труда выключил ей звук. Наваждение никуда, к сожалению, не пропало, но могло теперь только беззвучно кривляться. Это выглядело даже по-своему забавно. Для полноты образа ему только костюма мима не хватало.
Эльт уже ожидал меня, как обычно находясь в крайней степени нетерпения:
— Ну как там? Что?
— Будет битва. Подготовьтесь к обороне, капитан.
— А вы?… — Гоа догадался, что командующего здесь не будет.
— Меня ждут дела на башне. Не волнуйтесь, вы очень хорошо поймёте, когда нужно будет переходить в наступление. Главное, не останавливайтесь до тех пор, пока все силы неприятеля не будут разбиты.
Вот у кого-кого, а у Эльта подобный приказ вообще не должен был вызвать каких-либо вопросов. Однако, судя по его растерянному лицу, всё же вызвал, причём вперемешку с какой-то странной обидой.
«Он что, так переживает, что меня не будет на поле боя с ним? Ну дела!»
Мне показалось, что растеряны и солдаты вокруг него, но это уж точно казалось бредом. Быть такого не может, чтобы люди, прошедшие со мной сквозь огонь и медные трубы, сомневались!
— Командующий, у нас нет припасов, скоро ночь, сколько нам ещё здесь стоять? — раздался вдруг голос одного из солдат.
Это очевидно глупый вопрос. В иное время я бы ответил на него всем сразу, но сегодня на это у меня не было ни времени, ни сил. Эти люди должны не хуже меня понимать, что нужно просто ещё немного потерпеть.
— Столько, сколько будет нужно. Помните главное: наградой за перенесённые трудности и невзгоды будут лишь новые трудности и невзгоды. Нужно идти вперед и не останавливаться!
Закончив свою речь, я, вздохнув и собравшись с силами, направился в башню.
Там меня ждали ступеньки. Целый мир ступенек и ничего кроме них. Треклятая башня словно была бесконечной и стремилась измотать, заставить сдаться, отступить. Однако такое препятствие меня лишь раззадорило. На верхушку ненавистного строения я поднялся в предвкушении грядущего триумфа. Моя окончательная победа была близка, осталась сущая мелочь.
Вот и он, окутанный белесым свечением кристалл, который, помнится, назывался Саумом, мерно вращающийся по центру площадки, а рядом — Кейл Ресс, как раз закончивший какие-то манипуляции с ним. Увидев меня, он достал свои парные клинки и кивнул на кристалл:
— Всё кончено. Я завершил Игры.
— О, это мне говорят не в первый раз за сегодня. Отвечу то же, что и остальным: всё только начинается. — Моя сабля тоже уже была наготове, но прежде мне захотелось немного поизголяться в красноречии. — И да, спасибо, окончание Игр мне очень на руку. Надеюсь, это случилось навсегда.
— Вы взаправду собираетесь продолжить сражаться? — удивился Ресс.
— Ну, если мир не собирается единогласно сдаться, приняв моё правление, то тогда почему бы и да!
— Разве вам мало всех ужасов, что вы устроили на этих Играх?! — вспыхнул Кейл с нотками отчаяния.
Мне такое обвинение, да ещё и от него, показалось попросту смехотворным:
— Ой, кто бы меня обвинял, только не вы. Ха! Сколько своих солдат вы, Кейл, подставили? Скольких предали, и ради чего? Кстати, вправду, а ради чего?
— Вы не поймёте, — раздражённо буркнул Ресс.
— Что, в последний момент великий герой Кейл Ресс остановит злодея? — выдвинул свою версию происходящего я. — Таков ваш план?
— Нет. Но в любом случае сегодня для вас всё закончится!
— Да-да, это я уже слышал.
— Игры окончены, помните об этом, — предупредил Ресс. — Схватка сейчас закончится для одного из нас смертью. Лучше отступите.
— Что ещё мне сделать для вас, Кейл? Сплясать канкан? — не скрывая своего презрения к этому человеку, уточнил я. — Не волнуйтесь, не сдамся. Весь этот путь, проделанный мной, был не для того, чтобы отступить в самый последний момент.
— Пожалейте если не себя, так своих солдат, — жалостливо предложил Ресс.
— Оставьте при себе свою жалость, она скоро понадобится. К вам я так же щедр не буду и предлагать пощаду не стану. Вы сегодня умрёте за Миюми и все те неприятности, которые мне доставили. К бою!
Время разговоров подошло к концу, и мы оба подняли оружие. Секунду мы простояли в тишине, а затем я ринулся в атаку.
Сражаться против противника с парными клинками Рейланду было впервой, и тем более мне самому. Однако преимущества и недостатки этого вида оружия стали видны после обмена первыми же ударами.
Кейл Ресс был быстрее. Он мог наносить мне удары с разных сторон, лишая возможности встречать сталь сталью. Зато мой меч был длиннее, что позволяло держать противника на расстоянии, не давая ему реализовывать весь потенциал скорости своего оружия.
Из-за того что мы оба старались соблюдать дистанцию, держась от своего противника на расстоянии, а атаки проводили очень осторожно и потому редко, наша битва больше напоминала драку двух дворовых котов. Только без шипения и вздыбленной шерсти. Бой и я, и Кейл вели молча, сосредоточившись на главном — не умереть первыми.
Мы водили странный хоровод, подгадывая удачный момент, лишь изредка переходя в атаку. Своеобразная стальная гроза: вспышка, звон стали и тишина.
Мне эта битва давалась очень сложно. Всё же не зря парные клинки называли дуальными. К тому же, в отличие от предыдущих схваток, в этой полагаться на мышечную память тела получалось куда как хуже — сказывалось отсутствие опыта. Помогало предателю и окружение. Позади него висел светившийся Саум, который переливами света меня отвлекал.
Кейл Ресс прекрасно видел мою растерянность и потому наглел всё сильнее. Осторожные выпады и короткие наскоки сменились длинными сериями ударов и попытками войти в клинч. Мой противник, потеряв всякую осторожность, стал действовать ещё наглее, усилив напор до максимума. Сталь звенела не переставая, удары сыпались один за другим, словно я сражался не с человеком, а с ожившим кухонным комбайном.
Бой прекращался лишь на короткие промежутки времени, необходимые чтобы отдышаться, и сразу же начинался по новой всё жёстче и жёстче. Моё сознание сузилось до небольшой точки, которая желала лишь одного: убить человека передо мной. Ударить, сильнее, быстрее, ещё сильнее. Кейл Ресс должен был умереть.
Противник открылся, совершив ошибку? Отлично, вперёд, усилить напор, удар, ещё удар! Жаль, что у меня всего две руки.
За моими атаками неизбежно следовали ответные выпады Кейла. Часть достигала своей цели, часть я принимал на свой клинок. На раны мне было наплевать.
Один особенно удачный выпад Ресса едва не стоил мне почки и уж точно оставил рубец на всю жизнь. Такой успех подтолкнул его подойти ещё ближе ко мне и наконец допустить первую значимую ошибку.
Кейл сам не заметил, как открылся, позволяя нанести мне удар. К
