тем темнее. Вот и торопились пройти побольше, пока можно, двигаясь и по ночам. Как случилось, что недалеко от озера взяли влево, сами не смогли понять, только оказались вдруг в большущем болоте, ни обойти, ни объехать. Хоть назад возвращайся. Им бы вернуться, да понадеялись на свои силы. С пешими бы ничего не случилось, с кочки на кочку прыгать умели ловко, но коней прыгать так не заставишь. Конь Самтея ступил мимо и повалился в трясину, парень за ним. Елифан кричал другу, чтоб бросал повод и выбирался, но Самтей запутался ногами в конской упряжи, а вытащить и его, и лошадь Елифан не осилил. Что он только не кидал товарищу, как только не тащил! Увязший конь бился, чуя страшную смерть, и тянул за собой хозяина, не давая даже просто освободиться от пут. Захлебнулись быстро.
Елифан с трудом выбрался со своей лошадью обратно, долго сидел на берегу, трясясь от ужаса пережитого и горя. Погиб, глупо погиб его давний товарищ!
Но надо было продолжать путь, ведь от него сейчас зависели жизни многих людей. Старательно обойдя болото, Елифан все же вышел к озеру, а от него, сворачивая чуть левее солнышка, добрался и до речки Веряжи. Она впадает в Волхов, дальше уже и плутать не надо.
К Неревским воротам Новгорода подъехал на гнедой кобыле совершенно измученный парень. Стража даже пожалела:
– Ишь как вымотался-то сердечный… Откуда ты?
– От Ижоры, – махнул рукой Елифан.
– А чего ж лесом-то? – подивились новгородцы. – Там болотина на болотине, и увязнуть недолго.
Задели за живое, Елифан чуть не застонал от горя. Стража решила, что парень уж очень устал, посочувствовала:
– Ты скорей до двора-то добирайся. К кому идешь?
– К князю Александру.
– Чего?! – Это было уже неожиданно и потому опасно. Кто его знает, чего малый к князю рвется? – А ну стой! Зачем к князю?!
Елифан не знал, можно ли дружинникам говорить о свеях, потому сначала молчал. Но те не отставали:
– Отвечай, не то посадим под замок надолго, пока тысяцкий не разберется!
Пришлось сказать. Стражники ахнули, тут же взялись объяснять, что княжий двор на той стороне, как туда проехать, долго смотрели вслед, качая головами.
Больше до самого княжьего двора его не остановили, косились, но молчали. Елифан позже понял, почему косились. Он вылез из болота, где вытаскивал друга, но не стал хорошо мыться, не до того было, и теперь попахивал болотной тиной, а кое-где и был вымазан ею. Дружинники на дворе тоже приняли парня настороженно, но он так посмотрел, что провели к князю. Князя Александра в тереме не было, дружинник, что вел Елифана, усмехнулся:
– Да он к жене на ложе на ночь приходит ли? Все с дружиной. Вон, гляди!
На волховском берегу бились учебными мечами совсем молодые дружинники. Князь среди них выделялся не только своим корзно, но и ростом и статью. Высок, строен, издали видно, что главный. Выслушал дружинника, оглядел Елифана, махнул рукой:
– Отойдем в сторону.
Когда уселся на поваленное дерево, также махнул рукой, чтоб садился и Елифан. Но тот отказался:
– Я скажу, что велено, а потом уж…
– Как хочешь, – чуть устало пожал плечами Александр. – Ну, чего велено?
– Князь, в Неве свеи на многих ладьях. Боевых, с оружием.
Александр вскинул светлые глаза:
– Где? Откуда знаешь?
– Видели. Когда уходил, были почти у порогов. Верно, там и встанут пока.
– Откуда знаешь, что встанут? – Голубые глаза князя буравили, точно хотели пролезть внутрь, но Елифан не смутился. Толково объяснил:
– Там пороги, их при встречном ветре большим ладьям не пройти. Мыслим, станут ждать попутный ветер.
Князь задумался. Может, шведы уже прошли эти самые пороги, ведь ветер мог за два дня смениться. Елифан, видно, понял его сомнения, добавил:
– Ветер еще седмицу дуть так будет, потом может и поменяться, пора.
Князь вскинул на него глаза:
– Точно?
– Да кто ж поручиться может? Обычно все лето от Нево дует, а по осени точно от моря повернет.
– Ну, до осени еще далеко, – пробормотал Александр. – Иди отдыхай, я скажу сейчас.
Елифана и правда накормили, спать уложили в гриднице. Но сразу заснуть не удалось, гриди, видевшие, что князь долго о чем-то беседовал с парнем, постепенно вытянули из него все. Тоже задумались. Такая весть означала одно – войну со шведами. А где, у Новгорода ли или у Ладоги – как Бог даст.
Совет господ бы собрать срочно, но Александр решил сначала сам все обдумать, чтоб не получилось как в прошлый раз, когда стоял мальчишка мальчишкой перед мудрыми стариками. А те учили его, что с немецкими да свейскими купцами дружить надо больше, чем даже со своей Южной Русью. Тогда не смог сдержаться, накричал, потом чувствовал себя совсем несмышленышем. Нет, бояр надо убеждать готовыми словами.
Но он не мог сказать того, о чем твердили Вятич и Настя, этого говорить нельзя…
На военном совете молодой князь оглядел опытных тысяцких и лучших новгородских бояр. Весть о подходе таких сил по Неве обеспокоила всех донельзя. Первым высказался боярин Нездило:
– Новгородские стены зело крепить надо. Если к городу подойдут, будем биться до конца!
Его поддержал посадский Степан Твердиславич. Вокруг согласно зашумели. Александр едва не выкрикнул: «До какого конца?!» – но сдержался. Пока рано, пусть выскажутся. Услышал многое: что надо встретить врага на Волхове, перекрыть реку, подойти к самым порогам… спешно послать за подмогой к князю Ярославу… и многое другое.
Наконец Александру надоело слушать пусть и дельные, но не к месту советы, он встал. Еще совсем молодой, всего-то девятнадцать лет, князь был высок и строен. Точно тополь он возвышался сейчас над кряжистыми старыми дубами. И от этой тонкой, но крепкой фигуры на умудренных опытом новгородцев вдруг пахнуло такой уверенностью и силой, что вмиг затихли все. Будь у него сейчас меч в руке, оперся бы на меч, но оружия не было, не с врагами же встречался. И князь Александр вопреки обычаю вдруг зашагал по хоромине, в которой разговор вели. Слушая его, все поневоле поворачивали головы из стороны в сторону, но никто не возразил, не попросил сесть. Уж больно толково рассуждал молодой князь!
– Шведы пока стоят на Неве, но по всему видно, что пойдут сначала на Ладогу. Крепость у Ладоги каменная, только такую осаду все равно долго не выдержит. А если Биргер ее возьмет, мы его оттуда не выбьем. Надо успеть в Ладогу раньше шведов!
Боярин Колба поинтересовался:
– А верно ли, что шведы пока в Неве? Может, давно уж
