class="p1">"Похоже дела у них идут не важно".
Вышибала тоже был такой же потрёпанный жизнью и без одного глаза.
"Очень надеюсь, что девочки у них не такие".
Громила опытным глазом(тем самым единственным) верно оценил меня и даже не попытался оторвать свой зад от стула. Встречала меня "мамаша", выглядела сия дама, тоже не важно, следы похмелья на её мятом лице читались отчётливее перенесённого сифилиса, начавший проваливаться нос, был в самый последний момент остановлен целителем, но красоты это "мадам" не добавило.
"М-да. Это точно не Рио-де-Жанейро".
Одним взглядом "дама" сфотографировала гильдейский медальон, меч за спиной и мой скептический взгляд, мне даже показалось, что она каким-то образом пересчитала дукаты у меня в кошельке.
- Приветствую тебя...
Начала было "мамаша"
приветственную речь.
- Тащи сюда всех, буду выбирать.
Довольно грубо оборвал я женщину. Настроение медленно покатилось вниз. Бандерша это заметила, как и одноглазый, пока "мамочка" визгливым криками собирала своих "дочек", громила тихо исчез.
"Весьма мудрый человек, а так с виду и не скажешь".
Через десяток минут, в холле борделя было собрано два десятка повидавших жизнь жриц любви. Средний возраст "дам" колебался между сорока и пятидесяти годами, на многих были рабские ошейники.
Среди полуголой толпы я даже заметил девочку своих биологических лет, что окончательно испортило мне настроение.
Подавив желание вывернуть "мамашу" наизнанку, принялся выбирать. В итоге выбрал трёх, что выглядели по моложе и симпатичнее.
"Сиськи-моталки"!
Номер тоже был подобен зданию и шлюхам, старый и нуждающийся в капитальном ремонте.
Грустно упал на продавленную кровать с серыми простынями, обложился подержанными "девочками", не забыв самую молодую послать за "вкусняшками" и придался меланхолии.
Интерлюдия.
Если бы, кто-нибудь год назад сказал принцу Норману Октавию, что он за девять месяцев разобьёт Большую Орду, возьмёт семь мятежных городов, да ни абы каких, а столицы провинций, А мелкие городки, так вообще считать не будет, он бы назвал такого человека лжецом. Однако на текущий момент именно так дела и обстояли, а теперь принц во главе ста тысячного войска подходил к очередному городишке. Конечно вся армия участвовать в штурме не будет, хватит за глаза и одного легиона.
Ещё одна стотысячная группировка под командованием доверенного генерала двигалась параллельно, попутно захватывая всё встречные населённые пункты.
Октавий не любил терять время и ещё когда его армия была на марше, послал парламентёра, с предложением сдаться. Отказ его нисколько не удивил, почему-то каждый второй наместник считал, что сможет продержаться до подхода помощи. И только принц знал, что никакой помощи не будет. Принцесса безвылазно сидела в столице стягивая в Азерум войска откуда только могла.
"Готовится к генеральному сражению"
С усмешкой подумал Октавий.
Через три дня на адрес местного отделения Гильдии, мне пришло письмо от моего "бати" Ибари Абдулвакиля, остальную вереницу его имён мне было лень вспоминать.
С первых же строк письма началась восточная велеречивость, с трудом продравшись сквозь цветистые пожелания здоровья и успехов. Перешёл к благодарностям за присланное золото и прочие ценности. Абдулвакиль, как человек предусмотрительный и осторожный напрямую писать о золоте не стал.
Написал, что мои подарки помогли Ибари занять достойное место среди крупнейших торговых домов Юга.
А благодаря родству со мной многие проблемы разрешались на стадии зарождения. Все таки есть и плюсы в репутации кровавого отморозка.
Дальше Ибари сообщал мне, что молва о моих подвигах докатилась и до их отдалённых мест. Как оказалось они знали, что церковь Единого послала за мной Карающие Мечи, и уже даже начали меня оплакивать, но вдруг я появляюсь в каком-то городишке жив и здоров, а вот Карающие Мечи куда-то пропали. Естественно умные люди быстро сделали правильные выводы. Что вознесло мою репутацию на уровень золотых героев, что очень хорошо сказалось на репутации Ибари. По словам "бати", даже правящий дом Нон Пуэла не побрезговал вести с ним дела.
Страницу с перечислением многочисленных родственников, у которых всё хорошо и которые мне желают всяческих успехов, я пропустил.
В конце письма была небольшая приписка в которой дядя Юсуф толсто намекал, что понимает какие проблемы меня ждут впереди. Поэтому предлагал на несколько лет уехать на Рассветный Архипелаг к дальней родне, переждать когда все забудется и сменится власть в Империи, у которой ко мне претензий не будет.
Похоже мои родственники не знал, что какое-то время я работал на сепаратистов, а такое ни одна власть не прощает.
Прочитав письмо тут же сжёг его в камине, тщательно перемешав кочергой пепел.
"Я не один".
От мыслей, что у меня есть пусть и ненастоящая но семья настроение поднялось. По дороге в бордель вспомнил, что один орк меня тоже хотел удочерить.
"Запасная семья"!
В самом лучезарном расположении духа я пришёл в дом престарелых, что здесь по ошибке называли борделем.
Глава 49
О том что город в осаде я узнал от своего шлюховатого гонца за сладостями. Оказалось, что принц с несколькими легионами и неизвестным количеством дворянского ополчения успел захватить треть Империи, а я даже об этом и не слышал, впрочем как и большинство жителей страны. И вот теперь войска принца Нормана осадили город в котором я отдыхал, это новость не слишком меня взволновала, я почему-то был необоснованно уверен, что если дело дойдёт до драки с героями принца, я сумею отбиться и сбежать.
Уже через несколько часов после начала осады, ко мне прямо в бордель пришла целая делегация из лучших людей города, во главе с наместником.
Принял я их лёжа на кровати, в окружении "девочек", одетый, только в трусы-шортики, золотой браслет на ноге и гильдейский медальон.
Четырём не простым мужчинам явно не понравилось моё не уважение, когда одна из "дочек" впустила их в комнату, я даже не сделал попытки встать или как-то иначе сделать вид, что заметил их.
Нахмурив брови лысый, крепкий мужчина в дорогой вороненой кольчуге, сделал шаг вперёд, обозначив себя как главного.
- Я наместник Форамена.
"Так вот оказывается как называется этот городишко".
- Юлиус Гракх. И у меня есть к тебе предложение.
В знак того, что предложение меня заинтересовало, вяло шевельнул пальцами на ноге. От лысого запахло гневом, покатав желваки на скулах Юлиус всё же взял себя в руки.
- Триста дукатов, если поможешь продержаться до прихода помощи из столицы.
Спихнув с себя вислые груди и целюлитные ляжки живых "антистрессов" сел.
- Тысяча и я на сутки в вашем распоряжении. Деньги вперëд.
Лицо наместника побагровело, желание матерно
