Глядя в проем арки, я обнимала Кистена, не желая отпускать. Слышно было, как Айви мечется в гостиной, пытаясь найти способ деликатно войти к нам. Тепло тела Кистена успокаивало, и у меня дыхание перехватило при мысли о том, как вошли бы в меня его зубы. Я теперь знала точно, как это будет чудесно. И что я буду по этому поводу делать?
Кистен поднял голову на миг раньше, чем зазвенел по всей церкви дверной колокол.
— Я открою! — крикнула Айви, и мы с Кистеном отодвинулись друг от друга еще до того, как мягко прошуршали по коридору ее ботинки. Включился свет, я услышала начало тихого разговора. Надо было нарезать грибы, я пошла мыть руки, и Кистен тоже. Мы потолкались боками у раковины, отвоевывая себе место, и у меня от этих толчков настроение стало получше.
— Их надо нарезать наискось, — посоветовал он, когда я потянулась за разделочной доской. Сам он уже сунул руки в пакет с мукой, потом хлопнул ими над мойкой, достал из-под полотняной тряпки ком поднявшегося теста и шлепнул его на стол.
А разница? — Все еще мрачноватая, я отодвинулась со своим барахлом на другую сторону стола, чтобы видеть Кистена. — Дэвид? — спросила я громко, съедая первый отрезанный ломтик.
Наверное, это он и был, раз я приглашала его прийти. Кистен что-то тихо хмыкнул, и я улыбнулась. Отлично он выглядел. Слегка измазанная мукой рубашка придала ему домашний вид, заказанные рукава открыли загорелые руки. Я смотрела, как он осторожно месит тесто и поглядывает при этом на меня, и чувствовала, что возвращаются прежние риск и азарт, восхитительная опасность вопроса «что если?». Он сказал Айви, что не будет уходить от меня, и я на опасной почве. Снова.
Боже мой, подумала я с отвращением. Можно ли быть большей дурой? До чего же у меня жизнь запутана, а я тут стою и грибы нарезаю, будто все совершенно нормально? Впрочем, по сравнению с прошлой неделей — нормально, да.
Я отвлеклась от этих мыслей, когда вошел Дэвид, а следом Айви — его некрупное тело казалось коренастым на фоне ее текучей грации.
— Привет, Дэвид! — поздоровалась я, стараясь прочистить мысли. — Полнолуние сегодня.
Он молча кивнул, глядя, как Кистей сноровисто раскатывает тесто.
Остаться не смогу, — сказал он, поняв, что мы готовим обед. — У меня несколько деловые встреч, но ты говорила, что я нужен срочно? — Он улыбнулся Кистену: — Привет, Кистен! Как жизнь?
Лучше всех. — Кистей приподнял брови, увидев на Дэвиде дорогой костюм.
Вервольф был на работе и выглядел соответственно, несмотря на густую щетину, ставшую заметнее в полнолуние.
— Это ненадолго, — сказала я. — У меня тут есть одна штучка, хочу, чтобы ты на нее взглянул. В отпуске купила, интересует твое мнение.
Глаза у него смотрели рассеянно, но он расстегнул длинный кожаный плащ.
Прямо сейчас?
Полнолуние, — ответила я загадочно, сгружая нарезанные грибы в маленькую кастрюльку для зелий и подавляя легкое беспокойство насчет нарушения правила номер два о смешивании пищи и колдовства, но кастрюлька была как раз идеальна для начинки. Айви тихо подошла к холодильнику, стала доставать сыр, прожаренный гамбургер и бекон, оставшиеся от завтрака. Я попыталась поймать ее взгляд, показать, что все нормально, но она избегала на меня смотреть.
Я со злостью всадила нож в доску, сперва аккуратно убрав из-под него пальцы. Дурочка вампирская, собственных чувств боится.
Кистен вздохнул, не отводя глаз от раскатанного круга теста, который он профессионально подбросил в воздух.
Когда-нибудь займусь вами обеими как следует.
На групповуху не пойду, — заявила я ехидно.
Дэвид вздрогнул, но у Кистена глаза стали задумчивые и сальные — хотя в этот момент он ловил тесто.
— Я не об этом говорил, но мысль интересная.
Айви покраснела, Дэвид застыл, сняв пыльник наполовину.
— Э-гм, — сказал вервольф, — может быть, сейчас не совсем удачный момент?
Я натянула на морду улыбку.
Да нет, у нас каждый день так. Мы уже привыкли.
Дэвид снял плащ, но лицо у него было хмурое.
А я вот нет, — сказал он будто про себя.
Я подошла к мойке и потянулась к окну, думая, что Дэвид все-таки несколько чопорен.
— Дженкс! — крикнула я в сумеречный сад, освещенный мелькающими точками пиксенят, гоняющих ночных бабочек. Было красиво, и я даже забылась несколько, глядя на опадающие ленты разноцветной пыльцы.
Треск крыльев — и я успела отодвинуться, когда Дженкс влетел в дыру в сетке.
— Дэвид! — крикнул он, весь такой красивый в рабочих садовых одеждах зеленого и черного цвета. Повиснув на уровне глаз, он наполнил кухню запахом сырой земли. — Тинкины красные башмачки, как здорово, что ты здесь! — Он приподнялся на два фута, когда в дверях появилась Рекс, с огромными глазами и прижатыми ушками. — Маталина мне совсем плешь проела. Забери из моего дома эту штуку, детишки ее все время трогают. Заставляют шевелиться.
Я почувствовала, что бледнею.
— Она шевелится?
Айви и Кистен тревожно переглянулись, и Дэвид вздохнул, сунув руки в карманы, будто хотел отстраниться оттого, что сейчас будет. Он ненамного меня старше, но сейчас выглядел как единственный взрослый в полной комнате подростков.
— В чем дело, Рэйчел? — спросил он усталым голосом.
Внезапно занервничав, я решила было ему сказать, потом передумала.
— Ты не мог бы, — спросила я, поеживаясь, — не мог бы просто на нее посмотреть?
Дженкс приземлился на подоконник и небрежно прислонился к раме. Был он похож на Брэда Питта в роли сексуального фермера, и я улыбнулась. Две недели назад он бы встал, упираясь руками в бока. Так ему лучше, и это могло объяснить блаженное состояние, в котором пребывает последнее время Маталина.
— Скажу мальчишкам, чтобы сюда принесли, — сказал Дженкс, отбрасывая волосы с глаз. — Там у нас и носилки найдутся. Смотри только, Дэвид, не офонарей сразу.
Он метнулся обратно в окно, и пока Дэвид смотрел на часы и переминался с ноги на ногу, я открыла окно полностью, сражаясь с разбухшей от дождя рамой. Сетка вывалилась наружу, и вдруг воздух показался намного свежее.
— Это никак не связано с тем вервольфом, что дежурит в конце квартала? — сухо спросил Дэвид.
Опа. Я повернулась, глядя прежде всего на Айви, сидящую у ее компьютера. Я не говорила ей, что Бретт меня преследует, зная, что она тут же взбесится. Будто я как-нибудь не разберусь с одним-единственным вервольфом, который еще и меня боится. Конечно, она сидела и хмурилась.
— Ты его видел? — спросила я, поворачиваясь к Айви спиной и подвигая кастрюльку к Кистену.
Дэвид переступил с ноги на ногу, посмотрел на Кистена, который равнодушно размазывал соус по тесту.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
