лет об этом не было ни малейшего известия.
Как будто в этом году вдруг появился урод.
Конечно, Ровак не ожидал, что его мысли были почти правдой. Этот мир был просто сумасшедшим. Он только пошевелил своим кадыком и с трудом ответил: «Боюсь, это невозможно».
«Вот почему, — ответил Брендель, — наш разговор бессмысленен, мистер Ровак. Поскольку вы не можете этого сделать, позвольте мне сделать это самому».
Сказав это, он поднял Халрана Гайю и сделал шаг вперед.
— Ваше превосходительство, вы не можете этого сделать! Дочь герцога, похоже, только что отреагировала. Она немного оцепенела, когда увидела, как Брендель серьезно ранил имперского мечника перед ней. Он также напугал другого имперского мечника до такой степени, что тот остановился. Конечно, она знала этих двух людей, но она была более склонна признать свою ошибку, потому что все перед ней было слишком безумным.
Даже ее голос был немного слабым, когда она сказала: «Мы больше не можем злить жителей Круза…»
— Ваше превосходительство, вы собираетесь объявить войну Империи? Ровак чуть не расплакался. Он не мог не задаться вопросом, был ли этот человек перед ним сумасшедшим. Даже если он был Священным Мечником, как он мог совершить такую безумную вещь? На мгновение он смутно почувствовал, что видит в Брендель тень другого человека. В сердцах жителей Круза этот человек тоже был полным сумасшедшим.
Полный сумасшедший.
Имя этого человека было Мефисто.
“Объявление войны?” Брендель был немного удивлен. Он взглянул на Ровака, затем на Евгению и ответил: «Мисс Евгения, мы также являемся верующими Святого Собора Огня. Мы отвечаем на призыв Святого Собора участвовать в священной войне. Но здесь нас необоснованно унижает группа невежественных людей. Поэтому мне трудно не подозревать, что эти люди пытаются отрицать законность и богоподобность этой войны.
Святой, теперь я намерен исправить их точку зрения. Дело не только в том, чтобы не объявлять войну Империи, но и в том, чтобы устранить некоторых упрямцев для Святого Собора. Поэтому, вопреки тому, что вы думаете, я делаю это, чтобы показать твердую и лояльную позицию народа Эруины. Мало того, что их не осудят, я думаю, они должны быть за это вознаграждены. “
Евгения ошеломленно посмотрела на него.
Это явно была логика бандита.
Но она открыла рот и вдруг поняла, что имел в виду Брендель. Если бы они необъяснимым образом напали на одну из имперских крепостей, это, естественно, было бы воспринято как объявление войны. Но судя по тому, что он сказал, это будет другая ситуация.
Ключевым моментом было то, что на этом этапе Священной войны вытеснит ли Святой Собор Огня Эруин? Неужели Серебряная Королева вдруг допустит, чтобы ее Юг стал самым нестабильным фактором в войне?
Ответ был очевиден.
Она вдруг вспомнила, что Брендель сказал им раньше. У большой страны была своя сила, у маленькой страны была своя мудрость, и у Эруины тоже были свои преимущества. В самом деле, по сравнению с достижениями и потерями всей Священной Войны, зачем Святому Собору Огня и Его Величеству Императору запутываться в этих деталях достоинства и лица? Кьяра явно поняла это в этот момент.
Поняв, что имеет в виду Брендель, маленькая девочка тихо фыркнула: «Ты слишком много думаешь. Будьте осторожны, чтобы не обжечься, играя с огнем».
Брендель мягко покачал головой. Он действительно играл с огнем, но просто он должен был играть с ним.
Он поднял голову и стал ждать ответа Ровака.
Лицо Ровака уже стало чрезвычайно уродливым. Он не был глуп и, естественно, понял смысл слов Брендель. Но он перевел дыхание, и наконец гордость имперского гражданина взяла верх. «Вы очень сильны, граф Ровак, но собираетесь ли вы в одиночку бросить вызов имперской армии? Я могу сказать вам категорически, господин граф, что это невозможно, и я
Каким бы ни был окончательный ответ Его Величества Императора, я здесь, чтобы сказать вам во славу Армии Круза, что мы никогда не позволим вам сделать и полшага в эту крепость! “
«Если вы настаиваете на войне с нами, — крикнул Ровак, — Круз Найт, готовьтесь к битве!»
Брендель только услышал тихий свист и подсознательно поднял голову. Он увидел, что клетки с грифонами на городских стенах открывались одна за другой. Десятки грифонов вылетели из городских стен в одно мгновение. Эти хищные птицы в воздухе визжали и расправляли крылья, на мгновение создавалась иллюзия, что они закрыли небо.
«Имперская армия — —!»
Кто-то в долине пронзительно закричал.
Сцена перед ним была точно такой же, какую он видел во время Священной войны десять лет спустя. Процветание Империи строилось на гордости ее граждан. Этой славной и славной армии было достаточно, чтобы шокировать любого, кто увидел ее впервые.
Но, к несчастью… – Брендель посмотрел на белых хищных птиц, вылетевших из-под городских стен. Он положил одну руку на ножны Халрана Гайи, а другой осторожно вытащил темное лезвие священного меча — он уже видел эту сцену раньше.
Он небрежно бросил ножны за собой и поднял перед собой Халрана Гайю. – Я должен тебе кое-что сказать…
«Моя армия никогда не была одинока».
Словно в подтверждение этой фразы, с гор поднялось бесчисленное количество черных точек.
(Странно, помню, отправил в 11 часов. Спасибо, что напомнили, чуть не опоздал. )
Глава 909.
То, что поднялось с гор, было волшебными существами, вылепленными из камней в летающих монстров, полных силы. У них была голова козла и тело человека. У них были стальные когти на конечностях и размах крыльев более семи метров. Их каменистая кожа сияла бледно-зеленым блеском под холодным зимним солнцем. Они были покрыты слабо светящимися магическими рунами, а два призрачных зеленых драгоценных камня образовывали глаза этих волшебных существ.
Это были не самые примитивные горгульи, а разновидность рунических големов — рунические горгульи. Брендель хотел горгулий, и Таня, компетентная тетка, нашла ему лучшую. Как он сказал, эти вещи были пустяком для Буга, поэтому маги-ремесленники были счастливы помочь Брендель как можно больше, не переступая их черту, чтобы он мог забрать для них Лазурное Копье.
Грифоны, парившие в небе Империи, никогда не думали, что однажды им предстоит столкнуться с такой битвой. Плотно сбитые горгульи поднимались с гор в небо и в мгновение ока заняли небо над горами. Крики этих волшебных существ раздавались один за другим, доносясь со всех сторон, как будто они были окружены. Однако грифоны одновременно издали ясный и мелодичный крик, словно какая-то гордость побуждала смелых и бесстрашных птиц расправить
