольно эффектное зрелище. И Скаллигрим вполне осознавал, какое впечатление производит. «Молодые люди» впечатлились. Трудно не впечатлиться, когда над тобой внезапно нависает этакий йети.
Впечатлились и решили пренебречь обещанным вознаграждением ради сохранения целостности организмов. То есть попытались ретироваться.
— Не выпускай их! — крикнула Катя. — Они Лейку похитили!
Скаллигрим не помнил, кто такая Лейка (Катины слова о пропавшей подруге рассеялись в его просторной памяти), но отпускать вновь прибывших он и так не собирался.
Пещерные тролли когда-то делили сферу обитания с пещерными медведями. (Злые эльфьи языки даже смеют утверждать, что не только сферу обитания, но и троллих, но кто же верит эльфам?) Пещерные медведи вымерли. Тролли — нет. Потому что были проворнее. С проворством пещерных троллей теперь познакомились и Кент с Толяном.
Скаллигрим не только успел выбраться из-за стола раньше, чем криминализированные «молодые люди» шмыгнули за дверь, но ухитрился аккуратно прикрыть эту самую дверь, а «молодых людей» (менее аккуратно) уложить на пол, друг на друга, крестиком. И для надежности придавить сверху ногой. А поскольку нога у пещерного тролля — соответствующая, то два приятеля чувствовали себя примерно, как йог — под колесами грузовика. То есть жить можно, но трудно.
Кенту повезло, относительно, конечно — он оказался сверху. Но над ним нависла широченная грубая ряшка с пастью, способной разом откусить полдыни.
— Ротгар! — прорычал тролль, дохнув Кенту в лицо запахом хищника. — Где он?
Было бы неправдой сказать, что Кент испугался. Бледное и невыразительное слово «испуг» весьма слабо соответствовало тому состоянию, которое испытал в общем-то нетрусливый пацан, заглянувший в пасть троллю. Его дружку Толяну здорово повезло, что Кент, перед тем как войти в кабинет Ильи Всеволодовича, посетил еврооборудованный санузел агентства, ибо сфинктеры Кента, подчиняясь первобытному рефлексу, дружно расслабились, дабы организм освободился от всего лишнего и, облегченный, с максимальной скоростью удалился подальше от опасности. В данной ситуации удалиться было ну никак невозможно, поэтому Кент, по человеческим меркам парень довольно-таки крупный, почувствовал себя мышонком, приплюснутым к полу могучей кошачьей лапой. И затрепыхался под этой лапой не как конкретный пацан, владеющий кунг-фу и дзюдо, а именно как прижатый мышонок.
— Не знаю я никакого Ротгара! — заголосил он. — Не знаю я…
— Тиш-ше! — рыкнул Скаллигрим.
И Кент мгновенно затих.
Тролль смахнул его с приятеля и повторил вопрос. Но Толян, доселе пребывавший под гнетом почти трехсоткилограммового груза, слегка занемог, так что троллю пришлось привести похитителя Лейки в вертикальное положение и взбодрить парой легоньких оплеух.
Увы, Толяну местонахождение Ротгара, равно как и его телефон, были неведомы. Зато он рассказал о том, что у Ротгара в Санкт-Петербурге имеется полномочный представитель. Имя представителя Толяну было неведомо, но субьект этот, по словам Толяна, «ну очень крутой». И наверняка имеет непосредственную связь с Ротгаром.
— Ага, — удовлетворенно изрек тролль, перестал терзать Толяна и вернулся в директорское кресло. — А этого как найти?
Оказалось, «этого» найти — никак. Вернее, когда ему требуется, он сам находит друганов.
Скаллигрима полученная информация вполне устроила.
— Нащупывается, нащупывается дорожка… — проворчал он.
Катя настроения тролля не разделяла.
— Куда вы дели Лейку? — сердито спросила она. — Что вам надо от меня?
— Да, — поддержал тролль. — Зачем вам Малышка?
Зазвонил внутренний телефон. Трубки никто не взял.
— Велено поймать и держать, пока не скажут, куда ее дальше, — сказал Толян. — Вот этот, — кивок на Илью Всеволодовича, — должен сказать.
— Я ничего не знаю! — тут же объявил «большой босс».
Снова зазвонил телефон. Илья Всеволодович схватил трубку.
— Я занят! — крикнул он. — Да мне все равно — кто! Сказано: люди у меня! Да хоть кто! Пошел он в жопу, ясно! Всё! — и швырнул трубку.
Несколько секунд в кабинете было тихо, и можно было услышать невнятное бормотание за дверью — это Люда объяснялась по телефону.
Человеческому уху было не уловить, о чем идет речь. Зато Скаллигрим мог бы услышать. Но он не стал прислушиваться. А зря. Этот разговор его бы наверняка заинтересовал.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
