- Заткнись ты уже! - не выдержала я, наконец.
- Какие эмоции. Ты что, меня боишься? Эй, Бурундучок, ты же мне доверяешь? - мягким голосом профессиональной лисы спросил он меня.
- Доверяю. - Отозвалась я деланно мрачно, потому что видела, как половина автобуса наслаждается речами парня. Нажимать на кнопку, регулирующую звук связи, я уже устала.
- Тогда, - Сморчок на секунду замолчал, а потом продолжил еще более очаровательным и манящим голосом, - после того, как ты закроешь сессию, и я приеду с моря, съездим в одно хорошее местечко в горах? Снег и цветы - это потрясено, ты увидишь это и согласишься. А я постараюсь показать тебе настоящее доверие.- Он рассмеялся, и вместе с ним негромко заржали рядом сидящие парни лет двадцати пяти. Они были одними из тех, кто все слышал.
- Доверие? После этаких доверительных бесед девицы обычно родителям новую заботу в дом приносят, - грянула на вес автобус какая-то бабулька с кульками в руках, которой, между прочим, по всем законам этой Вселенной, полагалось быть глуховатой, а не иметь уши-локаторы! Те, кто не обращал на меня внимания, тут же обернулись. Кое-кто со скуки заинтересовался происходящим, и бабка стала все так же громко объяснять: мол, той девице, да-да, той, в зеленой рубашке, звонит парень и... приглашает ее на доверительные беседы интимного характера. Куда? Да на альпинистские луга. Какие? Ну, где снег и цветы, что, не видели по телевизору? Вот там и будут они друг другу того... доверять.
Таким заинтересовался даже мрачный парень-кондуктор, до этого прожигающий взглядом окно.
- Денис! - сказала я, понимая, что раз опозорилась, мне уже бояться нечего. Но в горы все равно хотела. Хотя бы для того, чтобы посмотреть на эти самые альпийские луга нашего местного разлива.
- Что?
- Ты совсем уже? - я тяжело вздохнула. Парни рядом кивали головой, мол, сделай чуваку счастье, соглашайся!
Пришлось отвернулась.
- В смысле совсем? - не понял Смерч. - Я просто хочу, чтобы ты поняла, что такое настоящие отношения.
- Спасибо, я поняла. И люди рядом со мною - тоже, - отозвалась я.
- Какие люди? - все-таки удивился он.
- Я в автобусе еду, и ты так орешь в трубку, что о твоих намерениях знают все. - С долей мстительности произнесла я. - И про горы, и про чувства.
Девушки рядом захихикали.
- И смеются. - Тут же добавила я. - А у меня, между прочим, сотовый заглючил, и я не могу сделать связь тише. Все слышно. Понимаешь, ты, дебил поеденный??
- Аааа, ты все-таки чудесна! - в восторге прокричал мне Денис в ухо. Нет, я никогда понять его не смогу. Другой бы на его месте засмущался, а он только обрадовался. - Эй, пусть все слышат, что ты моя! Эта девушка - моя. И вы не представляете, что она со мной делает. Особенно когда сердитая. Маша, из-за тебя у же не могу думать!
Парни устаивались на меня сначала подозрительно, а потом с великим одобрением. Девушки переглянулись, тетка в шляпе захихикала, два мужика со спортивными сумками задумчиво осмотрели меня с ног до головы, а бабка показала большой палец
- Я тебя убью, гад. - Только и прошипела я.
На этом батарея телефона села, связь отключилась и цирк закончился. Народ в автобусе погрустнел, а я новый спектакль устраивать не стала, чтобы их развеселить и выбежала через две остановки - потому что мои глаза узрели одно знакомое местечко под названием "Дерзкий шарм". Решение мое было импульсивным и, наверное, детским. Но уж очень мне не нравилось то, что Князева хочет походить на меня.
Я вышла, решив, что с сегодняшнего дня я перестану чего-либо стыдиться, после такого-то дурного инцидента. Меня молчаливо проводили, и только бабка вслед мне прокричала, высунувшись едва ли не по пояс в открытое окно:
- Девка! Не упускай парня! Меня в твои годы специально для этого никто в горы не звал! В альпинистские-то луга!
Пассажиры заражали, а я уже бодро шагала по направлению к своей цели, изредка касаясь кольца Смерча.
Ну, детка, поиграем с сумасбродною Машей в игру под названием "Смена имиджа"?
На следующий день в универ я пришла довольная-предовольная, изредка касаясь кончиками пальцев волос. Настроение у меня было превосходное, и даже вчерашний скандал с мамой, который я выдержала на "отлично", не помешал мне с улыбкой смотреть вперед. Шелест пока еще ярко-зеленых молодых листьев провожал меня от самой остановки до стен университета. Солнце радостно светило в макушку, явно шепчась с мыслями-головастиками. Ветер ласково трепал волосы и складки яркого длинного, до щиколоток, сарафана на бретелях. Сшито он был из тонкой белой ткань, украшенной большими синими и голубыми узорами, и приятно холодил кожу в жаркий день.
В университете я, все такая же счастливая, произвела почти что фурор - в пределах своей группы, правда. Хотя внимания я на себе испытала немало - многие ведь знали меня как девушку нашего местного Принца-гения, и им было очень интересно посмотреть на меня и лишний раз зачем-то мне улыбнуться или сказать что-нибудь типа: "Привет, это клево", "Ярко, здорово" или "Ух ты! Модно. Кстати, привет Смерчу!".
Первыми, кто мне встретился, был и Чащин и его друзья. Ребята сидели прямо на лестнице, недалеко от кабинета, и обсуждали что-то, гогоча на весь этаж.
- Привет, парни! - свойски поздоровалась я с одногруппниками.
- Привет, Машка, - машинально отвечали они мне, а потом заткнулись и молча уставились.
- Ого, Бурундукова, ты у нас что, эпатажная дива? - спросил один из них, оглядывая с интересом мою голову.
- Ну кто-то вроде. Ну как, круто вышло? - трухнула я волосами. Непривычно, когда их стало на треть меньше. Или даже больше, чем на треть.
- Крууууто, - протянул молодой человек. Остальные заулыбались и закивали согласно. Кое-кто особенно умный попросил меня с ним сфотаться. А Дмитрий встал со ступенек и, подняв бровь, подошел ко мне.
- Чего? - спросила я. - Эй, Чаща, мне идет? Я вчера к подруге в салон красоты заходила.
Вместо ответа он, все так же подозрительно глядя на меня, протянул руку с закатанным рукавом расстегнутой рубашки, под которой виднелась черная майка, и коснулся кончиков моих волос.
- Чаща, ты заставляешь меня бояться. Ну, мне идет?
- Ты что с собой сделала, сумасшедшая? - оглядел меня еще одним нехорошим взглядом Димка и как закричал. - Бурундукова, немедленно перекрасься!
- А что? - спросила я и захохотала. Зато я опять индивидуальность, и Князь похожа не на меня, а на старую меня. Если хватит смелости - пусть сделает то же самое. Черт, а ведь она меня еще вчера по Инету доставала - все писала, вроде как ненавязчиво, интересовалась, что я люблю: какие фильмы, музыку, книги. Я с трудом общалась ней, предвкушая ее удивление.
