Айвори прошла по тропе до общежития чемпионов. Охранники на ее пути старательно игнорировали белую волчицу, хотя в этом не было ничего нового, но сегодня они сжимали кулаки гораздо сильнее обычного. У своей двери девушка встретила лиственную. Скромница спокойно стояла рядом с охотником, дожидаясь любимую.
— П-привет. — Милая улыбка.
— Привет, — кивнула Ави. — Заходи.
Волчицы спрятались в своём "домике".
Расслабленно выдохнув, Ави сняла белую накидку и повесила её на стул. Сама села на кровать. И увидела, как Расти, теребя пальцы, не двигается.
— Ты чего? — отправила Айвори мысль.
Лекарка, чуть осмотревшись, все же подошла ближе.
— Тебе не кажется, что... что-то происходит? — её голос дрожал.
Айвори продолжила говорить через мысли:
— Все напряжены, этого я не отрицаю. — Она понимала, что Расти имеет в виду охотников. — Если бы они узнали, то Беатриси предупредила бы нас.
— П-просто... — Тяжелый выдох, целительница присела рядом. — Сегодня Бэроу вызвал меня к себе и спрашивал странное.
— Странное? — приобняла Ави возлюбленную.
— Да. Как мне живется в форте, все ли меня утраивает, — поежилась девушка, вспоминая, как ей казалось, допрос. — Мне... страшно.
— Расти, — пересев, Ави оказалась за спиной у любимой, обняв её полностью. — Осталось совсем немного.
— Ты постоянно это повторяешь, — в голосе лиственной промелькнуло раздражение. — А еще... мы больше не спим в одной комнате.
— Кхм... — сдержала чувства белая волчица. — Прости.
— Я знаю. — Горький шепот. — Я знаю, что ты пыталась, — сбилось ее дыхание, — переспать с Такром...
Это была правда. Волки спокойно относились к подобному, и Ави хотела узнать, хотела проверить, и итог стал более чем обескураживающим.
— Да, — грустно ответила Ави. — И...
— Тебе буквально стало тошно от этого, ты чуть не задушила его, — сжала лиственная пальцы до красноты.
Ужасающая агрессия нахлынула на Ави, стоило пустыннику прикоснуться губами к её губам. Это не было праведным гневом, ведь волчица добровольно согласилась, но тело как будто само среагировало, пожелало убрать потенциального партнера. И после этого случая Айвори решила, что, пока она не станет свободной, у нее не должно быть никакой близости, ни с кем и ни в какой форме.
— Я... — освободилась Расти от объятий. — Я, наверное, пойду. Прости, что потревожила.
— Расти, — только и успела сказать ей вслед Ави, но настолько вяло и безучастно, что альбиноске стало противно от самой себя.
Оставшись во мраке и одиночестве, она повалилась на кровать. Душу охватило пламя, что-то в груди билось с такой силой, что, казалось, кожа вот-вот порвется. Раньше Ави думала, что это сила её крови ждет своего часа, но теперь… теперь эта сила пугала, тревожила. Она кричала: “Все это не твое!”. Сняв ошейник, Айвори поворочалась несколько минут, но все же смогла уснуть. Это был её последний сон в неведении собственного предназначения, последний сон простым вервольфом.
Полночь.
Охраны нет на постах. Непривычная темнота и тишина окутывают старые стены форта. На смотровых вышках заряжают пулеметы, Фольган аккуратно переливает смеси, заполняет шприцы. Беатриси делает сон волков крепче, они не слышат, не видят, как двигаются их палачи. Все смешалось в новой постановке, актеры на местах, каждый станет тропинкой.
Тропинкой к её возвышению.
Под дверь Ави дымкой просачивается тень, принимая в комнате еле заметные очертания, силуэт. Белая волчица сквозь сон ощущает чьё-то присутствие, закрытые веки дергаются. Из пола, помогая себе руками, вылазит Рисита, широкая улыбка обнажает заостренные зубы. Мех окутывает правую руку, когти заостряются.
— Наконец-то, — прошипела она, оставшаяся преданной лорду. Сломленная душа всем сердцем ненавидела белую выскочку. И розовые чары только усиливали это. — Сдохни!
Удар! Острые бритвы пробили грудь Ави!
Глава 30 Предстоящая боль
— А-а! — взревела Ави. — Ра-а-а! — вскочив на ноги, белая волчица сжала вторую руку противницы, не пропуская новый удар когтями.
Противостояние набрало темп, и оборотнессы сцепились в смертельной схватке, ударяясь спинами о стены тесной комнаты, сметая и разрушая все вокруг. Шкаф проломился, стол упал набок, щепки отлетали от обшивки стен. Все это время из груди Айвори торчала засевшая там когтистая полулапища, и это позволяло трепать волчицу, словно куклу. Острая боль пронзала насквозь, кровь стекала по телу, но регенерирующий пар уже исходил от белого зверя.
— Ра! — надавила Рисита сильнее.
Девушки врезались в ростовое стекло, и то пошло трещинами.
— Зачем!? — сквозь сжатые зубы процедила Ави. Напряжение мускул. Волчицы кряхтели, ища опору для босых ног.
— Твой план раскрыли, тупица! — засмеялась Рисита. — А я на стороне победителей! — с размаху ударила она головой.
Хруст носа стал последней каплей, переполнившей чашу терпения.
— Ра-а-а-а! — звериный рык.
Айвори с новой силой начала теснить, толкая противницу. Они разнесли кровать на две неравные части, и высокая, понимая, что уступает в силе, на мгновение растворилась тенью. Эта тень, темная дымка, окутала тело Ави, связывая ее, как живые путы. Появившись наполовину, словно сиамский близнец Всепожирающего, Рисита начала душить Айвори со спины. Она специально нанесла первый удар не в голову, она хотела страданий, мучений своего заклятого врага. Белая, сопротивляясь, рывками добралась до двери и, вылетев наружу, упала на колени.
— Смотри, — дернула душительница за белые волосы, заставляя смотреть прямо.
Ужас смешался с тревогой от нехватки воздуха. Весь форт превратился в бойню. С высоты второго этажа Ави видела, как охотники расстреливают и отсекают головы молодым вервольфам.
— А-а-а-а! — дергался Такр от электрических палок с трех сторон сразу.
Боки лежала неподвижно в луже собственной крови, её нога и рука были отсечены. И когда Ави увидела, как на площадке запинывают железными башмаками ударного Атро, что, терпя боль, покрывался синяками, защищая лицо, глаза ее блеснули серебром. Дикая ярость накрыла с головой, одинокая вспышка отдалась жгучим ядом. Рисита моментально отступила, её вытолкнуло в нормальное состояние.
— СРАЖАЙТЕСЬ! — завыла Айвори во всю глотку.
Призыв, команда — и, несмотря на сдерживающие ошейники…
— Ра-а-а-а! — послышался общий вой.
Атро вцепился зубами в ближайший сапог, несколько волков порвали насмерть обладателей серебряных клинков, и у них получилось прервать мучения Такра. Дымящийся пустынник крутанулся вокруг себя, сшибая хвостом нескольких врагов.
— Сука! — вновь поднялась Рисита. И сразу её горло сжала крепкая хватка Ави. Темная не понимала, почему сила крови не работала, почему она не могла раствориться тенью. Кожа чувствовала покалывания… Будто в неё вливалось серебро.
— Предатель! — рассвирепевшая альбиноска была беспощадна. Она злилась, злилась на себя и весь мир вокруг.
— Кх, — задыхалась черная волчица. Силища Ави сдавливала шею, и...
Удар! Лицо Риситы смялось вовнутрь, тело обмякло. Ави отпустила бездыханный труп и плюнула на него. Придерживая еще не затянувшуюся рану на груди, волчица вернулась в комнату. Присев на колено, стукнула костяшками по половице и достала оттуда дубликат ключей от волчьих ошейников. План пошел прахом. Значит, нужно соображать на ходу. Сжав зубами два ключа, она выбежала обратно. На этаж уже поднялись охотники. Выстрелы ранили плечо и ногу, но оборотнесса, не останавливаясь, распорола горло первому и с наскока налетела на второго. Стукнувшись о землю, несколькими ударами когтей превратила лицо мужчины в месиво. Сразу рвалась ближе к Такру.
— Все очень плохо, — пригнул он колено.
Вой сирен, крики, выстрелы.
— Импровизируем! — расстегнула она ошейник товарища и отправила общую мысль, чтобы все оборотни стягивались к ней.
