состоявшее частью из скифских рабов, и военный флот. Но этот план, при осуществлении которого Митридат хотел опереться главным образом на варваров, вызвал резкое недовольство греческого населения Боспора. Недовольство перешло в возмущение, когда Митридат стал вымогать у своих подданных средства для похода, применяя для этого меры самого крайнего насилия.
Первой восстала Фанагория (на Таманском полуострове). За ней последовали Херсонес, Феодосия и другие города Боспорского царства. Царь, потерявший голову от ярости и отчаяния, обрушился на своих приближенных с неслыханной жестокостью. Тогда во главе мятежников встал любимый сын Митридата Фарнак. Армия и флот перешли на его сторону; Пантикапей, столица Митридата, открыла ворота восставшим. Царь был осажден в своем дворце.
Видя, что все погибло, Митридат сначала заставил отравиться всех своих жен и дочерей, а затем сам принял яд. Но так как отрава действовала слишком медленно (говорят, что Митридат с молодых лет приучал свой организм к действию ядов), то он приказал одному из наемников убить себя (63 г.). Рим вздохнул свободно, узнав о смерти одного из своих самых страшных врагов.
Пока происходили все эти события в Тавриде, Помпей, подойдя к Артаксате, заставил Тиграна признать себя вассалом Рима и отказаться от всех своих завоеваний. Потом римские легионы вторглись в Иберию и Албанию (Азербайджан), воюя с горными племенами, союзниками Митридата и Тиграна. Огромные трудности войны в горной местности заставили Помпея прекратить поход, удовлетворившись формальным подчинением племен Закавказья. Он вернулся в Понтийское царство и довершил его покорение (64 г.). Понт, вместе с Вифинией, были превращены в единую провинцию «Вифиния и Понт». Фарнаку, в награду за измену отцу, было оставлено Боспорское царство.
Затем Помпей направился в Сирию. Там царила полная анархия, так как последний Селевкид, Антиох Азиатик, восстановленный на троне Лукуллом, не пользовался никаким авторитетом. Помпей не признавал распоряжений Лукулла и смотрел на Сирию как на владение Тиграна, которое теперь досталось римлянам по праву войны. На этом «юридическом» основании он присоединил Сирию в качестве провинции римского народа (63 г.).
Попутно Помпей вмешался в иудейские дела. В Иудее боролись за власть два претендента из династии Маккавеев: братья Гиркан и Аристобул.
Первый опирался на партию фарисеев, отражавшую интересы духовенства и ставившую целью создание религиозной организации, независимой от светской власти. В религии фарисеи являлись сторонниками ортодоксальной догматики и мелочного, чисто формального культа. Они находили известную поддержку в народных массах.
Аристобула поддерживали саддукеи. Это была партия представителей торгового капитала, эллинизированной интеллигенции и военных кругов. Они являлись сторонниками сильного светского государства. В религиозных вопросах саддукеи считались вольнодумцами и еретиками, так как отвергли некоторые стороны традиционного учения.
С точки зрения римских интересов целесообразнее было поддерживать фарисеев. Поэтому Помпей высказался в пользу Гиркана. Аристобул сдался римлянам, Иерусалим открыл им ворота. Но часть сторонников Аристобула отказалась подчиниться. Захватив иерусалимский храм, они в течение 3 месяцев выдерживали осаду, пока, наконец, во время субботнего отдыха в храм не ворвались римляне. Помпей вошел в «святая святых», куда мог входить только первосвященник и то лишь раз в год. Храмовые сокровища были разграблены победителями. Иудея вошла в состав провинции Сирии, но получила некоторую автономию под главенством Гиркана, ставшего иерусалимским первосвященником.
В Малой Азии Помпей восстановил или создал вновь ряд самостоятельных княжеств под верховной властью Рима (Каппадокия, Пафлагония, Галатия).
Всюду он вел себя как полномочный представитель римского народа. Не спрашивая согласия сената, он перекраивал территории, карал врагов Рима и награждал его друзей, низлагал и возводил на троны царей.
В конце 62 г. Помпей, устроив восточные дела, высадился со своими войсками в Брундизии.
Заговор Катилины
В момент его приезда в Италии было очень неспокойно: только что был раскрыт и подавлен опасный заговор Катилины.
Люций Сергий Катилина родился в 108 г. и происходил из старого патрицианского рода. К сожалению, его образ сильно искажен враждебной ему историографией и политической литературой (Саллюстием и Цицероном). Поэтому нелегко установить, какая доля истины содержится в рассказах о его чудовищной моральной испорченности, сохраненных традицией. Во всяком случае, Катилина был сулланцем и, по-видимому, широко использовал те возможности к обогащению, которые открывались тогда людям, свободным от излишней щепетильности (впрочем, большинство представителей высшего римского общества было таково).
В 68 г. Катилина служил претором, в 67 г. получил наместничество в Африке. После отбытия срока службы он был привлечен к суду по обвинению в злоупотреблениях. Поэтому, когда в 66 г. Катилина выставил свою кандидатуру в консулы на 65 г., он был отведен по формальным мотивам как состоящий под судом.
Это послужило исходной точкой для первого заговора Катилины.[306] Возможно, что в его организации какую-то роль играли Красс и Цезарь. С Крассом мы уже неоднократно встречались на предыдущих страницах, а с Цезарем наша встреча была очень беглой.
Гай Юлий Цезарь родился 12 июля (квинтилия) 101 г. Он принадлежал к одному из старейших патрицианских родов, выводившему себя, через Энея и Аскания-Юла, от самой Афродиты. Однако Юлии были небогаты и не играли большой роли в политической жизни. Тетка Цезаря, Юлия, была замужем за Марием, а сам он первым браком был женат на дочери Цинны Корнелии. Эти родственные связи в значительной степени определили демократические симпатии молодого Цезаря, поэтому Сулла потребовал от него развода с Корнелией. Цезарь имел мужество отказать всесильному диктатору и должен был некоторое время скитаться по сабинской области, скрываясь от сулланских убийц. Однако влиятельные родственники Цезаря упросили Суллу пощадить молодого человека. Тот после долгих колебаний согласился, но при этом заметил, что они просят за Цезаря себе же на голову: «В одном Цезаре сидит несколько Мариев».[307]
Получив амнистию, Цезарь все же предпочел не оставаться в Риме и уехал в Малую Азию, где начал прохождение обычного военного стажа. После смерти Суллы он вернулся в Рим. Здесь Цезарь открыто примкнул к демократической партии и выступил обвинителем в суде против одного из видных сулланцев. Затем он снова уехал на Восток, где на Родосе посещал занятия знаменитого ритора Молона. В 74 г. Цезарь — снова в Риме.
Не останавливаясь на всех этапах его служебной карьеры, отметим только, что он неизменно выступал в качестве демократа и, в частности, поддерживал Помпея. Блестящие ораторские способности Цезаря, его приветливость и щедрость снискали ему широкую популярность среди римской толпы. Будучи курульным эдилом в 65 г., он не только истратил остатки своего состояния на устройство зрелищ для народа, но и наделал огромные долги.
На этот же 65 г. приходится попытка
