Флинн находился среди раненых вместе с Эдли, Морром и Хопвилом. Наришма мог Исцелять разве что мелкие порезы, так же как и Ранд, а Дашива не был способен даже на это. Гедвин и Рочайд, держа коней в поводу, разговаривали друг с другом в стороне от прочих, на вершине высившегося посреди долины холма. Того холма, у которого воины Ранда рассчитывали застать Шончан врасплох, выскочив из открывшихся вокруг проходов. Погибло пятьдесят человек, и число погибших еще вырастет за счет тяжелораненых. Но не окажись под рукой Флинна и остальных, хоть в какой-то мере способных к Исцелению, армия недосчиталась бы по меньшей мере двух сотен. Гедвин с Рочайдом не хотели пачкать руки и к раненым подходили лишь по приказу Ранда, да и то с недовольным видом. Среди павших оказался и один солдат в черном. Другой солдат, круглолицый кайриэнец, сидел возле костра с совершенно ошарашенным видом: его подбросило в воздух, когда под ногами взорвалась земля. Хотелось верить, что дело только в этом.
Внизу, на изрытой бороздами равнине, Айлил совещалась со своим Капитаном Копий, низкорослым бледным человеком по имени Денхарад. Сблизив коней почти вплотную, они то и дело посматривали на гору, в сторону Ранда. Интересно, что у них на уме?
– В следующий раз у нас получится лучше, – пробормотал Башир, обводя взглядом долину и покачивая головой. – Хуже нет ошибки, чем повторять старую, а такого мы не допустим.
Вейрамон подхватил мысль салдэйца и принялся твердить то же самое, только используя раз в двадцать более цветистых, как весенний сад, слов. При этом становилось очевидным, что сам он никаких ошибок не совершал – как, разумеется, не совершал их и Лорд Дракон.
Ранд молча кивнул. В следующий раз у них должно получиться лучше, другого просто не остается, если он не хочет положить в горах половину своей армии. Но сейчас его заботило другое: как поступить с пленниками.
Большая часть вражеских воинов, уцелевших после удара войска Ранда, скрылась за деревьями, устоявшими на склоне. По утверждению Башира, неприятель отступил в отменном – на удивление – порядке, но спасшиеся едва ли сейчас представляют собой угрозу. Если только у них нет дамани. Примерно сотня пленных, обезоруженных и лишенных доспехов, сидела на земле под бдительной охраной двух дюжин конных Спутников и Защитников. В основном это были тарабонцы, причем сражались они вовсе не как покоренный народ, который гонят в бой завоеватели. Многие и сейчас держались вызывающе и насмехались над своими пленителями. Гедвин предлагал прикончить всех до единого, подвергнув предварительно допросу с пристрастием. Вейрамону не было дела до того, перережут ли пленным глотки, но пытки он считал пустой тратой времени. На том основании, что раз в плен не попало ни одного лорда, никто из пленных просто не может знать чего-либо, заслуживающего внимания.
Ранд бросил взгляд на Башира. Вейрамон продолжал пышно витийствовать.
– ...мы очистим эти горы во славу милорда Дракона! Мы втопчем их в грязь копытами и...
Анайелла кивала, казалось бы, одобрительно, но с угрюмым лицом.
И тут все осложнилось с появлением одного из патрулей Башира.
Шестеро верховых древками копий гнали перед собой вниз по склону пленницу: темноволосую женщину в рваном темно-голубом платье с капюшоном, с красными вставками на груди и с раздвоенными молниями по подолу. По грязному лицу размазались слезы. Она спотыкалась и чуть ли не падала, хотя подгоняли ее больше для виду. И ухитрялась при этом смотреть на пленителей с презрением, один раз даже сплюнула. И на Ранда воззрилась столь же высокомерно.
– Что вы с ней сделали? – Вопрос сорвался с уст Ранда прежде, чем тот успел понять, как нелепо звучат его слова после всего случившегося. Ведь речь шла о смертельно опасном враге. О сул’дам.
– Пальцем не тронули, милорд Дракон, – отозвался грубоватый с виду командир патруля. – Такой ее и нашли. – Он почесал длинную черную бороду, покосившись на Башира. – Знай твердит одно, будто мы убили ее Жилль. Вроде кошку, или там собачонку, это мне невдомек. Саму-то ее звать Нерит, а больше из нее и слова не вытянуть.
Женщина повернулась и сердито посмотрела на патрульного.
Ранд вздохнул: какая уж тут собачонка. Вовсе нет. Теперь к звучавшему в его голове скорбному списку добавилось новое имя: Жилль, дамани. Льюс Тэрин тут же принялся стенать по своей Илиене, чье имя тоже значилось в том списке – Ранд решил, что ему там самое место.
– Это шончанская Айз Седай? – неожиданно полюбопытствовала Анайелла, свесившись с седла и внимательно присматриваясь к Нерит, которая, яростно сверкнув глазами, плюнула и в ее сторону.
Ранд растолковал, что знал, насчет сул’дам, которые сами не направляют Силу, а лишь управляют способными касаться Источника женщинами с помощью тер’ангриала, состоящего из браслета, поводка и ошейника. К превеликому удивлению Ранда изящная, жеманная Благородная Леди неожиданно предложила:
– Если милорда Дракона почему-то что-то смущает, то я готова ради него повесить ее.
Нерит снова сплюнула, с нескрываемым презрением. Храбрости ей было не занимать.
– Нет! – прорычал Ранд. На что только не идут люди, лишь бы снискать его благорасположение. А может, Анайелла, невзирая на внешность и манеры, по воззрениям не слишком-то отличалась от своего Предводителя Конницы? Ранд помнил этого коренастого, лысеющего малого, выходца из простонародья, что большая редкость для тайренского офицера. Хотя – уж в этом-то он не сомневался – когда дело касается мужчин, женщины способны выказывать самые странные вкусы.
– Как только будем готовы к маршу, всех пленных отпустить, – приказал Ранд Баширу. И речи не могло быть о том, чтобы тащить их с собой. А сотня пусть безоружных, но враждебно настроенных людей в обозе – сейчас сотня, а скоро к ним могут прибавиться и другие, – сулила неприятности. Зачем рисковать понапрасну? Пусть тарабонцы идут куда вздумается, хоть бы и к Шончан – ни они, ни даже успевшие ускользнуть всадники не успеют предупредить своих. Благодаря Перемещению его армия передвигается гораздо быстрее.
Башир слегка пожал плечами. Возможно, он думал то же самое, но никогда не сбрасывал со счетов неожиданности. Как показывает опыт, странные события случаются и тогда, когда поблизости нет та’верена.
Вейрамон с Анайеллой почти одновременно открыли рты, явно вознамерившись возразить, но Ранд продолжил:
– Я сказал отпустить, и дело с концом! Всех, кроме женщины. Ее мы заберем с собой, как и других, которых удастся захватить.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
