Хотя Хрущев высмеивал китайских руководителей, принципиальной разницы между движением «большого скачка» и инициативами Хрущева, направленными на быстрое преодоление отставания от Запада, не было. Китайская Народная Республика в конечном счете положила конец рискованным экспериментам, вроде «большого скачка» и «культурной революции». Постепенно наращивая темпы своего внутреннего развития и преодолевая барьеры внешнеторговой дискриминации, КНР добилась стабильно высоких темпов развития и стала одной из ведущих держав на мировом рынке.
Между тем в СССР существовала широкая поддержка идеи преодолеть отставание от Запада «скачком». Хотя советский народ самоотверженно и терпеливо строил коммунистическое общество, мирясь с множеством трудностей, желание быстро завершить тяжелое строительство было велико. К тому же удивительно быстрые темпы преобразования страны породили убежденность в том, что СССР может в ближайшие годы добиться рывка в развитии экономики, науки и техники. Провозглашение Хрущевым очередной панацеи, которая якобы должна была дать мощный импульс для развития советской экономики, как правило, встречалось с энтузиазмом. Мало кто осуждал Хрущева, когда он говорил о возможности быстро обогнать капиталистические страны в экономическом соревновании.
С верой и надеждой встречали и обещания Хрущева в ближайшие годы решить насущные проблемы страны (в 1953 году он вслед за Маленковым обещал в 2-3 года решить продовольственную проблему страны, в 1957 году он обещал за 12 лет решить жилищную проблему), обогнать США (в 1957 году– по производству мяса, молока и масла за 2-3 года, в 1959 году – обогнать по производству промышленности и сельского хозяйства к 1972 году, а в 1961 году добиться этой цели к 1970 году), создать материально-техническую базу коммунистического общества в 1980 году и построить коммунизм «при жизни нынешнего поколения» советских людей.
Преувеличенные представления были не только в отношении возможностей мирного труда советских людей. Победа в Гражданской войне, а затем значительно более впечатляющая Победа в Великой Отечественной породили веру в возможность добиться новых быстрых и сокрушительных побед над внешними врагами. Это способствовало распространению идей о превосходстве советской военной мощи и о том, что третья мировая война приведет капитализм к гибели. Мало кто видел в попытках Хрущева сокрушить США, овладев Западным Берлином или разместив ракеты на Кубе, нацеленные на США, лишь опасные авантюры. Никто не возражал ему, когда он говорил, что для победы над капитализмом надо помогать странам «третьего мира», в том числе и оружием.
Но популярны были и идеи Хрущева о том, что мирное сосуществование приведет нашу страну к победе над внешним врагом. Пользовалась поддержкой и программа Хрущева осуществить всеобщее и полное разоружение за 4 года. Некритически принимали и его рассуждения о том, что успехи СССР сделают притягательным пример социализма для трудящихся стран капитала и капитализм рухнет.
Хотя Хрущев, особенно к концу его правления, был нередко объектом насмешек и героем анекдотов, его утопическим программам продолжали верить. Поэтому пребывание Хрущева у власти не было волей случая, а закономерным следствием сложившихся в стране социально-психологических условий.
Новое руководство во главе с Брежневым, Косыгиным и Подгорным на первых порах решительно осудило «волевые» решения, рожденные субъективными пожеланиями, а не трезвым расчетом. Стараясь сохранить то позитивное, что было сделано за последние 11 лет, новое руководство одновременно постаралось после отставки Хрущева покончить со всеми последствиями его «фокусов». На ноябрьском (1964 г.) пленуме ЦК КПСС было отменено разделение партийных органов власти на промышленные и сельскохозяйственные. Вскоре были ликвидированы совнархозы. Страна возвращалась к организации управления, существовавшей до хрущевских экспериментов.
В результате отставки Хрущева была наконец осуществлена та перемена в руководстве страны, необходимость в которой признавал Сталин в последние дни своей жизни. Последний представитель партийных работников, выдвинувшихся к руководству в годы Гражданской войны, не имевших серьезного образования и никогда не работавших на производстве по специальности, требовавшей высшего образования, был отстранен от власти. Брежнев и Косыгин, которых Сталин в последние месяцы своей жизни рекомендовал в качестве кандидатов в члены Президиума ЦК КПСС, заняли ведущие посты в партии и правительстве. Эти люди, а также Подгорный, Кириленко, Полянский, Воронов и другие, имели высшее образование и опыт производственной работы по специальности, обретенной им в высших учебных заведениях, и выдвинулись в партийные руководители в конце 1930-х годов.
Теперь эти люди не были связаны по рукам и ногам импульсивным своеволием Хрущева. Это сразу же проявилось в разработке обоснованного пятилетнего плана на 1966—1970 год, который был успешно выполнен. Был положен конец курсу на развал советских вооруженных сил. Успехи в развитии оборонной промышленности в конечном счете привели к тому, что советский потенциал стратегического оружия на самом деле стал равен американскому и СССР смог вести на равных переговоры с США о установлении пределов в развитии вооружений. Внешняя политика страны перестала зависеть от импульсивных взрывов Хрущева. Несмотря на существование в мире целого ряда «горячих точек», международные кризисы стали случаться реже, поскольку их зарождение не провоцировалось непродуманными заявлениями советских руководителей.
Новые руководители осознали опасность дальнейшего очерненения сталинского периода советской истории. Уже в своем выступлении по случаю 20-й годовщины Победы Л.И. Брежнев упомянул И.В. Сталина среди тех, кто обеспечил разгром гитлеровских захватчиков. В ответ в зале раздались бурные аплодисменты. Вскоре стали публиковаться воспоминания советских военачальников о Великой Отечественной войне, в которых отдавалось должное роли И.В. Сталина.
Однако «возрождения сталинизма» (а под этим понимался возврат к репрессиям), чего опасались Хрущев, Микоян, их дети и академик Арзуманян, не произошло. Прежде всего следует учитывать, что в последние годы своей жизни Сталин сам готовил пересмотр общественно-политической организации страны на основе научно обоснованных решений. Историк Кожинов справедливо указывал на то, что ослабление репрессий началось еще в последние годы жизни Сталина и диктовалось объективной реальностью. Кроме того, 11 лет, которые прошли со времени смерти Сталина, существенно изменили страну. Провалы во внутренней и внешней политике страны вследствие ошибок Хрущева не смогли остановить ее неуклонного развития. Страна стала более развитой, богаче, люди стали образованнее. Эти перемены изменили и общественно-политический климат в стране. Это обстоятельство, а не деятельность Хрущева, привело к постепенному ослаблению репрессивности государства.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
