Волчица обернулась.
— Клиф?
Глава 37 Беззвучные голоса
После того как весь форт тряхнуло, в воздух воспарили всевозможные куски серебра: патроны, клинки, мелочи вроде пуговиц и даже столовой утвари. Всюду, буквально всюду были мертвецы; видимо, сражение длилось несколько часов, настоящая бойня. И не было живых. Рухнувший домишко загородил прямой путь к бьющему в небо свету. Пришлось обходить, идя по телам и оторванным конечностям. Выйдя к обширной площадке, я не знал, куда идти дальше. Испачканные кровью и обугленные указатели мало помогали. Сделав еще несколько шагов, я замер. Слабое кряхтение заставило меня посмотреть по сторонам.
— У-у-у, — скулил голосок.
Я увидел волчицу в истинном облике, она слабо барахталась в грязи, не имея руки и ноги. С трудом я перебарывал себя, чтобы плюнуть на это, но все же подбежал к ней.
— Эй, — не знал я, как помочь. Серебро жгло ее раны, обильное кровотечение не останавливалось, но незнакомка как могла указала мне мордой на лежащее рядом тело охотника. — Понял. — Я подтащил мертвеца к раненой.
Клыки жадно впились в плоть, и взгляд длинношёрстной чуть прояснился.
— Боки... — с оттяжкой оторвав кусок, она проглотила его вместе с одеждой.
— Боки, ты знаешь, где белая волчица? — с волнением произнес я.
— Ави... — сразу поняла она. — А-арена... — рука поднялась, коготь указал на неприметную тропу. — Туда.
— Спасибо, — встал я на ноги. — Держись, скоро придут другие волки, они помогут.
У этой оборотнессы зрачок также окрасился в другой цвет. Под тихое всхлипывание и новое чавканье человечиной я побежал со всех ног. Тропинка перешла на песок, песок вывел меня на другую сторону руин. Я зашел в тоннель, из тоннеля — в некое подобие предбанника. Тут тоже царила разруха, но из-за обвалившегося выхода доносился знакомый запах, который перебил все остальные вокруг. Я никогда не забуду его, ни с чем не спутаю. Ударом проломываю лист металла!
— Дочка! — уже не мог я сдерживать себя.
И... Я... Кто это? Несколько секунд не дышал. Передо мной стояла оборотнесса — взрослая, статная. Такая яркая, вызывающая трепет. Белый мех чуть светился, длинные локоны, игнорируя законы физики, реяли в воздухе. На мгновение я действительно увидел божество. И со Стандалом это не шло ни в какое сравнение. В памяти всплыл старый разговор с Аннет. Глупость... И все же. Все же одно слово напрашивалось само собой.
Ангел.
— Клиф? — бесстрастный голос отрезвил.
Это не мистическое существо из легенд и баек. Это Айвори, моя Ави. Вот она, прямо передо мной. Нас разделяет всего несколько метров. Но отчего-то ноги перестали меня слушаться, я не мог сдвинуться с места, не мог говорить.
— Айвори? — чуть шевельнул я губами.
Дрожащий выдох постепенно стих, и она полностью развернулась ко мне.
— Больше нет. — Оборотнесса посылала мысли, а от взгляда белых глаз нельзя было спрятаться. — Меня зовут Омега, я последняя из рода Серебряных. Мой брат начало, а я конец.
— Я... — Соберись! Фыркнув, отгоняю трепет. — Я знаю, знаю твою историю, все знаю!
— Это к лучшему, — несколько раз кивнула она. — Ведь мне не придется тебе объяснять, почему я больше не могу пойти с вами.
— Что? — не сразу понял, что волчица все еще помнит наш изначальный план по побегу из этого мира. — Брось, Ави, это уже не важно! — при упоминании её имени брови белой изогнулись. — Главное, что теперь мы снова вместе, все очень переживают за тебя. — Дождь постепенно стих, перейдя в легкую морось.
— За меня больше не надо переживать, не надо бояться. — Радостный оскал. — Теперь все встало на свои места и цель прямо передо мной.
— О чем ты? — Мне было так больно, слезы подкатывали к глазам. Как будто я говорю с ней, но через некий барьер, и мой голос тонет в нем.
Беззвучно улетает в пустоту.
— С этого дня я объявляю поход. — Парящее серебро завибрировало, словно вой поддерживающей армии. — Поход против людей, против векового угнетения. И он не закончится, пока последний человек не сдохнет в мучениях.
Морщины прочертили мое лицо: гнев, негодование.
— Хватит! Что ты такое говоришь?! — дернул я рукой. — Мир несправедлив, он испытывает нас, постоянно бьет под дых, но если уступить, если согнуться под этими ударами, будет еще больше крови. — Кукольное дерево затрещало. — И потом не будет ничего! — перешел я на крик. — Будет только выжженная пустыня!
Всего секунду сомнения одолевали волчицу. Но потом она указала на жуткую картину насаженных на колья голов в центре арены.
— Это были мои друзья. — Усмешка. — Она держали, — хмыкнула она, — удар, терпели, верили, надеялись. И вот что получили. — Снова движение когтя. — А это, — обезглавленное тело молодой девушки, — это была Расти, я думала, что люблю её, дарила ей то, чему вы с Алькой меня учили. Тот же итог.
— Послушай... — слова куда-то подевались.
— Прекрасная картина, — перебила Ави, — того, как выглядит твое терпение ударов судьбы. Довольно! — Малая вспышка. — Теперь я управляю ей, теперь я выбираю, как она пойдет.
— Черт, — сжал я зубы. — И что ты выбрала, м? Очередной геноцид? Непрекращающуюся войну?
— Именно я прекращу её.
— А что с остальными! Что будет с твоей семьей и их будущим? Мелони, Аннет, Мур, Рифа? Эти имена для тебя теперь ничего не значат?
— Семья. — Проблеск надежды. Я могу, у меня получится.
Все еще... Айвори все еще здесь, до неё можно достучаться. И только я хотел продолжить эту тяжелую борьбу, как...
— У неё есть настоящая семья.
Тварь! Поганая, скользкая змеюка возникает около плеча Ави. И белая не боится. Твою мать, она даже рада видеть эту мразь!
Беатриси также почувствовала сомнения новорожденной Омеги и решила склонить чашу весов в свою сторону.
— Отойди от неё! — рассвирепел я. — Айвори! Эта дрянь, эта сука не раз пыталась нас убить, она устроила погром в столице, самолично объявила войну для всех и каждого.
— Это правда? — спокойно спросила волчица.
— Частично, милая, — склонила голову розоволосая. — Я всеми силами пыталась воссоединить тебя с братом, и, к сожалению, твоя... — Она задумалась. — Твое приёмное племя случайно оказалось не в том месте и в не то время.
— Что?! — мои клыки и когти заострились. — Это ложь! Наглая ложь!
— Беатриси помогала мне, ничего не прося взамен. Альфа доверяет ей, — кивнула Омега сама себе. — И я доверяю.
Я не мог поверить... Я отказывался верить.
— А что до столицы, — продолжала Ави, — лучше бы вы помогли Беатриси довести дело до конца.
— Нет-нет-нет, — повторял я. Слишком много чувств. — Айвори.
— Он снова называет тебя фальшивым именем. — Змеюка прошла за спиной волчицы, встав за другим плечом. — Разве ты не приняла решение? — Легкая улыбка. — Великие свершения требуют платы.
— Я тебе уже сказал, чтобы ты заткнулась! — сделал несколько шагов вперед. Летающие обломки серебра единым движением наклонились остриями на меня. — Ави?
— Не называй меня так! — зарычала Омега. — Так и думала, что ты не примешь это. — Надежда угасла. — Калахад мертв, больше у тебя нету сил, больше не должно быть ярости, взгляни на мир не Берсерком, но простым волком.
— Откуда ты... — не договорил. Мои брови поднялись.
— Да, — чуть склонила голову белая. — Я убила его, стерла, остальные присягнули на верность общему делу, нам ничто не должно мешать.
Калахад... До последнего он был оплотом разума. Самый дикий, бунтарь на грани безумия. Гордый ты сукин сын.
— И? — плюнул я себе под ноги. — И меня убьешь, если я не согласен?
— Н-нет, я… — чуть растерялась Ави. Мерзкая демонесса, видя каждый проблеск ее прежней, опутывала ей душу черными цепями.
— Он никогда не примет нового порядка, милая, он вечно будет сопротивляться. Вечно строить из себя гордеца, который плывет против течения, но не хочет изменить русло. — Беатриси буквально прижималась к спине Айвори, нашептывала ей на ухо. — Он не твой отец, он вообще тебе никто, твоя настоящая семья надеется на тебя, все волки воют вместе с тобой.
