Вам приходилось сталкиваться с людьми, которыми движет болезненная жажда любви?
– Боюсь, что нет, – признала Терри.
– Под своей броней мисс София Крейн оставалась очень ранимым человеком. Все, что она делала, было направлено на то, чтобы привлечь внимание. Люди, которых в детстве не баловали любовью, готовы на все ради получения дозы тепла от окружающих. Отсутствие внимания для них хуже смерти. Они могут предпринять попытку самоубийства. Сделать это так, чтобы их кто-нибудь нашел, пожалел, спас.
– Что вы думаете по поводу самоубийства Нильса Крейна? – заговорил Рэй.
Доктор Портман развела руками.
– Кажется, думать о таком – работа полиции, офицер Лок.
– Будь вы полицейским, вы бы связали эти два случая?
– Возможно, – после паузы ответила Ванесса. – Безутешный брат покончил с собой после гибели любимой сестры? Если верить газетам, он был настроен серьезно. – Она посмотрела на наручные часы. – Через десять минут у меня пациент. Если у вас появятся дополнительные вопросы, звоните. – Она протянула Терри визитку. – Офицер Лок, офицер Нур, была рада знакомству.
Несколькими часами позже
Под вечер дождь прекратился, и реки воды на улицах старой половины превратились в ручейки. Терри ела шоколадный пирог, изучая улицу через стеклянную витрину ресторана «У Основателя».
– Мы могли поесть в более приличном месте, – сказал Рэй, уплетая венгерский гуляш.
– Здесь уютно, – возразила вампирша. – Шикарные места нагоняют на меня тоску.
– Ты бывала в «Жемчужной беседке»?
Терри помотала головой, прожевывая очередной кусочек пирога.
– Построили пару лет назад, – начал рассказывать эльф. – Восхитительное место. Подают морепродукты, как в «Дарах Афродиты», но они кажутся вкуснее, потому что единственная одежда тамошних официанток – это нить жемчуга на бедрах.
– Брось! – расхохоталась вампирша.
– Обожаю разыгрывать тех, кто не знает Ночной квартал.
– Так это клуб?
– Отличный клуб. Про морепродукты и официанток я не соврал.
Отставив блюдо с недоеденным пирогом, Терри подперла рукой щеку.
– Что ты думаешь об этой истории с домогательствами отца Софии Крейн?
– Я пытаюсь понять, при чем же здесь, мать твою, Донна Паркс. И не понимаю. Это приводит меня в ярость. Какая между ними связь? Майкл Шоу, София Крейн, Нильс Крейн? При чем здесь дурацкие переписки из их компьютеров? Автопортреты? Чертова жидкость, которой обрабатывают холсты? – Рэй бросил вилку на стол и взъерошил волосы. – Я в бешенстве.
– Не нужно, дорогой, – донеслось из-за стойки. Светлая фея Анна, дочь владелицы ресторана, читала учебник по медицине. – Если ты будешь нервничать, это плохо скажется на твоих чакрах и пищеварении.
– Послушай, – заговорила Терри. – А мать Нильса Крейна? Где она? Кто она? Мы ничего о ней не знаем. Помимо того, что она была первой женой отца Софии Крейн.
– При чем тут, во имя всех богов, мать Нильса Крейна?!
Вампирша тяжело вздохнула и вернулась к пирогу.
– Извини. – Рэй изучал недоеденный гуляш, будто размышляя, вычищать ли тарелку или отказаться, попросив десерт. – Меня раздражает это дело. Если он и вправду темное существо… ты намерена звонить брату? Или поедем к нему в гости? До особняка доктора Хобарта недалеко.
Терри посмотрела на телефон, лежавший на столе, как на ядовитую змею. Звонить Тристану не хотелось, но выбора не было.
– Намерена, – сказала она без особой уверенности в голосе.
– Так чего ты ждешь? Может, я сам позвоню?
– Нет-нет, – встрепенулась вампирша и взяла телефон, но набрать номер не успела. Экран осветился, показывая знакомое имя. К счастью, то был не Тристан. Или, судя по тому, что звонила Виттория, к несчастью.
– Лок опять оставил аппарат в машине? – вместо приветствия спросила детектив Лейб.
– Да, похоже на то. Привет, Вики. – Заметив, что Рэй вопросительно поднял брови, Терри пожала плечами. – Что случилось?
– У нас небольшая проблема. Далеко вам ехать до улицы Осенних костров?
– Мы в старой половине. С учетом «пробки» на центральном шоссе…
– … Рэй знает, как ее объехать. Чем вы занимаетесь?
– Обедаем. В смысле, ужинаем.
– При свечах и в романтичной обстановке? – Детектив Лейб хохотнула. – Бросайте еду и приезжайте. И не забудьте потушить свечи. Иначе устроите пожар.
Глава пятнадцатая. Виттория
14 ноября 2002 года, вечер
Треверберг
Дослушав вечерний выпуск новостей, Виттория выключила радио и, выбравшись из машины, направилась к ларьку с вывеской «Кафе Джо». С наступлением сумерек движение в районе Надежды сходило на «нет», и она могла смело переходить улицы пусть бы и по диагонали.
– Хот-доги, пирожки с картофелем, пирожки с мясом, гамбургеры, – без особого энтузиазма поприветствовал ее темнокожий парень в повернутой козырьком назад бейсболке. Он читал «Треверберг Таймс» и пил кофе из маленькой прозрачной чашки. – Чай, кофе, какао, – добавил продавец, бросив короткий взгляд на вампиршу. – Спиртное – только лицам, достигшим восемнадцати лет.
– Греческий салат и апельсиновый сок, – сказала Виттория, положив локти на прилавок.
Парень подошел к холодильнику и достал оттуда упаковку из прозрачного пластика. За салатом последовала стеклянная бутылка с соком.
– Бережете фигуру, а, леди?
– Ничего не поделаешь, работа сидячая.
– Если бы у меня были такие ножки, я бы тоже берег фигуру. С другой стороны, нет предела совершенству. Почему бы вам не обзавестись личным тренером? – Парень сверкнул улыбкой и сунул в рот зубочистку. – Возвращаетесь домой в полночь, а там вас ждет тренер. И такой: давайте заниматься, леди, самое время для тренировки.
Виттория протянула продавцу кредитную карту.
– Самая неудачная попытка месяца закадрить женщину засчитана, дружок. У тебя сигареты есть?
– Нет! – округлил глаза парень. – Я этой гадостью не торгую. И, если хотите знать, следовало бы запретить рекламу сигарет в спальных районах. Да и в Ночном квартале тоже!
– Как насчет того, чтобы запретить рекламу секс-услуг? Табачные компании хотя бы не обманывают покупателя и пишут, что это убивает. А несовершеннолетние проститутки идентификационных карт не показывают.
Продавец положил на прилавок чек и ярко-желтую шариковую ручку.
– Леди, вы что, коп? – прищурился он, допивая свой кофе.
– А ты что-нибудь скрываешь от полиции?
– Э, расслабьтесь! – парень примирительно поднял руки. – Я сделал комплимент вашим ногам, а спустя три минуты вы мне чуть ли не арестом угрожаете. Комплименты в
