10И Бог увидал по делам их, что они отернулись от своего злого пути, и ему стало жаль учинять им бедствие, о котором он говорил, и он не учинил им его.
Глава 4
А Иона огорчился этим донельзя и возмутился, И он взмолился к Господу и сказал:
— Ах, Господи, не это ли я и говорил, когда еще был в своей стороне? Потому-то я и бежал заранее в Таршиш! Ведь я же знаю, что ты Бог добрый и кроткий, долготерпеливый и многомилостивый, что ты полон жалости и отходчив. А теперь, Господи, отними у меня душу мою, потому что лучше умереть мне, чем жить.
Но Господь сказал Ионе:
— Сильно ли ты огорчен?
Тогда Иона вышел из города, остановился восточнее города, [930]сделал себе там навес и сел под него в тени, ожидая увидеть, что станет с городом. А Господь устроил так, что выросла тыква, [931]которая поднялась выше Ионы, чтобы тень над его головой остудила его недовольство. И тыкве этой обрадовался Иона донельзя. Но Бог устроил так, что на другой день на рассвете червь подточил тыкву, и она засохла. А когда взошло солнце, Господь послал жгучий восточный ветер, [932]и солнце било в голову Ионы так, что он изнемог и пожелал себе смерти.
— Лучше, — сказал он, — умереть мне, чем жить.
И тогда Бог сказал Ионе:
— Сильно ли ты огорчен из-за этой тыквы?
— Я прямо-таки до смерти огорчен, — сказал Иона.
10И тогда сказал Господь:
— Тебе жаль тыквы, над которой ты не трудился, которой ты не растил, которая за́ ночь родилась и за ночь погибла. 11Так как же мне-то не пожалеть Ниневии, такого великого города, где больше ста двадцати тысяч жителей, которые не умеют отличить правды от кривды, и где столько скота?
Книга Руфь [933]
Перевод И. Брагинского
Глава 1
Во времена, когда правили Судьи, случился на земле голод, и некий человек из Вифлеема [934]Иудейского ушел жить на полях Моава [935]— он, и его жена, и двое сыновей. Звали его Элиме́лех, а его жену звали Нооми́, сыновей — Махло́н и Кильо́н, все — эфратийцы [936]из Вифлеема Иудейского. Пришли они на поля Моава и зажили там.
Вот Элимелех умер и осталась Нооми с двумя сыновьями. Взяли они за себя дочерей Моава, одну звали Орп́а, а другую — 5Руфь. Прожили там еще лет десять. Но умерли и они оба — Махлон и Кильон, и осталась Нооми одна — после обоих детей и после мужа. Собрались тогда она и ее невестки покинуть поля Моава, потому что достигла до полей Моава весть, что Господь оказал милость своему народу и дал ему урожай.
Вышла Нооми из округи, где жила прежде, и невестки с нею, и пустилась в обратный путь к селениям Иегудиным. А обеим невесткам сказала:
— Ступайте, возвращайтесь в дома своих матерей. Пусть Господь будет милостив к вам, как вы добры были к умершим и ко мне. И пусть вознаградит Он вас, чтобы каждая нашла приют в доме мужа!
10Она их поцеловала, а они заплакали в голос. Сказали они:
— Нет, мы пойдем с тобой, к твоему народу.
А Нооми сказала:
— Возвращайтесь, дочери мои! [937]Зачем вам со мной уходить? Как будто в моем чреве родятся еще сыновья и станут вам мужьями? Возвращайтесь, идите, ведь стара я и уж больше не быть мне замужем. А если я и скажу вам, что не лишилась надежды, что вот сойдусь с мужем и рожу сыновей, неужели будете вы сохнуть, пока они вырастут, неужели протомитесь взаперти, без мужа? Нет, не нужно, дочери мои. И так-то мне горько за вас, потому что тяготеет на мне Господня десница.
И опять они заплакали в голос. Орпа поцеловала свекровь и ушла, но Руфь от нее не отстала.
15Нооми сказала:
— Вот и вернулась подружка твоя к своему народу и к своим богам. Возвращайся и ты.
Руфь сказала:
— Не вели покинуть тебя И не идти за тобой! Ты пойдешь — и я за тобой пойду, Где ты заночуешь, — там и мой ночлег, Твой народ — мой народ, твои боги — мои боги! [938] Где ты умрешь — там я умру, И с тобой погребут! Да совершит Господь по воле своей — И сверх того! [939] Разлукой нам — одна смерть!
Тогда Нооми поняла, что Руфь решила идти с нею, и больше не говорила. Пустились они в путь и достигли Вифлеема Иудейского. Вошли в Вифлеем, и весь город всполошился из-за них. Женщины спрашивали наперебой:
— Это ли Нооми? Это ли — сладкая?
20И Нооми сказала:
— Не зовите меня Нооми — сладкая, А зовите меня Мара́ — горькая: Так-то сильно Господь меня огорчил. Отсюда вышла — руки полны добра, Господь возвернул сюда — руки пусты мои. А вы зовете меня Нооми, Когда решил Господь против меня, Крепкий [940]беду наслал на меня!
Так и воротилась Нооми домой — и с нею Руфь моавитянка, невестка ее, что пришла с полей Моава. А пришли они в Вифлеем к началу жатвы ячменя.
Глава 2
У Нооми был свойственник по мужу, человек достойный из Элимелехова рода. Звали его Боаз. А Руфь моавитянка сказала Нооми:
— Дозволь мне пойти в поле? Буду подбирать колосья за кем-нибудь, кто окажется добр ко мне.
Нооми сказала:
— Иди, дочь моя.
Она отправилась в поле и стала подбирать за жнецами колосья. И случилось так, что попала она на Боазов надел. Вот пришел из Вифлеема Боаз и сказал жнецам:
— Господь вам в помощь!
Сказали они:
— Благослови тебя Господь!
5Тут Боаз спрашивает у отрока, надзиравшего за жнецами:
— Чья это молодка? [941]
Отрок сказал:
— Моавитянка она и пришла вместе с Нооми с полей Моава. Она сказала: «Дозволь, я буду подбирать колосья? Может, и наберу за жнецами сколько-нибудь среди копен». С утра она пришла и по сей час здесь; совсем недолго побыла она дома без дела.
И сказал Боаз Руфи:
— Выслушай и запомни, дочь моя. Не ходи подбирать на других наделах и не уходи отсель, а будь вместе с моими жницами. Смотри все время за полем, где они жнут, и следуй за ними. А я приказал отрокам не трогать тебя. А когда захочешь 10пить, то иди к сосудам, откуда они черпают, и утоли жажду.
Руфь поверглась ниц, и поклонилась ему до земли, и сказала:
— Да чем же заслужила я милость в глазах твоих, что ты приветил меня? Ведь я — чужеземка!
И Боаз ответил:
— Много наслышан я о том, как поступила ты со своей свекровью после смерти мужа, как оставила ты отца и мать и родную землю и пришла к народу, которого ни вчера не знала, ни третьего дня. Пусть же воздаст тебе Господь за твои дела, пусть сполна наградит тебя наградою Господь, бог Израиля, потому что пришла ты под Его крыла искать приюта.
Тогда Руфь сказала:
