Мост опустился уже на две трети, и первые нетерпеливые чудовища пытались допрыгнуть до края. Кто-то при этом сразу же падал в пропасть, другим же удавалось ухватиться за каменный край моста, но потом они все равно соскальзывали.
«Нет, они не смогут этого сделать!» Громко зарычав, Балендилин бросился на последнего орка, изо всех сил загнав ему топор в бок. Лезвие пробило смазанные жиром доспехи, и наружу хлынула темно-зеленая кровь. Вырвав топор из раны, Балендилин парировал удар меча противника и ударил еще раз в то же самое место, но лишь после третьего удара орк, покачнувшись, упал.
Лишь сейчас Балендилин увидел, что рычаги повреждены, а часть ручек вообще срублена. Механизм управления мостом был уничтожен.
— Мост опустился, — сказал ему один из гномов. — Чудовища штурмуют Потаенную Страну, мой король.
Парализованный ужасом, Балендилин смотрел на уничтоженные механизмы, от которых зависела судьба его племени и всей Потаенной Страны. Рычаг, которым можно было поднять мост, заклинило.
— Враккас, этого не должно произойти! — закричал он, изо всех сил бросившись на рычаг. Отрубив рукоять, он вставил свой топор в паз, а затем выглянул наружу.
У него получилось! Опоры опустились на дно ущелья, и мост опасно прогнулся по центру.
Послышался грохот ломающихся каменных плит, к которому примешивался визг созданий, уже начавших перебираться на другую сторону, и теперь понявших, что сейчас отправятся прямиком в пропасть. Наконец мост переломился, увлекая чудовищ за собой. На другой стороне остались сотни орков, громко кричащих от разочарования.
— Ты ранен, король, — заметил один из воинов.
Балендилин увидел, что из его левого бока течет кровь. На кольчуге зияла дыра — какому-то орку удалось нанести удар.
— Ничего страшного, — прорычал он, вырывая топор из паза. — Давайте уничтожим чудовищ, которым удалось перебраться через мост, а затем вернемся к остальным, — приказал он. — А потом займемся поисками этого предателя Бислипура.
По пути назад они поняли, что в Синих горах нет ни единого безопасного места. В каждом коридоре, в каждом переходе, в каждом зале они натыкались на маленькие и большие отряды орков и богглинов, казалось, насмехавшихся над гномами.
«Сколько же еще мы сможем продержаться? — подумал он. — Враккас, помоги нам!»
Подойдя к залу, откуда вели тоннели, Балендилин услышал животные крики и визг орков, с которыми кто-то сражался.
— Проклятье, я же сказал, чтобы они удерживали их, но не вступали в открытый бой — орков слишком много! — Бросившись вперед, чтобы помочь стражникам, Балендилин увидел что-то совершенно невообразимое.
Какой-то отряд гномов пробивался сквозь ряды орков с противоположной стороны зала. Орки явно не ожидали появления новых противников, и гномы-стражники тоже вступили в бой. Орки оказались зажаты с двух сторон.
Балендилин приказал спутникам нападать, и сам ринулся в бой. Вскоре два отряда гномов встретились в центре. Последних врагов сразили удары блестящих топоров.
— Вовремя же мы приехали! Прямо в разгар битвы, — поприветствовал его гном в роскошной кольчуге.
У этого гнома был какой-то странный голос — слишком высокий, да и светлая бородка коротковата. Кольчуга, неплотно прилегавшая к телу, все же подчеркивала изгибы, не приличествовавшие телу мужчины. В правой руке гном сжимал золоченую булаву, к которой присохла орочья кровь.
— Я Ксамтис Вторая Упрямая из клана Упрямцев, королева Первых, племени Боренгар. — Она пнула носком сапога труп орка. — Я еду на Совет племен, и что же я вижу? Орки. Или вы их тоже пригласили, чтобы немного развлечься в перерывах между дискуссиями?
Балендилину все же удалось превозмочь свое изумление.
— Я рад, что Первые вспомнили о единстве наших племен в столь смутное время и пришли нам на помощь, в которой мы так нуждались. Я Балендилин Однорукий из клана Сильнопалых, король Вторых. Кто приехал к вам? Тунгдил или Гандогар? — Он молча взмолился Враккасу, чтобы это был Тунгдил.
— Я говорила с Тунгдилом, и тот убедил меня прервать затянувшееся молчание. — Она протянула ему руку. — А что произошло здесь?
Пожав королеве руку, Балендилин поспешно рассказал о событиях в крепости Огрова Смерть, не умолчав и о том, что один из гномов предал собственный народ. Он еще не успел завершить свой рассказ, когда поступила новость о том, что врата крепости вот-вот падут перед войском противника.
— Вы должны уезжать отсюда, — посоветовала ему Ксамтис. — Если вас предали, то враги знают каждый коридор, в котором вы могли бы устроить засаду. — Она опустила ладонь ему на плечо. — Едемте с нами, и мы окажем вам гостеприимство до тех пор, пока Нод'онн не будет побежден и мы не вышвырнем чудовищ из нашей страны.
— Нет, — сразу же возразил он.
— Король Балендилин, сейчас не время для упрямства. Ты со своим племенем погибнешь в бою с превосходящими силами противника, а что потом? Потом мне с моими Первыми придется приложить вдвое больше усилий, чтобы спасти Потаенную Страну, — мягко сказала она. — Мы сядем в вагонетки и вернемся, а затем отправим посланников к Тунгдилу и Гандогару, чтобы рассказать им об изменившейся ситуации. — Она с облегчением заметила, что король уже готов был принять ее предложение.
— Пускай сюда приведут женщин и детей и посадят их в вагонетки, — начал отдавать распоряжения он. — Те, кого мы сейчас не сможем забрать, пускай прячутся до тех пор, пока мы не вернемся, чтобы спасти их. Шахты достаточно глубоки для того, чтобы послужить укрытием. Пускай разрушат все главные мосты. Оркам не удастся их обнаружить.
Балендилин чувствовал всю горечь поражения, понимая, что им придется отступать, но не видел другого выхода. Иначе всем гномам не избежать смерти. «Без Бислипура этого бы не произошло», — с ненавистью подумал он.
Преисполнившись решимости, он начал организовывать отступление, выбирая добровольцев, готовых направиться в отдаленные регионы гномьего королевства, чтобы предупредить семьи гномов, подготовив их к наихудшему.
— Скажите, что они должны продержаться совсем недолго, — приказал он. — Мы вернемся через несколько недель и уничтожим орков, обещаю.
Затем Балендилин отправился в зал Совета, чтобы забрать церемониальный молот и уберечь его от осквернения. Сокровищницу племени оркам никогда не найти, ведь лишь Гундрабур и он сам знали руны, позволявшие отпереть двери казны.
Забрав церемониальный молот, стоявший рядом с троном, король услышал стук таранов, которыми орки били в ворота крепости. Эти звуки поразили его до глубины души, ведь они были предвестниками приближавшегося несчастья для королевства Вторых, будто сама беда стучалась в ворота.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
