там. Но когда вернулся, не нашел ни одного из них и представить себе не могу, куда они исчезли. Вот я и хотел спросить вас, почтенный дедушка, не видели ли вы случайно их?
Выслушав его, старик, холодно улыбаясь, спросил:
– А нет ли среди твоих приятелей одного с длинной мордой и большими ушами?
– Есть, есть, – быстро подтвердил Сунь У-кун.
– Второй, с угрюмым лицом, вел под уздцы белого коня, на котором восседал толстый белолицый монах.
– Вот, вот, – обрадовался Сунь У-кун.
– Так вот, что я скажу тебе, вы сбились с пути. И незачем тебе искать их. Заботься теперь о самом себе.
– Да ведь белолицый монах – это и есть мой учитель! – воскликнул Сунь У-кун. – А остальные двое, у которых не совсем обычный вид, мои братья. Мы все преисполнены горячим стремлением дойти до Индии и получить там священные книги. Как же я могу не разыскивать их?
– Я только что проходил здесь, – сказал старик, – и видел, как они сбились с дороги и попали прямо в лапы злому духу.
– Почтенный старец, – продолжал Сунь У-кун, – будьте милостивы, скажите мне, о каком злом духе вы говорите, где он живет: тогда я смогу пойти к нему – освободить своих товарищей, и мы все вместе будем продолжать наш путь на Запад.
– Эта гора, – сказал старик, – называется горой Золотого носорога, в горе есть пещера, которая также называется пещерой Золотого носорога. В пещере живет сам князь Носорог. Этот злой дух обладает огромной волшебной силой и очень искусен в военном деле. Твоих спутников уже нет в живых. И если ты пойдешь разыскивать их, то боюсь, что сам попадешь в беду. Я, конечно, не смею ни уговаривать тебя, ни задерживать, но думаю, что тебе лучше было бы не ходить туда. Обдумай все хорошенько.
– Спасибо за ваши наставления, почтенный старец, – поблагодарил его Сунь У-кун, – но разве могу я не разыскивать моих товарищей?!
Он взял у старца пустую чашку, переложил туда кашу и отдал ему. Старик положил свой посох, взял чашку и передал ее пареньку. Затем, приняв свой настоящий вид духов-хранителей, они стали отбивать земные поклоны.
– Великий Мудрец, – сказал старик, – я не могу больше обманывать вас. Мы – духи земли и гор и ждали здесь вашего прихода. Эту чашку с едой мы возьмем для того, чтобы она не мешала вам проявлять свое волшебство. А когда вы освободите Танского монаха из беды, мы преподнесем эту чашку ему, пусть он узнает о том, как вы уважаете и почитаете его.
– Ах вы, мерзкие духи, бить вас некому! – крикнул Сунь У-кун. – Почему вы раньше не вышли встречать меня? Да к тому же вздумали еще играть со мной в прятки. Что все это значит?
– Великий Мудрец, у вас очень горячий характер, – промолвил дух земли. – Поэтому мы и не посмели сказать обо всем прямо, боясь навлечь на себя ваш гнев, а решили сообщить вам намеками.
– Ну, так помните, я вас еще поколочу! – сказал, успокаиваясь, Сунь У-кун. – Смотрите, чтобы чашка была в полной сохранности! Ждите меня здесь, пока я расправлюсь с чудовищем!
Духи выполнили его приказ, а Великий Мудрец, натянув на себя сделанный из шкуры тигра плащ и туго завязав пояс из тигровых жил, с железным посохом в руках, устремился на гору, чтобы отыскать пещеру князя Носорога. Обходя гору, он увидел перед собой груды камней, а над зеленым утесом заметил каменные двери, которые охраняли духи. Их было очень много, и все они размахивали копьями и мечами. О, что за зрелище представилось глазам Сунь У-куна:
Как яшма, дымно стынут облака,
И мох зеленый покрывает скалы,
Встают утесы каменной грядой:
Дорога вьется через перевалы.
Пернатых крики. Визги обезьян…
Луань и феникс пляшут прихотливо.
Под солнцем вдруг зазеленел бамбук,
Пригрета солнцем, распустилась слива.
Но что там под утесами сейчас
И что в потоках, мчащихся в теснинах?
В тени утесов снег лежит горой,
Вода потоков – вся в тяжелых льдинах.
В двух рощах сосны с кедрами встают,
В своей красе, извечно горделивой, —
На склонах чая горного кусты
Краснеют одинаково красиво.
Долго не мог налюбоваться Великий Мудрец горными видами. Но наконец он оторвался от этой великолепной картины и быстро направился ко входу в пещеру.
– Эй вы, бесы! – громко крикнул он. – Бегите скорее к своему хозяину, если вам дорога жизнь, и доложите, что сюда прибыл ученик святейшего Танского монаха – Великий Мудрец, равный небу, – Сунь У-кун. Скажите ему, чтобы он немедленно освободил моего учителя!
Духи опрометью бросились в пещеру.
– Великий дух, – промолвили они, – к пещере подошел какой-то монах. Он весь оброс волосами, морда у него крючком. Он назвал себя Великим Мудрецом, равным небу, – Сунь У-куном, и требует, чтобы ему выдали Танского монаха.
– Вот и хорошо, что он явился сюда, – выслушав их, сказал дух, обрадовавшись. – С тех пор как я спустился из своих небесных чертогов на землю, мне еще ни разу не приходилось драться, а он вполне достойный противник для меня.
И он приказал своим слугам подать ему оружие. Слуги бросились выполнять его приказ и быстро притащили огромное стальное копье длиной в два чжана.
– Ну, вот что, ребятки! – обратился к ним дух. – Выстраивайтесь и следуйте за мной! Тот, кто выступит в первых рядах, – будет награжден. Тех же, кто попытается отступить, – я казню.
Подчиненные последовали за ним и вышли из пещеры.
– Кто здесь Сунь У-кун? – заорал дух.
Сунь У-кун выскочил откуда-то со стороны и посмотрел на духа. Что за безобразный вид был у этого чудовища!
Единственный рог был изогнут,
Поблескивал яростный взор,
И лоснились черные уши,
Вставал на макушке бугор.
Из пасти, раскрытой широко,
Болтался, свисая, язык,
И зверь языком своим длинным
Облизывать морду привык.
Из гнусной разинутой пасти,
Желтея, торчали клыки,
А шкура была темно-синей,
Как сталь, были мышцы крепки.
Не тот носорог он, чья кожа
Блестящей и темной была,
Такой, что в реке полуночной
Свой цвет отразить не могла.
Серпа золотого на небе
Для облачной жатвы не брал,
И буйволу не был подобен,
Который
