— Чего тебе?! — Перевел генерал разгневанный и налитый кровью взгляд на бедолагу. — Ты не видишь, что я занят, баран?! Или тоже со службы полететь хочешь с отпечатком на жопе вместо печати?!
— Никак нет, товарищ генерал! — Четко отрапортовал боец и выпалил, прежде чем его успел стереть в порошок гнев начальства: — Я со срочным донесением! Президент на связи, и он требует вас!
— Что делает? — Разом изменившимся голосом переспросил коротышка, сдувшись, как развязавшийся воздушный шарик. — Требует?
— Так точно!
— Пусть соединяют…
Генерал упал в свое кожаное кресло так грузно, будто у него отказали ноги, и схватил телефонную трубку, сжав ее до побелевших костяшек. Как только экран аппарата загорелся, он поднес ее к уху, не дожидаясь даже первой музыкальной трели.
— Добронравов у аппарата! Да, я понял. Жду соединения.
Это звонил пока еще только ассистент кремлевской приемной, который в полуприказном тоне распорядился взять ручку, бумагу и приготовиться записывать слова национального лидера. В динамике зазвучали узнаваемые торжественные аккорды гимна, которые начальнику ФСБ показались тревожней и тяжелей похоронного марша. И спустя еще бесконечные пару минут, когда напряжение генерала достигло своего апогея, в трубке наконец раздался его голос.
— Да, господин президент! Директор Федеральной службы безопасности, генерал армии Добронравов Иван Васильевич! Да! Я внимательно вас слушаю! — Коротышка тщательно проговаривал каждое слово, словно диктор на радио, напрягшись при этом так, что по его высокому лбу покатились капельки пота.
Никому из присутствующих не были слышны вопросы президента, но судя по тому, как генерал бледнел, потом багровел, а под конец короткой беседы и вовсе приобрел нездоровый зеленоватый оттенок, этот разговор отнюдь не был для него приятным.
— Слушаюсь… так точно… не могу знать! Разбираемся еще… есть, господин президент! Сообщу незамедлительно! Никак нет, не хочу! — Односложно частил начальник, испытывая, пожалуй, еще больше стресса, чем недавно пережили его подчиненные.
Но вот главнокомандующий высказал все что хотел, и связь прервалась. Генерал так эмоционально швырнул трубку на рычаги, будто это была граната с выдернутой чекой.
Сразу после этого он выхватил из нагрудного кармана кителя смятый платок и вытер пот на блестящем от испарины лбе, окинув присутствующим уже совсем другим взглядом.
— Это п…дец…
Сказанная безжизненным тоном фраза как нельзя лучше отражала положение дел всех здесь собравшихся. Если вести о пропаже целой роты элитных бойцов уже дошли до президента, то сношать всех к этому причастных будут долго и безжалостно. Тут уже не за звездочки на погонах предстоит беспокоиться, а за то, как бы вообще в тюрьму не загреметь на долгие и долгие годы.
— Ну а теперь-то я могу узнать, какого хрена сегодня произошло?
Внезапно собравшиеся в кабинете как-то подуспокоились, словно осознав, что все они находятся в одной лодке посреди бушующего шторма. Приближение неиллюзорных проблем на самом высоком уровне неведомым образом сплотило офицеров и сразу настроило на рабочий конструктивный лад. Поэтому на этот раз доклад не заставил себя ждать.
— Мы выясняем, тащ командир. Пока сообщить нечего, потому что общая картина остается неясной.
— Ты мне обстоятельства обрисуй, потому что я до сих пор ничего внятного не услышал!
— Есть! — Ответил подчиненный и принялся излагать все известные ему события, предшествующие происшествию. — В районе четырех часов утра на пульт дежурной части МВД поступил звонок от некой девушки, ее личность сейчас установлена, и в отношении нее проводится проверка. В ходе разговора она объяснила, что ее парень еще ночью прислал странное СМС с текстом, будто их взяли в заложники и удерживают в помещении кухни ресторана «Бенедикт». Указанное сообщение, согласно требованиям антитеррористической безопасности, с пульта было сразу же передано в адрес ФСБ, и на вызов выдвинулась группа антитеррора в полном составе…
— Вслепую?! — Снова вскипел начальник, намереваясь устроить новый разнос всем ответственным за подобное безобразие.
— Так точно, вслепую. Ведь согласно полученной информации, СМС от заложников прислали еще до полуночи, а сообщение на пульт поступило только к утру. Вероятность спасти захваченных и так стремилась к нулю, поэтому…
— Поэтому вы бросили две роты спецназа неизвестно куда, даже не потрудившись заручиться поддержкой со стороны МВД или военных?! Вы что, совсем дебилы?! Вы офицеры, или сопливые молокососы, которым моча в голову ударила погеройствовать? Да ладно б вы сами туда полезли и подохли, хрен с вами! Никто бы и слезинки не проронил, но вы ведь чужими руками решили это сделать!
— Товарищ генерал, я не отдавал такого приказа! — Поспешил оправдаться подчиненный. — Сейчас должностное лицо, принявшее это решение, находится на допросе. Подробности станут ясны позже.
— Господи, как же меня задолбали эти полудурки, которых садят на начальствующие должности только потому что они чьи-то дети, а не потому что у них есть достаточная для этого квалификация…
Командир сказал это совсем негромко, но расслышал его каждый присутствующий. И не нашлось бы тут такого человека, кто с этим утверждением мог поспорить. Все те, кто сегодня был в этом кабинете, заслужили право здесь находиться по́том и кровью, а не получили на блюдечке благодаря связям и влиятельной родне.
— И что было дальше, когда группа прибыла на место?
— Неизвестно, товарищ командир. — Докладчик сокрушенно развел руки в стороны, внутренне сжимаясь в предвкушении раскатов новой бури, но начальник остался удивительно спокоен. — Связь со штурмовым отрядом пропала спустя считанные минуты после начала операции. Прибывшие на место дополнительные силы обнаружили только брошенный транспорт, из которого с корнем вырвали всю радиотехнику.
— Ну и как такое могло случиться?! — Возмущенно замахал руками коротышка в кителе. — Пятьдесят первоклассных бойцов что, одномоментно взяли и сквозь землю провалились?!
— Пока это самая правдоподобная версия. — Без доли иронии кивнул офицер. — У нас, на данный момент, нет совершенно никаких предположений.
Генерал уже набрал в грудь воздуха, чтобы распечь докладчика за неуместную остроту, но его прервали.
— Товарищ генерал, разрешите добавить кое-что. — Со своего места поднялся еще один сотрудник. — По последним докладам стало известно, что в здании обнаружены следы боя. Гильзы, пулевые отверстия на мебели и стенах, следы крови. Однако ни одного тела найти так и не удалось. Зато фрагменты человеческих мягких тканей в некоторых метрах были даже… кхм… на потолке и люстрах.
— Был взрыв? — Предположил начальник, пытаясь обосновать появление кусков плоти не в самом типичном месте.
— Абсолютно исключено. Специалисты все еще работают на месте, и вероятность подрыва отмели почти сразу же. Пока все выглядит так, будто кто-то просто на скорую руку прибирал за собой бардак. Но судя по тому, что самый крупный фрагмент мягких тканей оказался длинным стограммовым куском мяса, то никто не может обрисовать картину происходившего там безумия даже примерно.
Начальник спрятал лицо в ладонях и с силой начал его растирать, страстно мечтая о том, чтобы все происходящее оказалось лишь простым ночным кошмаром. Чтоб когда он отнял от лица руки, то оказался в своей кровати, а все это ему просто приснилось. Однако дурацкое наваждение упорно отказывалось развеиваться, и непреклонная реальность лишь издевалась над ним.
— Товарищ генерал! — Внутрь снова влетел тот же самый посыльный, что сообщил о звонке президента. — Начальник штаба приказал вам показать это. Сказал, что вас наверняка заинтересует.
— Ну давай, показывай. Хуже-то быть все равно уже не может…
На стол перед руководителем лег зашифрованный носитель данных, запустить который было возможно только с помощью специализированного программного обеспечения. Генерал самостоятельно вставил его в свой ноутбук и запустил единственный аудио-файл, что был на нем записан.
