и он заверил ее, что так и поступит, не только во Франции, но и в Англии, когда завоюет для нее королевство. Наконец, после долгих уговоров, королева простила Уорика.
Затем Людовик ввел в покои графа Оксфорда, который был встречен куда теплее. Маргарита даровала прощение и ему, говоря, что вина его не столь тяжка, ибо ей известно, что он и его друзья сильно пострадали от раздоров, ознаменовавших царствование короля Генриха.
В течение следующих трех дней Людовик, Маргарита и Уорик деятельно обсуждали условия своего союза. После долгих переговоров королева наконец согласилась на брак принца Эдварда и Анны Невилл, хотя подчеркнула, что не позволит им обвенчаться, пока Уорик не докажет свою верность, выступив против короля Эдуарда на поле брани, и что брак их не должно осуществлять телесно, пока большая часть Англии не будет завоевана для Ланкастеров. Посему принцу надлежит оставаться во Франции, пока граф будет сражаться в Англии.
Людовик со своей стороны пообещал предоставить деньги, солдат и флот. Все участники альянса осознавали, что Генрих VI никогда не исцелится и не укрепится рассудком настолько, чтобы снова править Англией, поэтому Маргарита согласилась с тем, чтобы, «вновь завоевав ко всеобщей радости Англию», Уорик был назначен регентом и правителем королевства. Если Генрих умрет до того, как принц достигнет совершеннолетия, Уорик сделается его опекуном. А если принц умрет, не оставив наследников, «то королевство навеки перейдет Кларенсу и его наследникам».
Кроме того, участники союза сошлись на том, что Эксетер, Сомерсет и «все рыцари, сквайры и прочие, подвергшиеся изгнанию и бесчестию ради короля Генриха, должны вернуться в Англию и получить назад свое достояние». Наконец, предполагалось, что Англия присоединится к Франции в наступательном альянсе против Бургундии.
Согласие между Уориком и Маргаритой Анжуйской удивило наблюдателей в Европе. Коммин замечал, что до сих пор Маргарита проклинала Уорика как человека, который сделал все, чтобы низложить и заточить в темницу Генриха VI, а теперь женит своего единственного сына на «дочери своего злейшего врага!».
25 июля 1470 года принц Эдвард был обручен с Анной Невилл в Анжерском соборе. «Сегодня, – проговорил король Людовик, – мы сочетали браком королеву Англии с графом Уориком». Обряд совершился в присутствии короля Франции, короля Рене, королевы Маргариты, герцогини Кларенс и графа и графини Уорик.
До нас не дошло никаких сведений о том, какие чувства испытывали друг к другу помолвленные. Хронист Джон Роуз описывает Анну Невилл как «пригожую, любезную и прекрасную собой, добродетельную и премилостивую», но это всего-навсего обыкновенные придворные комплименты, которых можно ожидать от приближенного, весьма почитающего ее семейство. Королевой Маргаритой Анну, несомненно, пугали в детстве, а сейчас ее заставляли оказывать глубокое уважение этой грозной аристократке, которой предстояло в будущем стать ее свекровью и которая совершенно недвусмысленно дала ей понять, что она не желает такой невестки и согласилась на этот брак только потому, что видела в нем средство вернуть на английский трон династию Ланкастеров. Да и шестнадцатилетний принц не был самым привлекательным женихом, ведь он уже снискал печальную славу своей жаждой войны и насилия и глубоко проникся материнской злопамятностью и ее желанием во что бы то ни стало отомстить врагам.
Пока они еще не могли пожениться, поскольку состояли в отдаленном родстве, будучи соответственно правнуком и правнучкой Джона Гонта, и перед папой ходатайствовали о разрешении на брак. Жизненно важно было убедить папу в срочности и настоятельной необходимости их свадьбы, но, чтобы ускорить его решение, требовались деньги. Поэтому Людовик занял у одного купца из Тура определенную сумму, чтобы заплатить кому нужно взятки, а потом отправил своих посланников в Ватикан. После обряда обручения Анна была передана под опеку королевы Маргариты.
Кларенс тем временем отказался присутствовать на обручении и, рассерженный и мрачный, отсиживался в Нормандии. Он намеревался сам взойти на трон, свергнув Эдуарда IV, но Уорик без колебаний отрекся от него и теперь стал поддерживать и защищать притязания Ланкастеров. Все, что он мог предложить Кларенсу, это неопределенное обещание, что он унаследует трон, если у принца Эдварда и Анны Невилл не будет детей. И ради этого Кларенс предал брата, оклеветал мать и рисковал своим состоянием и самой жизнью.
Маргарита выполнила свою часть сделки, и теперь должен был сдержать слово Уорик. 30 июля в Анжерском соборе граф на частице Истинного Креста принес клятву верности королю Генриху, королеве Маргарите и принцу Эдварду и дал обет бороться за право дома Ланкастеров на английский престол. Маргарита, в свою очередь, поклялась обращаться с графом как с верным и покорным ей подданным и никогда не упрекать его за прежние деяния.
Все стороны согласились, что экспедиционный корпус возглавят Уорик и Джаспер Тюдор, недавно прибывший во Францию, и что Маргарита и ее сын последуют за ними в Англию, когда там минует опасность. Уорик с оккупационным флотом высадится на юго-восточном побережье Англии, а Джаспер поведет войско на Уэльс, где может рассчитывать на поддержку многих валлийцев, сохранивших верность Ланкастерам. Уорик уже послал весть о своем появлении своей свите в Йоркшире, и его приближенные уже вооружались, а королева Маргарита написала своим сторонникам в Англии, веля приготовиться к восстанию, как только Уорик вторгнется в королевство.
31-го числа Маргарита, принц и Анна Невилл переехали из Анжера в Амбуаз, а через день или чуть позже Уорик отправился на побережье готовиться к походу. Королева Маргарита вскоре присоединилась к нему в нормандском Арфлёре, чтобы помочь рекрутировать солдат. Его вторжения уже ожидали в Англии, судя по письмам Пастонов, в которых 5 августа отмечаются следующие слухи: «Простолюдины опасаются, что Кларенс и Уорик со дня на день попытаются высадиться на английских берегах».
Кларенс пока стерпел оскорбления и присоединился к Уорику, и вместе они составили манифест, обращенный к «почтенному, благочестивому и благоразумному народу Англии», переправили его через Ла-Манш и вывесили в различных городах и весях на церковных дверях, и на Лондонском мосту, и на всевозможных зданиях в Чипсайде. В манифесте весьма резко говорилось о дурном правлении Эдуарда IV и угнетении народа и несправедливости, которые стали его результатом, а в заключение Уорик обещал, что «навсегда избавит королевство от порабощения любыми чужеземцами и сделает его свободным и суверенным, как и прежде».
Кларенс особенно заботился о том, чтобы этот и другие пропагандистские материалы выставили на всеобщее обозрение в Лондоне, а также ездил в Кале, чтобы собрать и сплотить местный гарнизон. По словам Коммина, пока он пребывал там, в Кале появилась загадочная «немногословная» англичанка, сказавшая лорду Уэнлоку, что она подруга герцогини Изабеллы и
