сопливых девок.
— Погодите-ка… — Терренс призадумывается на пару секунд. — Так это вы прислали мне то письмо с угрозами в адрес меня и моей семьи?
— О да, Терренс, совсем твоя башка не работает, — с презренным смешком скрещивает руки на груди незнакомец. — Если до тебя только сейчас дошло это, то прими мои соболезнования. Ты реально безмозглый. Прямо как один из тех, кто находится рядом с тобой. Вы оба стоите друг друга. Ибо у вас в голове одни опилки.
— Значит, вы признаете, что письмо было вашим творчеством?
— Понимаешь, приятель, дело в том, что письмо прислал тебе не я, а тот, на кого я работаю. И хочу заметить, что должно было быть не одно письмо, а два.
— Тоже получал. И уже узнал, что кто-то явно имеет на меня зуб, раз говорит, что я должен быть осторожен, когда хожу по улицам.
— Ну теперь ты в этом убедился? Понял, что у тебя огромные проблемы?
— Понятия не имею, кому я так сильно не угодил. Но я точно знаю, что не делал никому ничего плохого, чтобы вынудить кого-то присылать мне эти чертовы писульки.
— Мой шеф знает все о тебе и твоей семейке. Может быть, ты не знаешь его, но зато он очень хорошо знает тебя. Скажу тебе больше — этот человек знал тебя еще тогда, когда ты сопел у своей мамочки на руках и сосал соску.
— И откуда же это он меня знает? — презренно усмехается Терренс, расставив руки в бока. — Если, конечно, вы не врете!
— Скоро ты узнаешь обо всем, что должен знать.
— Тогда может, вы скажете, что этому идиоту от меня нужно? Какого черта он присылает мне письма с угрозами и посылает своих дружков пугать меня?
— Этот человек сам расскажет все, когда посчитает нужным. Единственное, что я могу сказать, так это то, что у моего шефа есть большие планы на тебя и твою жалкую семейку.
— Ха, интересно, чем же мы так не угодили ему, что он мечтает грохнуть нас?
— Не угодил ты своим рождением! — грубо бросает незнакомец. — Если бы тебя не было на этом свете, то ему жилось бы намного лучше. Да не только тебя, но и всей твоей семейки, которую он мечтает грохнуть в самое ближайшее время. Чтобы вы не травили воздух.
— Только попробуйте приблизиться к кому-либо из моей семьи! — уставив на незнакомца холодный и презренный, полный злости взгляд и угрожая ему пальцем, шипит Терренс. — Клянусь, вы пожалейте об этом! Я сотру вас в порошок! Вас и того гада, на которого вы работайте! Если думайте, что сможете заставить меня молчать, то вы глубоко ошибайтесь. Я непременно пойду в полицию и заявляю на вас. А если хоть один из вас хотя бы пальцем тронуть посмеет тронуть любого моего родственника, я придушу вас собственными руками. Клянусь, падла, вы мне за это ответите!
— Спокойно, МакКлайф! — грубым, низким голосом восклицает незнакомец. — Я знаю, что ты — та еще истеричка, которая заводится по любому поводу, и может отдубасить любого без разбора. Но все же советую тебе поберечь свои и без того расшатанные нервишки. Думаю, они тебе еще понадобятся, когда ты будешь оплакивать потерю своих родителей и любимой невесты. Если не сдохнешь раньше их, конечно.
— Что вы сказали? — Терренс крепко сжимает руки в кулаки и начинает слишком часто дышать из-за злости и волнения, что овладевают им. — А ну сейчас же повторите, что вы сказали!
— Что слышал! — хитро улыбается незнакомец. — Придет конец этим людишкам. На твоих мамашу с папашей мне глубоко плевать, но вот жаль, что такой сексуальной красотке, как твоя невеста, придется умереть. Уж что, но эта чертовка умеет возбудить любого мужчину одним только взглядом. Кто знает, может, у меня еще будет возможность немного поиграть с ней до того, как мой шеф прикажет грохнуть ее. Я бы с огромным удовольствием покувыркался бы с ней.
Взбешенный Терренс подходит ближе к незнакомцу и со всей силы залупляет ему сильную пощечину. Его противника разворачивает в сторону, и сразу же хватает его за шкирку, уставив на него свой испепеляющий взгляд.
— Только попробуй приблизиться к ней, — со злостью во взгляде шипит Терренс. — А иначе я тебя, мразь, так отделаю, что ты забудешь свое имя! ТЫ ПОНЯЛ МЕНЯ, ТВАРЬ? ЧТОБЫ ДАЖЕ НЕ ПОСМЕЛ ПРИБЛИЖАТЬСЯ К МОЕЙ НЕВЕСТЕ!
— Хватит орать, истеричка! — громко требует незнакомец, грубо оттолкнув Терренса от себя. — Тебе явно надо лечить свои нервишки! Глаза того и гляди выскочат из орбит!
— Я все сказал, тварь! Если хоть посмотришь на мою невесту и подумаешь о том, как поиздеваться над ней, клянусь, ты будешь трупом. Я ЛИЧНО ПРИДУШУ ТЕБЯ СВОИМИ РУКАМИ! И БУДУ ТАКИМ БЕШЕНЫМ, КАКИМ ЕЩЕ НИКОГДА НЕ БЫЛ!
— По-моему, ты и так страдаешь бешенством с ранних лет. Наверное, тебя в детстве укусила какая-то псина, больная бешенством. Ну… Или же у тебя просто были истеричные мамаша с папашей, и ты вырос точно таким же. Известно же, что яблоко от яблони недалеко падает.
— Мне плевать, что ты обо мне думаешь. Но запомни, ты точно заставишь меня стать бешеным в случае, если посмеешь приблизиться к моей невесте. Я с тебя точно шкуру сдеру, если узнаю, что ты просто посмотрел на нее или тем более попытался изнасиловать ее и удовлетворить свои похабные потребности.
— Сомневаюсь, что ты сможешь защитить ее, когда я захочу немного поиграть с ней с позволения моего шефа. Ведь я не сомневаюсь, что ты сдохнешь раньше времени ради того, чтобы никто не помешал ему убрать с дороги такую ослепительную и сексуальную красотку. — Незнакомец хитро улыбается. — С которой он и сам не прочь поразвлечься. И узнать, какая же она в постели: роковая и уверенная в себе или совсем бездарная.
Терренс, становясь буквально зеленым от злости, хочет еще раз залупить незнакомцу еще более сильную пощечину и напасть на него с кулаками. Однако тот мгновенно реагирует, резко уйдя от удара, и сам со всей силы бьет МакКлайфа-старшего по лицу в следующее мгновение. Из-за чего Терренс резко отворачивается и хватается за щеку, которая начинает гореть после столь сильного удара.
— Что попытаешься ударить меня еще раз, тварь? — скрестив руки на груди и уставив на Терренса свой леденящий душу взгляд, грубо интересуется незнакомец. — Попробуй! Можешь даже напасть на меня с кулаками! Только помни, что чем больше ты будешь это делать, тем выше шанс на то, что я захочу разукрасить твою физиономию. И наплевать на приказ шефа не
