А зовут меня по настоящему, Лалиса Ким Манобан. Ларисой, прошу не звать! Лиса, и только Лиса!
- Понятно! Вас ведь по обмену прислали? Но почему вас так мало? – Задаёт вопрос за вопросом Юля.
- Другие вечером подлетят. Они на рейсовом самолёте летят, а мы прилетели отдельно. Мы группа трейни «Блэк Пинк».
- Где-то я слышала это название! Надо будет у двоюродной сестры спросить. Она вашу эстраду любит. А вы только балет будете изучать?
- Нет, Соня у нас композитор классической музыки. Она даже с Национальным оркестром выступала пятнадцатого августа…
- Ой! Мы это смотрели! Так значит, это она гений классической музыки?! – Завопили девчонки.
- Ага! Так! Поклонницам таланта великого корейского композитора, Ким Со Ын, желающим получить автограф, построиться в очередь! – Заявляю я. Ким краснеет, и перестаёт переводить наш разговор Ёне и Уре, а русские смеются:
- А ты кто такая, что тут командуешь?
- А, вы не знаете, что я, не менее великая Лалиса Манобан, работаю секретарём у нашей восходящей звезды?! Так вот, подарки для гениальной госпожи Ким складывайте около моих ног, я за ними пригляжу, а автографы вы получите через меня, когда госпожа Со Ын, или просто Соня, начертает своей гениальной рукой корейские закорючки на чистом листе!
- Ха, ха, ха! - Будущие балерины валятся с ног, и хватаются за животы. Со Ын тоже смеётся, и так, хохоча, переводит Уре и Ёне всё, что я сказал. Те тоже начинают смеяться.
- Я только не поняла, почему подарки надо оставлять тебе? – Отсмеявшись, спрашивает меня Маша.
- Как почему? – Наигранно удивляюсь я. – Гениям не нужны жалкие подачки фанатов, а мне, бедной тайке, всё в хозяйстве сгодится!
- Не слушайте её! – Хохочет Со Ын. – У неё в сто раз больше всего, чем у нас тут всех вместе взятых! Она самая богатая у нас, это на её самолёте мы прилетели сюда раньше других!
- Правда, что ли? – Удивляются русские.
- Ну, не совсем, это просто самолёт моего отца. У меня есть только кот. Его Лего зовут. Он в комнате общаги остался.
- Что здесь за собрание? – Появляется Екатерина Фёдоровна.
- Ведём разъяснительную беседу среди местного населения! - Вытягиваюсь я перед учительницей.
- Идите, пока вас Илона Андреевна искать не стала. – Обращается в стайке русских девчонок Екатерина Фёдоровна, и они исчезают из зала. Мы занимаемся до восьми вечера, а потом идём обедать. Уре местная еда кажется пресной и она добавляет соли, а потом ещё и перца. Со Ын и я спокойно едим, а Ёна увидала горчицу, и начала добавлять в первое и второе. Уже находясь у себя в комнате, через окно видим приезд остальных корейцев. Из-за разницы во времени, ложимся спать рано. Ничего, пара дней, и всё нормализуется.
Место действия: Российская Федерация, город Новосибирск, собрание в кабинете директора балетной академии.
Время действия: первое сентября, две тысячи десятого года, десять часов вечера.
- Так, Анатолий Борисович, что у нас там с корейцами?
- Всё нормально. Александр Яковлевич! Они накормлены, и уложены спать. Всё-таки, разница во времени… Завтра пройдут медицинский осмотр, и будут направлений в корейскую школу «Банан».
- Хорошо! Екатерина Фёдоровна, а что у нас по этой четвёрке?
- У них всё в порядке, девчонки способные. Только одна из них нуждается в проверке у нашего Степана Викторовича. Сейчас, да, Ким Со Ын, или Соня, как она себя назвала.
- Да, да! обязательно поведите её! Это гениальная девочка! Она композитор, пишет классическую музыку. У неё кроме балета будут и уроки у вас, Дмитрий Васильевич. – Директор училища смотрит на дирижёра новосибирского оркестра театра оперетты и балета.
- А что, она действительно такая талантливая? – Удивляются другие педагоги.
- Да, я сам был в Сеуле пятнадцатого августа. И видел и слышал, как эта Соня Ким исполнила своё новое произведение вместе с Национальным оркестром Корее. Их дирижёр, Им То Юн, мой хороший знакомый. Эта девочка, его племянница. Я с ним говорил на следующий день талант у школьницы открылся после автомобильной аварии и двух недельной комы. До этого Соня посредственно играла на синтезаторе, гитаре и фортепиано, и музыку не писала. Но после больницы она начала и шикарно играть на всех этих инструментах, и писать классические произведения мирового уровня! Вот! – Дирижёр достал пухлую папку с нотами. –Здесь семь её произведений! И это, только за полгода! Уже поговаривают о возможности награждения Ким Со Ын премиями «Авард Мюсик» от австралийско-азиатского региона, и «Грэмми» от США. Но кроме этого она вместе с дочерью нашего спонсора, Лалисой Манобан, пробует писать и современную музыку. А вот это ещё один проявившийся талан девушки. – Дмитрий Васильевич достаёт рисунок. – Она стала великолепно рисовать. Это портрет её дяди Им То Юна.
Все учителя с восхищением рассматривают лист с рисунком.
- Извините. Екатерина Фёдоровна, что пришлось прервать вас. Продолжайте рассказ об остальной тройке. – Директор смотрит на учительницу.
- Значит, Чон Ён А, или Ёна. Она танцует неплохо. Но не для балета. Можно её потренировать в гибкости и растяжке, но на балерину она точно не вытянет. Для эстрады она подойдёт. Кстати, Дмитрий Васильевич, её надо будет проверить и у вас, ведь она может играть на ударных инструментах и гитаре.
- Проверим, оценим. – Отвечает дирижёр.
- Дальше. Чон У Рам, или Ура.
- Они не родственники с Ёной? – Спрашивает кто-то из педагогов.
- Нет, однофамилица. Танцует она в современном стиле. И её трудно подогнать под наши требования. Но можно сделать то же самое, что и для Ёны. Наконец, дочь нашего уважаемого спонсора, господина Кима. Ей до балерины недалеко. Она великолепно двигается и танцует хорошо. Но вот прыжки и вращение ей пока недоступны. Хотя, как тут написано, она танцует с четырёх лет…
- Дополню, у вас этого нет, пришло только сегодня. – Директор училища читает текст с экрана компьютера.:
«Лалиса Ким Манобан училась в Бангкоке, танцует с четырёх лет тайские народные танцы. Поехала в Корею с ансамблем «Ви За Кул». Попала в аварию, была в коме несколько дней. После этого она стала придумывать эстрадные песни и основала группу «Блэк Пинк», в первом составе которой было
