Анахель выходил из дома, рядом с ним шла Гелена, готовая схватить того под руку, если он опять покачнется. Гелена смотрела на спину Анахеля, и глаза её невольно прикрылись, пытаясь скрыть сложные эмоции.
Анахель шел, выдыхая обжигающе горячий пар изо рта, и вскоре они дошли до зала медицины. Это было большое белое здание, которое излучало легкий ореол света. Анахелю выделили место, в которое он лег, и заснул. Пока он спал, его подключили к капельницам, и поменяли бинты, так же замотав лицо. Проснулся он через двое суток.
Кода он проснулся, увидел белый потолок, а в нос ударил запах трав. Анахель был в большом зале, он лежал на одной из кроватей, выставленных в ряд, сейчас на койке лежал только он, рядом он никого не видел. Когда он очнулся, он сел в позу лотоса и начал восстанавливаться.
Восстанавливался он чуть больше двух часов, когда к нему наведался посетитель. Это была Гелена. Она зашла в белом халате лекаря, и принесла с собой еду, и пару снадобий, мазь и бинты.
— Как самочувствие? — спросила она мягко.
— Уже лучше. — Ответил он, стараясь не прерывать дыхания.
— Мне нужно поменять бинты. — Сказала она и увидела кивок. Анахель прервался, и посмотрел на свою гостью.
— Я рад, что с тобой всё в порядке. — Сказал он с улыбкой, наконец, вспомнив девушку. — У тебя ведь всё в порядке?
— Да, спасибо, я думала, ты уже и забыл обо мне. — Ответила она, легко улыбаясь.
— Тебя невозможно забыть. — Выпалил он, а затем засмущался когда понял что сказал. Лицо его стало красным, но под бинтами этого не было видно. Девушка на такое улыбнулась ещё шире, и начала пропитывать бинты мазями.
Она подошла к Анахелю, и попросила вытянуть руку, так он и сделал. Гелена начала снимать с него бинты, на длинных белых полосках оставались много отмершей и отшелушенной кожи, которые отрывались, открывая на вид кожу, которая выглядела отлично. Остались только шрамы, одни мелкие, другие были довольно большими и выглядели устрашающе. Как минимум для Гелены, которая так же успела за свою жизнь лекаря много чего повидать, снимая бинты, она спросила.
— Не хочешь убрать эти шрамы? — Анахель глянул на руку, и улыбнулся, ему нравилось то, что он видел, о таких шрамах он мечтал. Для кого-то страшные уродства, портящие красоту тела, но для него это были трофеи, подтверждающие его боевую доблесть, и воинские достижения, так что, конечно же, он не будет убирать эти шрамы.
— Нет, мне они нравятся. — Гелена кивнула, она ожидала такого ответа. Она забинтовала руку, хоть она и выглядела уже как полностью здоровая. Она продолжила разматывать клубок бинтов дальше, вскоре вторая рука была вновь забинтована, и приступила очередь торса. Девушка с профессионализмом разбинтовывала тело, и Анахель помогал ей, поворачивая тело как нужно было. Но даже она не удержалась от вздоха, когда бинты спали полностью.
Полное тугих мышц тело, которое под мешковатыми одеждами выглядело хрупким, вблизи выглядит как стальная крепость без единого изъяна, мышцы даже со стороны выглядели крепкими, и мощными. И теперь, весь торс, на котором отросла кожа, испещрен шрамами, как старыми, так и новообретенными, они пересекали всю лицевую часть торса, и некоторые даже тянулись к спине, которая была сравнительно чистой от боевых регалий. Гелена невольно дотронулась до тела напротив, кончиками пальцев проводя по краям шрамов, и отпечатков битв, её изящные бровки нахмурились, а в глазах появилась печаль.
Анахель слегка вздрогнул от прикосновения, но ничего не сказал. Кожа на торсе так же выглядела здоровой. Гелена поводила по телу, уже дотрагиваясь всей рукой, и её рука медленно поднялась, ощущая только мышцы, кости были надежно защищены. Рука нащупала, наконец, край ключицы, единственная кость которую она ощутила, и рука дотронулась до шеи. Тугие канаты, словно ствол крепкого дерева удерживали голову над телом, и когда Гелена увидела край бинта, она, наконец, очнулась, и засмущалась.
Прочистив горло, она сделала вид, что проводила осмотр, и начала снимать бинт с головы. Тонкие влажные бинты, одной линией начали опадать с головы. Анахель в этот момент закрыл глаза.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Гелена смотрело на лицо, и в её воспоминаниях всплыл образ того юноши, который снял рогатый шлем, открывая лицо привлекательного, неопытного юноши. Который не знал, куда деть свой взгляд, и что сказать бедным танцовщицам, которые только что были освобождены из плена.
Сейчас, она смотрела на лицо всё того же юноши, который повзрослел, как лицом так и глазами. Она смотрела на лицо, всё то же лицо которое она увидела в свой первый раз, только теперь, шрамы пересекали его лицо. Первый от центра носа до уха слегка наискось, второй ото лба наискось до виска через край брови, и третий от края нижней челюсти до центра щеки, шрамы не были слишком широкими, и не уродовали его лицо, но давали ему вид воина, и добавляли к его внешнему виду зрелости. Каждый шрам был бледно розового цвета.
Гелена осматривала эти шрамы, так же нежно проводя по ним своей рукой, она ужа начала гладить щеки Анахеля, словно жалея его. Он подняла свои глаза, и встретилась с глазами Анахеля. Гелена, наконец, отпустила руки, что было сопровождено легким вздохом разочарования от Анахеля. Гелена села на стул, и начала забинтовывать торс Анахеля.
— Чем ты занималась всё это время? — спросил Анахель не желая проводить время в тишине, которая казалась гнетущей.
— Ну, когда мы разлучились у ворот «Рассвета», я направилась к дому своей родственницы, она работала лекарем, но когда я пришла к ней, оказалось, что её дом был продан другим людям, а сестра переехала в столицу. И я направилась к ней, поймав караван по пути, я доехала, не без приключений, но всё же. Когда я нашла свою сестру, оказалось, что она уже вышла замуж, и у нее трое детей. Когда я узнала об этом, мне захотелось сразу уехать, не хотела мешать личной жизни сестры и её мужа. К тому же я была лишним бременем первое время. Меня оценивали как лекаря целый месяц, прежде чем, наконец, принять на работу. — Гелена сказала всё на одном вдохе и наконец, выдохнула. — Сейчас стараюсь меньше проводить времени у сестры дома, а больше работать, что бы заработать на свой дом.
— Я думал, ты тоже сможешь найти себе мужа в столице, у такой прекрасной девушки как ты явно много поклонников, к тому же ты лекарь. — В недоумении проговорил Анахель. Гелена выглядела прекрасно, она была зрелой, с поражающими на повал чертами лиц, и ещё более обворожительной фигурой, как у неё не может быть ухажеров?
Гелена не ответила, но продолжила бинтовать тело Анахеля, она дошла до ног, на нем благо было нижнее белье.
— А чем ты занимался? — спросила Гелена.
— У меня жизнь была спокойной, в понимании воина. Тренировки, пара заданий, а затем вторжение морского народа. — Проговорил Анахель будничным тоном.
— Ты никогда не думал о том, что бы заняться чем-то другим?
— Ну, нет. Когда меня вышвырнули из приюта, я не знал что мне делать, я не знал, что я умею, и умею ли я вообще хоть что-то. Единственным вариантом не умереть с голоду и получить крышу над головой была армия, в которую я и пошел, и оказалось, что в военном ремесле я довольно неплох, так как довольно быстро получил повышение и выступил в ряды элитного отряда.
— Но ты ведь можешь погибнуть!
Анахель ухмыльнулся.
— Все мы можем погибнуть, но я буду тем, кто умрет с мечом в руках. К тому же, думаю мне это действительно нравиться.
— Нравиться? Что тут может нравиться? Ходить по острию ножа, или только и делать, что тренироваться и рисковать жизнью день ото дня. — Гелена была возмущена, и в её голосе был гнев, а затем она поняла, что перегибает палку. Она сняла бинты с ног Анахеля, и своими пальцами схватила края нижнего белья, а затем резко потянула.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Анахель вскрикнул, он лежал, позволяя Гелене делать свою работу, но когда ощутил резкую свежесть, он поспешно поднялся, лицо его было красным, а рот издавал звуки паники и смущения. Он принял положение полулёжа, и посмотрел в глаза Гелене, на немой вопрос девушка ответила.
