— И так, дамы и господа, — без всяких драматических пауз начал говорить я. — В столице подавлен мятеж сторонников империи. Король, многие ему лета, жив и всё благодаря мне и твоим бойцам, Ганга. Четыре девушки охраняют короля, двое бойцов остались в моём новом замке. Король наградил меня дворцом в центре столицы. Теперь в столице у нас появился роскошный замок – бывшая цитадель Искореняющих…
— В столице был мятеж? — удивлённо воскликнул молодой Черридар. — А я ничего не знал!
— Не только ты один, не знал, но и король тоже не знал… вот так-то брат.
— А ты знал? — глазки Черридара сверкнули обидой.
— Я узнал за день до мятежа…
— Расскажи! — восторженно воскликнула Юлия, сестра Ирридара.
Я рассказывал добрых полчаса. Рассказчик из меня никакой, но все слушали затаив дыхание. А когда дядя короля поднял кинжал, а я бросился под удар и подставил свою грудь (не мог, не приврать), все охнули.
Только маг-шпион, Антуан сидел тихо и невозмутимо. На него поглядывали, но ждали, когда я его представлю.
— А что думаешь делать с новым замком? — спросила Чернушка.
— Я думаю разместить там миссию Дома Высокого хребта. Но, пока туда отправится мой брат Черридар и его новый наставник. Хочу представить вам мага-учителя Хатаба Хатабыча.
Я не мудрил и дал магу новое имя, первое, что пришло в голову. Согласен. Придумывая магу новое имя, не очень старался и не проявил фантазию, но мне было наплевать, что подумает или скажет маг. А он сразу и безропотно принял новое имя и поблагодарил меня.
— Он с Острова магов, — соврал я и не покраснел. — Черридар, ты убываешь в столицу, будешь там вращаться в обществе и учиться манерам. Не дерись на поединках, проявляй разумность и сдержанность. Не пьянствуй. Хатабыч с тобой на всю жизнь, понял? Пока ты не станешь графом, он над тобой главный.
— Понял, — ответил обескураженный, таким поворотом в его жизни, брат.
— Тогда шагом марш, собирать вещи. После обеда убываешь с дружиной. Черридар, — обратился к капитану стражи. — Эрна не сможет выйти за тебя замуж, но я поговорю с Мегги. Ты её видел. Что скажешь?
— Я буду безмерно рад и благодарен, — невозмутимо ответил капитан.
— Она станет графиней, и ты получишь статус графа по браку.
— Благодарю вас, риз, — поклонился Черридар.
— Тогда выдели моему брату два десятка своих воинов, и они убудут охранять замок в столице. Выбери тех, кто постарше и кому нужна спокойная служба. Главный управляющий в замке Аригвел из охраны Ганги. Иди, готовь людей.
Времени на долгое объяснение у меня не было. Я считал, что все они люди с опытом и сами разберутся, что им делать, кроме юного Черридара, но у него появился толковый наставник. И он, как папа Карло из полена выстругал Буратино, сделает из молодого вспыльчивого нехейца благородного дворянина, за которого не будет стыдно.
— Ганга, Чернушка... Вы готовы убыть? — спросил я у своих невест.
— Почти готовы, — ответила Ганга. — Но мы не знаем, нам брать наряды или нет?..
— Нет, — кратко ответил я, — на войну едем. Какие наряды? Марш собираться.
— А если состоится свадьба? — не отступала Ганга. — Не можем мы быть одеты по-простому, в броню. Мы не дикари…
— А в чём бы ты вышла замуж за орка?
— В чём была, в том бы и вышла. Но ты не орк. Ты Принц степи и герцог у людей…
Я начал выходить из себя. Налёт цивилизации делает из дикой женщины потребительницу благ этой самой цивилизации в виде нарядов, белья, сумочек, туфелек и косметики. Прикоснувшись к ним, она прорастает в них корнями, и отобрать у неё эти блага можно только вместе с жизнью. Это я помню по прошлой жизни, когда я Люське из Афгана привёз кожаный плащ. Так она была так рада, что ходила в нём по квартире и даже отдавалась в нём. Орчанка была не исключением. Сменив сапоги с портянками на замшевые туфельки с чулками, возвращаться в кожаные штаны и вонючие сапоги она не горела желанием.
— Тогда оставайся дома и жди приглашения на свадьбу, — прорычал я.
— Ну, можно хотя бы одно шёлковое платье?..— почти плача, попросила Ганга. — Оно мало места занимает. И мы не танцевали на балу, а вдруг его устроят в нашу честь?
— Кто имперцы или орки? — язвительным голосом спросил я.
— Снежные эльфары…
Вполне может быть, мысленно вынужден был согласиться я. В случае победы над Лесом. И лишь бы поскорее закончить этот разговор, скрепя сердце кивнул:
— Бери.
— А два?
— Бери два.
— И чулочки…
Я вновь кивнул.
— И две пары батильонов… под цвет платьев…
— Бери…
— А…
— Сиди дома, — оборвал я, бесконечную череду просьб.
— Хорошо, — быстро ответила Ганга. — Два платья, комплект белья, вернее три…
— Бери, что хочешь, но понесёшь всё это на своей спине в мешке. Марш собираться.
— Спасибо, милый. Ты такой внимательный, — прощебетала Ганга, показала клыки и умчалась прочь.
Следом вышла, придерживая животик, степенная и посмеивающаяся Чернушка.
— Ты, Белка, — обратился я к сестре Ирридара, — остаёшься тут. Учись у Лианоры и у Лирды всему, что нужно порядочной девушке.
— А что нужно порядочной девушке? — спросила наглая девчонка.
— Они тебе всё расскажут. Я этого не знаю. Но знаю, что не нужно порядочной девушке.
— И что не нужно порядочной девушке? — с интересом переспросила Белка и навострила ушки.
— Если я тебе расскажу, что не нужно делать порядочной девушке, ты обязательно это будешь делать, — ответил я. — Я тебя знаю. Сама разберёшься. А если не разберёшься – Лирда тебя выпорет.
— Опять? — воскликнула обиженная девчушка. — Дома ключница порола, тут дриада. Когда это закончится? Я уже взрослая…
— Когда ты возьмёшься за ум.
— Я уже взялась, — ответила Белка и ухватилась руками за голову, — вот, смотри.
Я спорить не стал и лишь осуждающе покачал головой.
— Взяться за ум, это не совершать глупых поступков, Белка. А ты певчую птицу из Вечного леса отдала кошке.
— Я не отдавала, — надула щеки девочка. — Я решила их познакомить. Я не думала, что Мурка её сожрёт.
— А думать надо, и, причём, прежде чем делать, — назидательно сказал я.
— Кто бы говорил, — услышал я вздох и ехидный голос Шизы внутри себя.
Я откашлялся.
— Кхм, кхм. Сколько будет двадцать пять умножить на двадцать пять?
— Что? — Белка вытаращила глазёнки и моргала.
— Как ты будешь считать доходы и расходы на своей земле? — спросил я.
— У меня будет ключница и управляющий, вот. Как у тебя, Ирри.
— Ага, и они тебя надурят и обокрадут.
— Тогда я позову тебя, и ты им покажешь, — надула губки девочка. — И вообще, у меня будет муж. Зачем мне следить за хозяйством? Я буду наряжаться…
— Я тебя накажу, а не их, — потеряв терпение и еле сдерживаясь, промычал я. — И я не буду за тебя решать вопросы с хозяйством. Ты всё услышала. Марш, исполнять!
Белка подхватила подол платья и, надувшись, как перезрелый одуванчик, опустив голову, потопала к выходу из столовой. У дверей обернулась и спросила:
— А почему Ганга и Чернушка не занимаются хозяйством?
— Потому что их не учили с детства. Они учились воевать…
— Я тоже не хочу учиться, я замуж хочу… за эльфара…
— Брысь! Лианора, что хочешь, делай, но Белка должна знать всё по ведению хозяйства домена, как ты.
— Да вы, милорд, не беспокойтесь. Ваша сестра, девочка сообразительная. Она всё хорошо схватывает, а если ленится, то я заставляю её семена перебирать…
— Надеюсь. Иди, занимайся своими делами.
В столовой осталась бывшая дриада. Девушка с интересом слушала наши разговоры.
— Так, Лирда, мы остались одни, — устало произнёс я. — Где твои деревянные солдаты?
— Они не деревянные.
— Неважно, деревяшки и есть деревяшки. Так где?
— Лия загнала их в подвал, чтобы не пугали слуг.
— Ясно. Десяток оставишь здесь, охранять замок. Пусть стоят на стене и на воротах. Остальных отправь по лесам.
— Поняла, родной. Ты надолго убываешь?
