— Мы его нашли! — рыкнул Драко и глянул мимо капитана. — Что это был за стук? Как будто разом выстрелила сотня катапульт. Ты нашел следы мятежников в тех холмах?
Серебряный дракон был полон решимости увести команду подальше от пещеры.
— Нет. Там ничего нет. Никаких мятежников…
— Я слышал какого-то зверя, — прервал его один из членов экипажа, не опуская секиры. — Судя по звукам, зверь был огромным!
— Ага! — подтвердил второй воин. — Только это было не похоже ни на льва, ни на волка. Скорее, на птицу.
— Тогда это была самая большая в мире птица! — возразил первый.
— Хватит болтать, — рявкнул на них Жек. — Всем возвращаться в лагерь! Не стоит начинать охоту в этих лесах посреди ночи, это не принесет нам ничего хорошего. Верно, капитан?
Щит сумел выпрямиться и кивнуть.
— Да, ничего хорошего. Вы слышали всего лишь удар в землю очень сильной молнии. Это случилось совсем рядом со мной. Всем известно, какие фокусы иногда выкидывает погода. — Щит взглянул на первого помощника. — Потому я и упал. И так сильно ударился головой, что даже не сразу смог вспомнить.
— Вы слышали приказ капитана? Никаких поисков сегодня ночью! Может, завтра вам удастся напоить клинки кровью, а сейчас все в лагерь!
Щит попытался шагнуть, но левая нога подогнулась. На помощь ему бросился не стоявший рядом Жек, а быстрый на реакцию Драко и еще один воин.
— Капитан, расслабься, — уговаривал его командир Драко. — По виду шишки у тебя на голове можно считать большой удачей, если ты не сляжешь на несколько дней.
— Со мной все будет хорошо, — настаивал Щит.
Драко бросил взгляд на первого помощника.
— Жек, ты немного обучался лекарскому делу. Может, ты прямо сейчас осмотришь ушиб?
Жек отступил на шаг и покачал головой.
— Моего опыта здесь явно недостаточно. Лучше поскорее доставить его в лагерь и поручить заботам Орина.
Драко разочарованно фыркнул.
— Пошли, капитан, — сказал он, придвигаясь ближе, чтобы Щит мог опереться на его плечо. — И не спорь! После того как ты вытащил с поля боя столько раненых парней, для разнообразия можешь себе позволить разок поменяться с ними местами…
Щит не собирался ему уступать, но мир вокруг снова стремительно завертелся, и земля стала уходить из-под ног. Где-то в отдалении он услышал тревожные возгласы своих подчиненных, которых собирался бросить этой ночью. Капитан ощутил укол совести, но затем в его затуманенном мозгу возник образ возлюбленной. Она казалась такой красивой, но такой далекой, а взгляд серебристых глаз был полон волнения и боли. Сознание покинуло Щита, и образ любимой развеялся.
И сразу же раздался смех Вулкануса.
Яркий свет раздражал Щита. Он попытался прикрыть глаза, но руки отказывались двигаться. Чем сильнее он старался, тем сильнее огорчала его неудача и росло негодование.
— Спокойнее, капитан, спокойнее, — проворчал старческий голос.
Щит заморгал и открыл глаза. Перед ним постепенно материализовался седеющий минотавр с грубоватым лицом и густым, когда-то коричневым, а теперь почти серым мехом. Его рог сломался в одной из прошлых битв, правую сторону лица покрывала сетка шрамов, чудом не затронувших глаза. В одной руке он держал зажженную масляную лампу с квадратным дном.
— Орин…
— Да, капитан Сальвас, это старина Орин.
На предплечье старого минотавра красовался алый знак — такой носили все лекари. На борту «Пурпурного Кинжала» он исполнял обязанности целителя и костоправа, используя опыт, накопленный его предшественниками за многие столетия жестоких войн. Орин, даже по мнению Щита, мог считаться одним из самых опытных лекарей. Он спас больше жизней, чем потерял, а такое соотношение в его профессии встречалось нечасто.
Дракон снова попытался двинуться, но ни руки, ни ноги почти не шевельнулись. Кто-то крепко привязал его к колышкам, вбитым в песчаную почву.
— Орин?
— Ты так сильно метался в горячке, капитан Сальвас. — Старик в усмешке обнажил остатки зубов. — А каким ты оказался сильным! Жек испугался, что ты можешь себе навредить, и ему пришлось отдать такой приказ. Чтобы удержать тебя на месте, потребовалось трое моряков, а еще двое привязывали твои запястья и лодыжки! Ну и зрелище это было!
Лекарь достал из-за пояса кинжал и перерезал путы.
Щит приподнялся и потер запястья. Он все еще ощущал слабость и боль, но мог двигаться и думать. Первое, что бросилось ему в глаза, — это почти опустевший лагерь. Все минотавры куда-то разошлись.
Внезапно перед его мысленным взором предстала мрачная пещера.
— А где все?
— Не волнуйся, капитан Сальвас. — Орин успокаивающим жестом положил руку на плечо Щита. — Жек приказал разойтись по острову и обыскать все сверху донизу, согласно эдикту императора. Мы исполняли свой долг, несмотря на то, что ты полтора дня провел без сознания.
В дракона словно снова ударила молния.
— Полтора дня?!
— Ну да. Успокойся! Ты же не хочешь, чтобы рана на голове снова открылась! Я и так уже дважды ее зашивал.
Дракон осторожно прикоснулся к ране и удивился, что она так плохо затягивается. Если уж Щит даже в облике смертного испытывает такие сильные страдания, значит, Вулканус действительно нанес ему удар. Недостаточно сильный, чтобы серьезно повредить его тело, но такой, чтобы наверняка убедить его в тщетности сопротивления.
Эта мысль лишила серебряного дракона всякой надежды. Что он может предпринять против подобной мощи? Остается лишь принять его чудовищное предложение. Щиту предстояло пожертвовать собой и отдать тело злейшему врагу…
Пока он оставался погруженным в мрачные раздумья, Орин осмотрел рану. Наконец, он закончил свои манипуляции и глянул поверх головы Щита.
— А! Отлично! Жек и все остальные сегодня вернулись пораньше!
Щит насторожился. Оглянувшись через плечо, он увидел стоявшего на краю лагеря помощника. Жек задержался, чтобы поправить нагрудник своих доспехов. Затем он поднял голову и встретил пристальный взгляд капитана. Офицер почтительно склонил рога. За его спиной показались остальные члены команды. Жек махнул им рукой и зашагал к Орину и Щиту.
— Он что, сумел разорвать повязки? — спросил Жек Орина.
— Нет. Он прекрасно проспал почти все время. Я сам разрезал путы, как только капитан проснулся.
Первый помощник кивнул.
— Капитан, — обратился он к Щиту, — мы обыскивали остров и расставляли пикеты, чтобы никто не смог ускользнуть. К концу дня все холмы будут осмотрены, но мы не обнаружили ни следов, ни свежих кострищ, ничего необычного. Мне кажется, в последние месяцы здесь не было никаких мятежников. А может, они и вовсе сюда не заглядывали.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
