На противоположной стороне небольшого холла находилась двухстворчатая дверь, а по её краям замерли две стражницы, одетые в пилотные комбинезоны черного цвета и со знаками принадлежности к клану Романовых. Через дверь мы не пошли, а свернули в сторону лестницы, которую я сначала не заметил. Преодолев всего два лестничных пролёта, оказались на открытой кольцевой террасе, полностью опоясывающей необычное помещение.
Шагнул к ограде и внимательно оглядел место предстоящего действа. Потолка как такового не было, а его роль выполняла застеклённая куполообразная крыша самого здания, свободно пропускающая дневной свет. С террасы открывался вид на круглую площадку диаметром метров двадцать. Белые мраморные плиты покрывали пол, а единственным узором оказался круг красного цвета, расположенный по центру этого своеобразного амфитеатра. В отличие от террасы, на которой находилось довольно много людей, нижний уровень оказался полностью пустым. По всему большому помещению стоял несмолкающий гул от множества голосов, который эхом растекался по открытому пространству. Лёгкий хлопок по плечу отвлёк меня от созерцания, и повернув голову, заметил рядом с собой Олину тётю.
– Здравствуй, Сергей, – улыбнулась Ярослава.
– Здравствуй, Яра. Я думал, ты нас в аэропорту встретишь, – моя улыбка выражала искреннюю радость при виде второй Валькирии клана.
– Владиславе не терпелось лично увидеть Ольгу, и я решила не дёргаться.
– Ну и правильно, – согласился я с доводом, – А как тебе вся сложившаяся ситуация?
– Я, если честно, рассчитывала обкатать пилотов.
– То есть ты недовольна, что поединка не будет?! – изумился я ответу нашей главнокомандующей, и на всякий случай, задавая свой вопрос, перешёл на шёпот.
– И да, и нет, – ответила Ярослава, посмотрев вниз. – Победа в таком поединке прибавила бы нам репутации.
– Победа? То есть вариант с поражением ты даже не рассматривала?
– У нас с Вяземскими отличные воительницы. А полсотни молодых пилотов, включенных в заявку, смогли бы получить бесценный опыт настоящего сражения в составе крупных военных сил.
– Самоуверенность – это не самое лучшее качество, – выдал я известное изречение.
– Самоуверенность – это когда человек искренне убеждён в собственной непогрешимости, – усмехнулась Ярослава. – А у меня просто уверенность в своих девочках. Ну, и в собственном таланте, как полководца.
На последней фразе Валькирия улыбнулась, и я её поддержал:
– Да уж, с последним пунктом точно не буду спорить.
Наш дальнейший диалог прервал гонг. А едва стихло эхо от звонкого звука, как воцарилась полная тишина. Мы с Ярославой облокотились на балюстраду и обратили свой взор на нижнюю площадку. Рядом со мной пристроилась Катя, а сразу за ней я увидел Агнию и Раду. Похоже, под террасой, как раз в том месте, где мы все расположились, находилась дверь, так как появление девушки, облачённой в алую мантию, я банально прозевал. Распорядительница церемониала, который должен предшествовать поединку, неторопливо прошествовала до красного круга, встала в его центр и развернулась в нашу сторону. Из-за широкого капюшона, который прикрывал её голову, я не мог подробно разглядеть лица. А резной посох в руках добавлял волшебного антуража к загадочному внешнему виду. Практически в этот же момент распахнулись обе двери, расположенные строго друг против друга. Через правый проход в круглое помещение вошли Ольга с Владой, а через левые двери шагнули главы Сильнейших кланов. Сойдясь в центре, обе группы молча замерли у границ красного круга. Пауза длилась недолго, и была нарушена жрицей в алой мантии:
– Согласно существующим правилам, главы своих кланов должны ещё раз подтвердить своё намерение решить возникший спор посредством поединка.
Тягучий и хорошо поставленный голос было прекрасно слышно всем, кто в данный момент присутствовал на террасе.
– Но я не вижу главы клана Еремеевых, – продолжила вещать девушка.
– Техника наших союзников готова выйти на арену, – подала голос Иви Карпелан. – Но мы не можем связаться с главой Еремеевых, как и получить от её родичей внятный ответ, куда именно пропала Зарина. Я прошу блюстителей порядка перенести сражение и провести расследование этого случая.
– Согласно существующим правилам, без присутствия главы клана в качестве наблюдателя, пилоты не могут участвовать в поединке, а клан Еремеевых дисквалифицируется сроком на пятьдесят лет. Касаемо расследования, то если клану потребуется наша помощь, мы будем рады её оказать.
Но белобрысая финка просто так сдаваться не собиралась и, повышая голос, проговорила:
– Я считаю, что пропажа главы клана накануне поединка – это серьёзный повод для переноса сражения. Мы ведь не знаем, что конкретно произошло и что именно помешало ей явиться на поединок.
– Если с Еремеевой Зариной случилось что-то серьёзное, то старейшины клана должны были прислать нам уведомление, хотя бы за час до назначенного срока. Однако этого не произошло, из чего следует вывод, что вам впредь следует более внимательно выбирать себе друзей и союзников.
Я мысленно хмыкнул на эту отповедь главной распорядительницы. К тому же я прекрасно знал, почему Еремеевы не стали просить о переносе сражения, хотя повод у них был более чем серьёзный. Всё-таки пропажа главы клана – это не шутки, и заяви они об этом, то поединок был бы перенесён. Однако Ольга решила подстраховаться и выслала старейшинам Сильнейшего клана увлекательное видео из африканской глубинки. В этом видеоролике Еремеева Зарина блистала во всей своей красе, вплоть до момента собственной гибели. А спустя полчаса последовал телефонный разговор, в процессе которого княгиня Гордеева, по сути, объявила ультиматум: либо Еремеевы не выходят на поединок, либо их клан будет одним из фигурантов на суде кланов.
Прикинув минусы одного и другого, Еремеевы решили, что потеря репутации и дисквалификация на пятьдесят лет – это не так страшно по сравнению с вероятным изгнанием из империи. Восстановить репутацию сложно, но всё-таки возможно, а касаемо именно этого поединка, то, как мне кажется, этот вынужденный союз, не особо был им нужен и носил чисто временный характер. Запрет на обращение в Зал Вызова на столь длительный срок, конечно, неприятно, но Ереемевы всё равно смогут участвовать в поединках, но только как вызываемая сторона. Мгновенно прогнав эти мысли, я сосредоточился на происходящем внизу диалоге. А там глава финского клана всё ещё пыталась нащупать лазейку и сдвинуть сроки поединка.
– То есть вас совершенно не смущает, что глава Сильнейшего клана пропала всего за сутки до начала поединка? Этот факт кажется мне слишком подозрительным на фоне грандиозной заявки, озвученной графиней Вяземской.
«Ни хрена себе предъява», – мысленно присвистнул я. Финку явно понесло не в ту степь.
– Во-первых, отсутствие здесь Еремеевой совсем не означает, что она пропала, – голос девушки в алой мантии зазвенел. – Как я уже сказала, старейшины клана не сообщили нам о каких-либо проблемах. А во-вторых! Я правильно понимаю, что вы хотите обвинить графиню Вяземскую в совершении преступных действий против главы Еремеевых? У вас есть доказательства или это просто необоснованные и беспочвенные подозрения?
Пауза и ответ финки, явно произнесённый сквозь стиснутые зубы:
– Нет. Я ни в чём не обвиняю. Но прошу отсрочку хотя бы на сутки, для прояснения ситуации с главой наших союзниц.
– Сутки даются, если часть основной техники не может выйти на арену.
– А у нас как раз такой случай. Десять сверхтяжёлых не могут выйти на поле боя.
– А если мои люди обнаружат, что поломки подстроены?
– А я и не говорю, что это случайность, – вывернулась Карпелан.
– То есть вы хотите заявить о диверсии? – вкрадчиво поинтересовалась главная распорядительница.
Опять пауза, но в этот раз главу финского клана опередила Рокоссовская Ирина:
– Иви, хватит. Успокойся и прими как неизбежное – мы проиграли.
Но мудрые слова не возымели должного действия, а Карпелан вдруг сделала шаг вперёд и вошла в красный круг. А лёгкий гул, пронёсшийся по террасе после слов Рокоссовской, мгновенно стих.
