— Но ведь есть еще миссис Гридлей.
— О, я ее не боюсь. Я начинаю любить это место. Пойдемте со мной, майор. Я хочу показать вам, где у нас будет ванильная роща.
Она встала. Сделав шаг к лестнице, она широко раскрыла глаза. У нее невольно вырвался возглас изумления.
Мужчина поднялся по лестнице на веранду и остановился в нерешительности.
— Кумс!
Глава XI. Возвращение Кумса
1
Это действительно был Кумс, брат ее покойного мужа.
— Что, приятная неожиданность ? Я прибыл на торговом корабле, который будет перевозить наши автомобили. О, я заключил прекрасные сделки. Наши машины завоевали рынок и раскупаются нарасхват. А теперь я приехал за вами. Через два дня отправляется пароход в Сан-Франциско.
Она сделала гримасу.
— Мне и здесь хорошо.
Он быстро взглянул на обоих мужчин.
— Это видно. Но перемена обстановки, замена скуки и однообразия веселой жизнью в Штатах принесет вам несомненную пользу.
— О, нет… здесь не было так скучно и однообразно, как вы полагаете. Я почти решила остаться тут не некоторое время.
— Но, моя дорогая, все уже приготовлено к отъезду. Я заказал каюты.
В глазах у нее он прочел упрямство, которое было ему слишком хорошо знакомо.
— Об этом мы потолкуем потом, — сдержанно произнесла она. — А теперь познакомьтесь с моими друзьями.
Мужчины молча поздоровались. Все испытывали какую-то неловкость, которую Фелиция тщетно пыталась рассеять.
— Значит, вы все-таки сумели приехать сюда, — обратилась Фелиция к Кумсу.
— Да, я успел сесть на пароход, и меня высадили недалеко отсюда. Двое туземцев перевезли меня в лодке через лагуну. А вот и они вдут с моим багажом.
Двое туземцев пересекли лужайку и направились к дому. Они были нагружены целой кучей чемоданов. Кумс, обливаясь потом, пошел им навстречу.
— Как вы решили относительно отъезда? — спросил Хилькрест.
— Не знаю. Подумаю. Я решу этот вопрос завтра.
— В таком случае, вы разрешите мне остаться здесь до завтра? Если вы решите уехать, я отвезу вас в Папити на своем катере. Мне это, должен признаться, очень неприятно. Во всяком случае я хочу проводить вас.
— Вы очень любезны. Между прочим, вы должны извинить Кумса. Он совсем не дурной человек, но здесь, как вы видите, он себя плохо чувствует.
— Понимаю, — сухо ответил Хилькрест.
Выкупавшись и переодевшись, Кумс почувствовал себя лучше.
— Кто этот бородатый рослый детина? — спросил
Кумс, обмахивая свое раскрасневшееся лицо широкополой шляпой.
Фелиция подала ему большой веер.
— Мой управляющий.
— И вы оставались здесь с ним вдвоем?
— Почему нет ?
— Но ведь это же не благоразумно. Что скажут об этом в обществе?
— Пусть говорят. Вы ведь знаете, я никогда не обращала внимания на общество.
— Гм! А насчет нашего маленького разговора, Фелиция? Вы сказали, что к моему возвращению ответ будет готов.
— Я еще не решила. Дайте мне, пожалуйста, подумать.
— Хорошо. Я рад, что вы не даете отрицательного ответа.
Кумс решил не тревожить ее больше вопросами, так как понял, что она находилась под впечатлением обаятельной красоты тропиков. Он считал, что с возвращением на родину это настроение пройдет. Удовлетворенный результатом своей беседы с Фелицией, он отправился в свою комнату и, проклиная москитов, лег спать.
2
Фелиция отыскала Муна в роще, где он наблюдал за сбором кокосовых орехов.
— Что вы думаете насчет моего отъезда?
— Я буду безумно жалеть, миссис.
— И я тоже. Я только стала привыкать к жизни здесь и очень не хотела бы уезжать, но есть некоторые причины, с которыми мне приходиться считаться. Так или иначе, но я решу этот вопрос только завтра. Как вам нравится мой шурин?
— Он, кажется, симпатичный человек.
— Мой муж Клайв ничуть не был похож на него. Он всегда был жизнерадостен и увлекался приключениями. Кумс человек степенный и деловой. Клайв всегда вышучивал его. Он называл его вечным холостяком
— В самом деле?
— Не знаю. Он хочет жениться,., на мне.
— На вас?
— Да. Видите ли, Кумс немного нравится мне, так как в некоторых отношениях похож на Клайва. Вы же знаете, что я обожала своего мужа. Он навсегда остался моим идеалом. Мне было всего лишь восемнадцать лет, когда мы поженились. Через месяц он отправился на войну, а через два уже был убит. Я никого не буду так любить, как любила его. С тех про прошло уже девять лет. Ведь мне теперь двадцать семь лет.
— Неужели. Я считал вас моложе.
И действительно, своей стройной, изящной фигурой и миловидной внешностью она производила впечатление молодой девушки.
— Нет, я уже старуха и должна серьезно подумать об этом, чтобы не остаться на всю жизнь одинокой вдовой.
В это время появился Хилькрест и они прекратили разговор. Майор пригласил Фелицию осмотреть туземную деревню, и они направились туда.
Ужин прошел скучно. Мун был погружен в свои думы, Хилькрест был сдержан. Только один Кумс говорил много. Он рассказывал о своем путешествии, о делах, о невыносимой жаре тропиков и впечатлениях. Во всей его речи чувствовалось бесконечное тяготение к родине. Мнения свои он выражал с такой самоуверенностью, что ставил обоих мужчин в неловкое положение. Кроме того, он на каждом шагу проявлял покровительственное отношение к Фелиции, что страшно их раздражало. Все чрезвычайно обрадовались, когда наступило время расходиться по комнатам.
Придя к себе в комнату, Фелиция не сразу легла спать. Она долго стояла у окна, любуясь звездным небом и сверкавшей вдали лагуной.
— Если бы я могла решиться уехать! — со вздохом произнесла она. — Но я не могу, не могу…
3
Она проснулась, почувствовав запах дыма. Она чихнула и подумала, что кто-нибудь развел костер, чтобы отогнать москитов. Затем она снова задремала.
Но что это? Дым становился все более едким. Он проникал в ее легкие, и она, кашляя, проснулась. С некоторым беспокойством она соскочила с кровати и, надев на себя халат, зажгла лампу.
У самой ее кровати, пробиваясь сквозь щели на полу, появились клубы огненного дыма. Она подбежала к двери.
— Пожар, — закричала она.
Мун спал в столовой на диване. В одно мгновение он очутился возле нее.
— Где?
Она указала на дым в комнате.
Он выпрыгнул через окно и посмотрел под домом.
— Тут все охвачено пламенем, — крикнул он. — Вытащите из дома все вещи, какие только можете. Я постараюсь потушить огонь.
