Бранд отбросил воспоминания, снял ключ, легко отпер замок и повесил ключ на место. Затем потянул дверь на себя, открыл ее и закрыл за собой. Даже не глядя, он чувствовал колоссальное давление со стороны Лабиринта.
– Не многие могут вернуться из Ниоткуда, – тихо сказал кто-то. – И уж совсем единицы – после столь близкого знакомства с Бездной.
Бранд резко повернулся на голос. Около крошечного пруда со слепыми рыбами стоял незнакомый ему человек. Ничего примечательного не было ни в его одежде, ни в лице. Потом Бранд поймал взгляд незнакомца и изменил свое мнение. Таких глаз – усталых, всезнающих и пронизывающих насквозь – он не видел даже у Лордов Хаоса.
– Незачем платить за то, чем уже обладаешь, – продолжил человек прежним тоном. – Незачем также заставлять других делать это. Пламя ненависти сильно в тебе, а разум требует мести; однако кровь, текущая в твоих жилах, не даст тебе совершить этого.
– Кто ты, чтобы судить об этом? Разве знаешь ты…
– Знаю. Я был там, откуда ты недавно вернулся. Я испытал не меньше, чем ты. И клянусь всем, что у меня еще осталось: я не позволю тебе стереть Амбер с лица земли.
– Ха! Да как ты сможешь…
– Смогу, – произнес Роджер, снимая перчатку с левой руки. Голубой свет Лабиринта заиграл на мельчайших насечках платинового ободка. Кольцо вспыхнуло, а посаженное на него вместо печатки колесо из красноватого металла начало медленно вращаться, концентрируя энергию. Бранд вскинул руки, привычно отражая волну обжигающего холода, – и ощутил невероятную мощь противника, напрочь сметающую все его защитные заслоны…
– Здесь нам нужно разойтись, – хмуро сообщил Шао Кан, прочитав надпись на камне-указателе. – Мне это не по душе, но иначе мы не сможем пройти дальше. Таковы правила.
– Ладно, – отмахнулся Сталкаор, – каждый из нас достаточно силен для подобных испытаний. Не в первый раз.
– Точно, – согласился Джелерак. – Итак, кто двинется по какому пути? Тут их шесть. Имеется на указателе какая-нибудь информация о дальнейших препятствиях, Император?
– Я прочту, а вы решайте, верить этому или нет.
Белая дорога —Слава у порога,Лень и грех на ней подстерегают;Алая тропинкаУведет в пучину,Где живут изгнанники из рая;Путь Огня – запретный,И ему не смеетСледовать никто из Обреченных;Желтый тракт – в могилуПриведет сквозь Силы,Что пугают даже адских гончих;Синим коридоромНад Долиной ШтормаМожно выйти к цели (после схватки);Черная пещера —Испытанье верыВ самого себя и в свой порядок.
Странный, глухой ритм стихов унял развеселившегося Сталкаора, которому все происходящее пока казалось лишь игрой.
– Иди по алой тропе, Схиавхей, – приказал наконец Хаос. – Джелерак, ты бери желтую; Сталкаор…
– Беру Огненную, – прервал его чернокнижник, – мне она нравится больше. Точнее, не нравится меньше.
– Хорошо, – кивнул Император, – я возьму на себя Долину Шторма. Нет возражений?
– Мне, конечно же, досталась Пещера, – проговорил Отец Богов. – Как и положено. Что ж, вперед! Встречаемся в конце Пути.
Сталкаор прошел сквозь огненную пелену и медленно, проверяя надежность пылающей в бездне ленты-дороги, двинулся к едва виднеющемуся вдали выходу.
Через несколько минут он с удивлением заметил, как с той стороны кто-то вышел на дорогу – и встал. Удивление прошло быстро. Естественно, ни один важный участок Испытания не останется без внимания Стражей. И тому подобной белиберды, препятствующей кандидату пройти Посвящение.
Чернокнижник приготовился к бою. Еще несколько шагов…
Страж откинул капюшон своего одеяния. Вернее, откинула – то была молодая на вид светловолосая женщина с длинным серебристым посохом, возникшим у нее в руках.
– Прыгай, – указала она в бездну, – и ты избавишь себя и массу остальных от крупных неприятностей.
Непритязательность этой просьбы заставила Сталкаора усмехнуться. Он почти небрежно скрестил руки на груди, одновременно приводя в действие испепеляющее заклинание. Посох волшебницы вспыхнул, отражая удар.
– Что ж, пусть будет по-твоему, – сказала Айра.
Нарисовав концом посоха сложную фигуру, она произнесла:
Символами ада, властью Белых Скал,Именем Аркана – подчинись, Шакал!
Чернокнижник издал полустон-полувой, закрывая лицо руками. Продолжая издавать этот жуткий звук, становившийся все тоньше и сильнее, Сталкаор упал на колени, затем встал на четвереньки. Тело его медленно изменялось, пока не превратилось в подобие крупного волка или гиены.
– Так я и думала, – кивнула волшебница. – Г'нолла. Интересно, у кого ты украл свое тело? И каким образом приобрел магию?
Шакал пытался что-то сказать, но из зубастой пасти исходил лишь рычащий визг.
– Впрочем, – заметила Айра, – этот вопрос представляет уже чисто академический интерес…
По крутым поворотам винтовой лестницы из багряного металла, издававшего к тому же пьянящий запах крови, Схиавхей спускался на дно колодца невероятной глубины. Свет здесь отсутствовал, но он в нем и не нуждался. Интуиция услужливо подсказывала, где очередная ступенька, где ее нет, а где… Опасность!
Схиавхей мысленно улыбнулся и сменил обличье, так что просвистевший над ним топор задел только стену. Щупальце, оснащенное на конце отравленным когтем, метнулось в направлении противника – и лишь царапнуло о прочные доспехи.
Летающий Топор вернулся в руки Гэррока. Схиавхей вновь преобразился, теперь уже в облик Дракона, Восставшего из Праха. Выпустив из разинутой пасти сноп огня, он засек отступившую в сторону серую фигуру – и вторую порцию пламени послал уже в ее направлении. Однако Серый Рыцарь прошептал формулу, и пламя повернуло обратно; Схиавхей с трудом успел обернуться в более огнеупорное обличье.
– Неплохо, – признал он. – Но для победы тебе потребуется нечто большее. Я еще не исчерпал своих сил.
– Я тоже, – ответил Гэррок. – Как насчет небольшой удушки?
«Чего?» – хотел было переспросить Схиавхей, но внезапно ощутил, как его неуязвимое тело стискивает незримая петля, словно свитая из тончайшей стальной проволоки.
Изменение. Еще и еще одно. Однако невидимая удавка сжималась все сильнее. Схиавхей слышал тяжелые шаги приближающегося Серого Рыцаря, но не мог даже шевельнуться. И тогда, когда над ним поднялся смертоносный Топор Аквилона, он осознал, что подошел к пределу своих сил. Оставалось только одно…
Топор рассек пополам корчащееся тело Схиавхея и вошел в металлический пол почти на дюйм. Призрак освободившегося вышел из раны и облачком голубого тумана направился вверх.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
