Этого не может быть! Ты не моя мама! Ты… Ты мой, — она замерла. — Ты мой создатель. А я… я часть тебя… — плечи девушки поникли. — Сколько я живу на самом деле? Сколько мне лет⁈
Шена улыбнулась.
— Через пару дней будет годик.
— А мои воспо…
— Написаны мной, Араши. Только не надо плакать, я прошу тебя.
— Я не плачу, — кролик шмыгнула носом. — Просто не каждый день узнаю, что вся моя жизнь подделка.
— Не все. Вовсе нет. Твои воспоминания в академии самые настоящие. Все, что ты с таким жаром хотела мне рассказать, это все настоящее. Самое реальное, а потому не надо на меня дуться. Если бы у меня не было необходимости, то я вообще тебя не создала. Однако, к сожалению для тебя, как впрочем и для меня, эта необходимость есть.
Араши взглянула на богиню исподлобья
— И что это за предназначение?
— О, это самая интересная часть! — по комнате разлился заливистый смех. — Тебе нужно поучаствовать в одном спектакле. И ты должна понять, как много зависит от твоих действий.
Рассказ Шены уложился буквально в десять минут, но кролику от этого было не легче.
— А что если я не хочу?
Богиня пожала плечами.
— Тогда я зря потратила на тебя прану. Но ты захочешь. А если каким-то образом не захочешь, то я тебя заставлю.
— Но может… может есть другой выход?
— Араши, солнышко, — Шена положила ладони на щеки кролика. — Ты была создана для одного единственного спектакля. Самого важного в твоей жизни. Я сделала тебя именно такой, какой ты и должна быть. Никто кроме тебя, понимаешь? Возьми я кого-нибудь ближе тебя и он завянет, чуть менее знакомого и это не сработает. Это должна быть ты. Поэтому подбери сопли и хватит плакать.
— Я НЕ ПЛАЧУ! — девочка отвернулась и принялась тереть мокрые от слез глаза.
— Ну вот и хорошо. — Шена хлопнула в ладоши. — До турнира осталось несколько дней… Отдохни, расслабься. Получай удовольствие в конце концов! Ты ж часть меня и тебя должно это радовать!
— Да уж… обосраться просто… Безудержное веселье…
Через мгновение богиня исчезла, оставив кролика наедине со своими мыслями.
* * *
Два дня до турнира.
Плюс одна грустная мордаха на разводе. И главное чья! Араши! Этого жизнерадостного обрубка!
— Что с вами не так обеими?
— Пошел нахер.
— Абши. — я проигнорировал выпад Идель, которая в последнее время груженная ходит из-за Риты. Ну, тут хотя бы все понятно.
— Ась?
— Карась!
— Хе-хе… — Маре понравилось.
— Ты не знаешь, что с кроликом?
— Прекрати разговаривать так, словно меня тут нет!
— Тогда хватит себя так вести!
— Как хочу так и веду! У меня может горе случилось, не думал об этом?
— Так поделись со мной, в чем проблема? Я ж твой этот… чумба, хех.
— Да какой… — Араши совсем поникла.
— Давай поменяемся, — я сдвинул Идель на свое место, а сам присел рядом с кроликом и положил ей руку на плечи. — Ты чего приуныла? А?
— Ничего не приуныла. — коротышка аж носом шмыгнула.
Нифига себе.
— Ништяк, блин. У меня складывается впечатление, что по академии гуляет какой-то вирус кислой морды. Где заразилась, признавайся? С Ритой поздоровалась и руки не помыла?
Мне прилетел подзатыльник от Идель. Неприятно, но зато у кролика губы в нужном направлении дернулись и даже вроде улыбка появилась…
— Во-во-во! Не отпускай ее! Заводи пока не заглохла.
— Да ну тебя! — кроль смущенно улыбнулась.
— Ну вот! Так держать, курсант Спринг! Выше нос и уши по ветру.
Араши вроде растормошил, однако, после обеда, коротышка снова провалилась в тяжкие думы. Риту нигде не видно, Идель пускает слюни и только близняшки радуются жизни и снегу. Эти вообще никогда не унывают.
Конец света? Похер! Давайте слепим снеговика!
В общем, они то меня и натолкнули на замечательную идею.
— Слушайте, а может закатим сегодня вечеринку? А то неровен час, сам хандрить начну.
Абши резко перестала кувыркаться и буквально выросла из земли рядом со мной.
— Мы са любой кипишь, кроме голодофки. Голодофка нам категорически не нрафитса.
— Отлично, а вы двое?
Идель выпятила губу и пожала плечами. Княжна мила улыбнулась. Араши попыталась улыбнуться, но вышло не очень. Блин, ее как будто камнем придавили.
— Араши, для тебя явка обязательна. Без тебя вообще смысла начинать нет. Близняшки когда выпьют, у них у половины слов перевод теряется, а вторую половину я хреново понимаю, потому что сам под градусом. Короче, без тебя никак.
— Хех, да-а… Без меня никак. К сожалению.
— Эй! Ну что за похоронное настроение?
После моих слов, коротышка совсем взбледнула, а я мысленно поставил себе галочку про похороны больше не говорить. Надо будет еще Риту как-нибудь пригласить. Она конечно та еще язва, но видеть ее в таком состоянии мне как-то… больно что ли…
В общем, вечером мы все же собрались. И я бы не стал рассказывать про обычную пьянку, если бы не два знаменательных события, но обо всем по порядку.
Все началось как обычно. Близняшки раскочегарили кальян, достали несколько бутылок виски и колы. На огромной кровати, что занимала половину комнаты, появились подносы с ништяками в виде сладостей и фруктов.
В какой-то момент, мне показалось, что в уголке сидит Фу Хуа и смущенно хлопает глазами… Ее мне тоже в последнее время не хватает.
— Дже-е-ек, а, Дже-е-ек. — ко мне вплотную подсела захмелевшая Княжна. Лицо хитрющее, в глазах бесы пляшут.
— Что-о? — поддержал я ее игру таким же придурковатым голосом.
Заноза поставила свой бокал на поднос, подтянулась и придвинулась еще ближе, а затем чмокнула меня в шею.
— Хех, щекотно.
— Да? А так? — на этот раз она легонько прикусила кожу зубками. — Так бы… Так бы и съела тебя.
— Эй! Фы чего там делаете? Потом бутете миловатса, а сейчас федите себя прилично! — возмутилась Абши.
— Княжна не умеет пить. — хохотнула Араши.
— Все я умею! Я… Ик!.. Я всемогущая! То есть… всеумеющая! — хонкайчик показала бицуху, а потом поочередно моргнула глазами. Сначала левым, потом правым.
— Так, этому столику больше не наливать. — я покосился на Княжну, которая сейчас покачивалась из стороны в сторону.
— А и ненадо мне ничего наливать! Ик!.. Я сама себе на… на-а-а… налью. — с этими словами, хонкай взяла бутылку вискаря и просто присосалась к горлышку.
— Э-э! Эй! ЭЙ! Сдурела⁈ –хотел выдернуть стеклотару из ее рук, но хрен там, не отдает. Обхватила всеми четырьмя и сидит рычит.
— Мое-е-е… хе-хе и ты тоже мо-ой, хе-хе.
Ко мне на плечо улеглась улыбающаяся мордаха.
— Джек, а, Джек.
— Что?
— Я зна-а-аю о чем ты думаеш-ш-шь.
Блин, вот ее сильно развезло.
— О чем?
— Ты думаешь, что тебя все б-бросают. Ик!..
— Никто меня не бросает. С чего ты вообще взяла?
— Ну как… Жены твои где-то… летают. Фу Хуа тоже… где-то летает…. А я вот тут… сижу. И ни-и-и-и-икуда улетать не собираюсь. Хе-хе, я хорошая. Я стараюсь.
Ох, Остапа понесло.
Я легонько потрепал Княжну по голове, отчего она зажмурилась и расплылась в довольной улыбке. Похоже, что сегодня Идель решила полностью отстранится и отдать бразды правления тушкой хонкаю.
В общем, так мы просидели еще около часа, пока обстановка окончательно не разрядилась. Даже пасмурная Араши значительно повеселела… И тоже, сука, обзавелась синдромом улыбки Фу Хуа.
Что за херня происходит⁈
— Араши, драть тебя за уши. Что случилось⁈
— У меня? — кролик откинулся на подушку. — У меня вообще все шикарно! Я просто недавно поняла в чем смысл жизни!
— И ф чем тфои смысл шизни?
— Мои смысл… — коротышка икнула, помолчали, а затем продолжила. — Мой смысл в том… А-а… А, хе-хе, хитрые какие! Ничего я вам, хе-хе, не скажу. Незя-я-я. Незя никому ничего говорить о смысле жизни! — она подняла указательный палец к потолку. — Первое правило смысла жизни — никому не говорить о смысле жизни!
— Какоф брет! Араши, ты пьяна!
— Я не пьяна! Мне так м… ма… создатель сказал!
— О-о, все! Кто-нибудь отберите у кролика бутылку.
— Не дам! Я тоже рычать умею, ик! Как Княжна, вот! — и зубы показала. Маленькие, хе-хе.
— Что-то нас не туда потянуло. — очнулась Княжна.
— Не снаю… Меня никто никуда не тянет. — Абши приобняла свою сестру и кажется начала засыпать.
— Что-то тухлая вечеринка выходит. Надо ее разбавить. — хонкай поднялась и пошла на выход из комнаты.
— Ты куда?
— Щас вернусь. Никуда не уходите.
Я, если честно, немного забеспокоился по поводу того, чем она решила разбавлять нашу тухлую вечеринку, однако, ничего страшного не случилось.
Через пять минут Княжна вновь
