Читаем без скачивания Рука Трауна-2: Образ будущего - Тимоти Зан

— Корран, ты дал ему слово? — нелицеприятно поинтересовался Ведж.

— Н-ну… в общем…

— Ты ему должен?

— Н-ну… да.

— Возможно, я смогу избавить вас от занятий, — резко сказал Коготь. — Вы проводите меня за периметр, а я остановлю это сражение.

— Да ну? — изумился Селчу. — А можно поинтересоваться, каким это образом?

Последовала короткая пауза, и воображение мгновенно нарисовало Веджу картинку, как Коготь Каррде улыбается своей таинственной улыбкой.

— Скажем так, что мне есть что им предложить за прекращение огня, — негромко усмехнулся контрабандист.

— Что именно? — не сдавался Проныра-2.

— Перрис — всем эскадрильям, — вклинился координатор. — Перегруппируйтесь для атаки.

Ведж глубоко вздохнул, в очередной раз раздираемый между официальными приказами и интуицией. Пространства для маневра не оставалось.

Но жизнь генерала Бел Иблиса… да что там, жизнь Бустера под угрозой!

— Каррде, это Антиллес, — сказал он. — Где вы?

— Прячусь за кормой «Скитальца». Вы там случайно не атаку начинаете?

— Что-то вроде, — Ведж уставился на радар. Точно, вот и яхта — болтается на разумном расстоянии от позиций.

— Оставайтесь на месте, мы идем к вам. Проныры, следуйте за мной.

Он развернул «крестокрыл». В наушниках щелкнуло: кто-то включил персональный комлинк.

— Ведж, что ты творишь? — возжелал знать Проныра-9. — У нас же приказы! Слушай, если ты из-за так называемого долга, то…

— Меня твои долги не волнуют, Корран. Меня сейчас волнуют две вещи. Во-первых, мне не нужен пилот, который не умеет держать слова чести, так что ты сейчас можешь облегчить всем жизнь, прибившись к другой эскадрилье. А во-вторых, если ты вдруг оглох, то Каррде сказал, что у него есть код доступа через периметр.

— Да слышал я! Ну и что? Какой нам от этого прок?

— Да, собственно, никакого, — Ведж улыбнулся. — Но турболазеры правого борта второй станции действительно стреляют с небольшим перебоем. Если мы проводим Когтя туда и сумеем проскочить следом за ним…

Корран зашипел не хуже статических помех.

— Ты сошел с ума.

— Все равно стоит попробовать.

Чем раньше они окажутся внутри периметра, тем скорее сумеют сшибить лучи захвата с «Искателя приключений». А чем скорее они это делают, тем раньше Бустер окажется на свободе.

— Ведж, — голос Хорна звучал несколько странно. — Ты же не думаешь, что Каррде действительно может остановить бойню, нет?

— Нет, не думаю, — осторожно ответил он. — Импам нужен Бел Иблис, это я могу сказать наверняка. И единственный способ отговорить их, который я могу придумать, — дать им то, что они хотят еще больше.

— Я тоже об этом думаю… Только вот я еще почему-то думаю, что Каррде действительно может все прекратить. Почему, Ведж?

Кто бы спрашивал?! Корран Хорн, почти джедай, задает простому смертному вопрос о предчувствиях… Дожили.

— Понятия не имею, — сумрачно откликнулся Антиллес. — Я знаю только, что если нужно на кого-то поставить, чтобы вытащить Бустера оттуда живым, я ставлю на Когтя. И на сегодня мне больше ничего не надо.

Они уже добрались до ожидающей их яхты, Ведж заложил крутой вираж, чтобы возглавить эскорт. Пилоты молча выстроились вокруг.

— Ладно, Каррде, пошли, — Ведж посмотрел на радар; честно говоря, он был удивлен, что никто, кроме Хорна, не произнес и слова возражения. — Держитесь поближе ко мне.

39

Дроид-часовой продолжал методично поливать Мару огнем бластеров. Ее руки двигались сами, ведомые Силой, смещали лазерный меч в нужную позицию, отражая каждый разряд.

Она просто знала, что это так, точно так же, как знала, что зубы ее крепко сжаты, что по лицу градом катится пот. Но она не чувствовала — ни того ни другого. Все ее внимание было отдано битве, она так сосредоточилась на этой борьбе за жизнь, что ни на что другое сознания просто не хватало. Для нее просто не существовало ни овального зала, в котором они попали в ловушку, ни силуэта дроида-часового, смутно различимого за сдвоенными вспышками бластеров, ни даже собственного тела. Остались только бластеры и лазерный меч.

И Люк.

Странно, но какая-то частичка ее сознания нашла мгновение, чтобы удивиться этому непривычному ощущению. Они стояли спина к спине, так глубоко погрузившись в Силу, что думали и чувствовали буквально как единое существо. Она ощущала напряжение, с которым Люк отражал атаки своего часового, чувствовала, как он подпитывается Силой, как он отчаянно пытается придумать что-нибудь, что могло бы спасти их, и как глубоко он боится за женщину, которая прикрывает его спину.

С одной стороны, это казалось логическим продолжением эмоциональной связи, которая наладилась между ними за время путешествия. Но с другой стороны, это было нечто совершенно новое и неизведанное.

Эта новая связь между ними была так глубока, что Маре вдруг целиком и полностью стало известно, как устроен Люк Скайуокер. Теперь она знала о нем все: его надежды и страхи, его успехи и провалы, его силу и слабости, его величайшие восторги и самое потаенное горе. Она словно заглянула ему в самую душу, в самое сердце, в самую суть его существа.

И Мара знала, что сама она так же открыта ему и теперь ничего у нее за душой не осталось, никаких тайн от Скайуокера.

Но страха и протеста в ней это не вызывало как ни странно. Напротив, она ощущала какое-то воодушевление. Никогда прежде ей не случалось переживать столь тесное духовное единение, такое глубокое и полное взаимопонимание с другим человеком.

И никогда прежде она не понимала, как отчаянно ей не хватало такого взаимопонимания.

И это было, наверное, самое удивительное: впервые за столько лет осознать, сколько сил отнимало у нее создание непроницаемого барьера, защищающего, нет — отгораживающего ее от всего мира. Как обедняло ее упрямое стремление к независимому одиночеству, как нравственная отстраненность от происходящих событий глушила ее восприимчивость к Силе.

Удивительное открытие, особенно — в пылу неравной битвы. Оставалось только сожалеть, что она не понимала этого раньше.

Потому что сейчас подошла пора умирать.

Смерть все равно не заставит себя ждать — так или иначе. Мара чувствовала, как уходят силы, неутомимый дроид изматывал ее. Она знала, что не продержится дольше нескольких минут. Нужно действовать сейчас, пока еще есть надежда. Иначе Люк тоже погибнет.

Потому что, даже если — если! — ее план сработает и она устранит угрозу, исходящую от дроида, уничтожить оба бластера достаточно быстро, чтобы часовой не успел убить ее саму, было невозможно. Она мельком вспомнила Коррана Хорна и его способность впитывать энергию, а потом отдавать ее. Но это умение никогда не входило в число ее талантов, и сейчас явно не было времени учиться.

Нет. Она метнет свой меч в цель, дроид застрелит ее, и она умрет. И все, на что можно надеяться, — что она продержится достаточно долго, чтобы довести замысел до конца.

Нет, Мара! Нет! Что это — ее собственная мысль? Или Люка?

Я должна, Люк.

Сквозь свои страхи и сожаления она чувствовала его отчаянные попытки найти иной выход, чтобы ей не пришлось умирать.

Но иного выхода не было. Мара уже успела обдумать все варианты. Люк просто физически не мог успеть отразить залп из четырех бластеров, из которых два целились ему в спину. Но если она сможет продержаться достаточно долго, закрывая Люка собой, пока тот дроид, что стоял перед ней, не выйдет из строя…

Пока я еще не выдохлась, напомнила она себе. Больше медлить было нельзя. Она набрала полную грудь воздуха…

Нет! пробился через ее решимость мысленный крик Люка. Погоди. Смотри.

Она не имела ни малейшей возможности смотреть куда-нибудь кроме направленных на нее стволов бластеров, но это было и не нужно. Люк уже заметил новый фактор, который грозил изменить весь расклад, и она тоже увидела это его глазами.

Справа от Мары, выдвинув маленький сварочный аппарат, решительно катился вверх по пандусу Р2Д2. Прямо на атакующего Мару дроида-часового.

Первое, что ей пришло в голову, — какого ситха мелкий свистун так долго ворочал своими сверкающими мозгами, чтобы прийти им на помощь. Она не сразу сообразила, как мало на самом деле прошло времени с момента появления часовых. Вторая, не вполне уважительная, мысль была, что Р2Д2 нацелился именно на ее противника — должно быть, перенял от Скайуокера привычку перестраховываться.

А третья мысль — Люк прав. Это могло обеспечить ей необходимую фору, которая позволит осуществить план и не умереть в процессе осуществления. Может быть.

Р2Д2 подбирался к часовому, грозно искря дуговым разрядом сварочного аппарата. Боевой дроид, конечно, был прекрасно осведомлен об этой новой угрозе. Вопрос только в том, что он с ней будет делать…

И вдруг у Мары перед глазами мелькнуло видение: они с Люком лежат на полу, среди переплетений коварного шнура.