На этом месте герцог не выдержал и заплакал. Да что там! Потрясенный его рассказом Слепец сам едва не зарыдал, представив, что после смерти его кожу напялит на себя какая-нибудь толстая свинья, вставшая на задние ноги. Он явственно представил, как она ходит взад и вперед, довольно хрюкает и разглаживает копытцем складки…
– Так значит, теперь в руках тирана все Правобережье? - сдавленным голосом спросил Слепец, поворачивая голову, чтобы разглядеть всех присутствующих. На глазах олгмонцев стояли слезы, даже Морин судорожно сглотнул и скривился от страха перед услышанным.
– Почти. Негодяй, по слухам, не проник еще в самые северные владения Олгмона - но это только потому, что его самого здесь нет. Он ведет наступление на великий Скалгер. Сведений оттуда давно не поступало, может быть, и эта твердыня пала, а колдун пирует на ее развалинах? Здесь же, в Олгмоне, остался накриец по имени Кутлах. Он сам укрепился в крепости Габри, а на завоевание нашей столицы, Доллония, послал своего помощника. Однако, сын короля Мажиона с тысячей воинов, а вместе с ними горожане и крестьяне из ближайших деревень отбили штурм. Потом они даже смогли оттеснить противника за реку Ауц. Тут командир южан испугался и отошел назад, до Сэнгера в Хагмоне. Пока Кутлах узнал об этом, прошел почти что месяц; леса и дороги завалило снегом, а реки схватились тонким ледком, слишком хрупким, чтобы их преодолевать. Ему пришлось ждать сильных морозов, чтобы снова двинуться на завоевание Олгмона… Не знаю, взят ли Доллоний? Мы не получали вестей оттуда. Я посылал к нему нескольких людей, но ни один из них не вернулся.
Рассказ герцога на этом был закончен. Опустив плечи и склонив голову, он сгорбился на стуле, как намокшая под дождем птица, что неприкаянно сидит на заборе. Несчастный юноша! Ему пришлось взвалить на себя непосильную ношу. Не окажись вчера рядом Слепца, Паджен лежал бы уже в могиле, вместе с большей частью своих подданных.
– Так значит то войско, что погибло почти целиком на просеке, не было человеческим? - спросил Слепец первым делом.
– Да, - ответил герцог. - Ни одного солдата из людей, только несколько полководцев. Но они, насколько я знаю, уцелели и сбежали. Ненадолго… Скоро Кутлах вернется сюда, и приведет с собой вдвое большее войско!
– Плохо, - пробормотал Слепец. - Все кругом очень плохо. Вдвойне плохо оттого, что я знаю предводителя захватчиков, этого колдуна. Его имя - Клозерг.
– Да, - подтвердил Паджен, ненадолго подняв голову. В его глазах мелькнуло подозрение.
– Это очень могучий человек. В его злые руки попали силы, с которыми невероятно трудно будет справиться - если вообще возможно. Вы видели капли, падающие с неба и прожигающие в земле огромные дыры? Земля тряслась под вашими ногами? Все это - результат его безумия. Он силен настолько, что в конце концов способен разрушить весь мир!!
Малестармеголт ткнул Слепца в бок рукой, довольно ощутимо. Гневно глядя на него, он что-то невнятно мычал, воздевал брови и вскидывал подбородок кверху.
– Он, очевидно, желает узнать, откуда тебе столько известно о Клозерге? - спросил герцог. Подозрение с новой силой вспыхнуло в его усталых глазах, плечи развернулись, а голос окреп. Сейчас Паджен почти не заикался. - Особенно, если вспомнить, что обо всем остальном ты не знаешь ничегошеньки?
– Все просто. Клозерг - мой брат, - твердо ответил Слепец, глядя герцогу прямо в глаза. Раздался глухой вопль - Малестармеголт вскочил со стула и схватил Слепца за грудки, чтобы как следует стукнуть о стол и выместить на нем всю злобу, которую изуродованный юноша затаил на Клозерга. Однако, несколько сильных рук ухватили разбушевавшегося телохранителя за локти, талию и плечи и оттащили прочь.
Слепец, опершись на столешницу и согнувшись над ней спиной, нахмурился. Морг, Гевел и Кантор втроем пытались совладать с беснующимся Малестармеголтом, а рядом в нерешительности застыли два герцогских солдата. Советник Банмендер раскрыл было рот, чтобы отдать им команду, но герцог снова опередил его.
– Малес! - громко позвал он. - Держи себя в руках. Этот человек, если он действительно тот, кто заслуживает нашего гнева, никуда не денется. Давай выслушаем его до конца, мне кажется, у него еще есть что сказать…
– Очень мудро, Ваша Светлость, - похвалил Слепец, одергивая смятую куртку. Он впервые назвал герцога титулом, а не окликнул насмешливо, как мальчишку. Кажется, это произвело впечатление не только на самого Паджена, но и на остальных. Телохранитель перестал вырываться, и воины с того берега Реки немедленно отпустили его. Малес одарил каждого злым взглядом и пружинистым шагом зашел за высокую спинку герцогского стула.
– Итак, - продолжил, как ни в чем ни бывало, Слепец. - Клозерг мой брат. Да, но это не делает меня его союзником, или даже нейтральной стороной в этой войне. Дело в том, что он безумен, как я уже сказал. А еще в том, что некоторое время назад он силой и обманом лишил меня трона, изуродовал и бросил умирать на берегу Реки. Не буду рассказывать, каким чудом я остался в живых - это слишком долгая история, да и поверить в него вам будет очень трудно… В конце концов я оказался во дворце главного волшебника на той стороне Реки, а он помог мне вернуться и снабдил оружием, с помощью которого я могу попытаться победить своего брата. Клозерг обладает могучим амулетом - Талисманом Огня. Пламя стало послушно ему, оно - как игрушка в его руках. У меня же есть Талисман Воды, полная противоположность Огня, его непримиримый враг. Именно это магическое оружие помогло мне уничтожить там, на просеке, вражескую армию. Оно должно помочь и в борьбе с главным противником.
Слепец оглядел слушателей. Олгмонцы устремили на него странные взгляды, в которых перемешались недоверие, надежда, подозрение и отчаяние. Люди, загнанные в смертельную ловушку, боялись во что-либо верить - и хотели верить. Слепец оторвал пуговицу нижней льняной рубахи и вытащил из-за пазухи Талисман. Словно нарочно, позволяя всем вокруг как следует рассмотреть себя, амулет засиял в слабом свете факелов разными цветами, словно огромный бриллиант.
– Вот это - наша надежда, наше оружие! - воодушевлено воскликнул Слепец. - Однако, для того, чтобы победить Клозерга, я должен подобраться к нему поближе. Для этого придется преодолеть земли, на которых хозяйничают его многочисленные армии. Поэтому сначала я поеду в Доллоний, чтобы уговорить сына короля выйти походом на юг… Если, конечно, Доллоний еще держится. У вас я хотел бы попросить свежих лошадей, немного провизии и хорошего проводника.
– Я поеду с тобой! - неожиданно сказал герцог. Остальные олгмонцы остолбенело на него уставились.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
