Утром 16 апреля 1319 года корабли под белыми парусами с изображением красного равноконечного креста покинули бухту Нэрн, что близ Инвернесс и взяли курс на запад. Ожидание возвращения экспедиции затянулось почти на три года. Все в замке считали корабли и экипажи погибшими. Все, кроме отца Огюста. В течение трех лет он с маниакальным упорством поднимался на самую высокую смотровую башню замка и вглядывался в морскую синеву.
Наконец и его надежда пошатнулась, но он не сетовал на судьбу. Однажды, когда на душе стало тяжело, отец Огюст взял статуэтку Бафомета, надрезал старый едва заметный шрам на руке, наполнил жертвенную чашу божка и попросил возвращения хотя бы одного корабля.
На следующее утро он, как всегда, поднялся на башню и долго стоял, всматриваясь в морскую даль. Осенний ветер трепал его длинные поседевшие волосы.
Корабль «Босеан», изрядно потрепанный в многочисленных штормах, чудом уцелевший, проследовал между мысом О’Гротс и Оркнейскими островами, лег на фордевинд. Еще немного и он достигнет долгожданной цели – бухты Нэрн, что недалеко от Инвернесса.
Отец Огюст, стоявший на башне замка, решил, что ему мерещится парус с красным крестом, приближавшийся к бухте. Он тряхнул головой, закрыл глаза и снова открыл, но видение не исчезало. Судно с белым парусом и красным крестом упорно держало курс на бухту Нэрн. Возвращался один из кораблей экспедиции.
Эпилог
Обитатели Инвернесс с распростертыми объятиями встретили вернувшихся моряков. Многие из них признались, что не верили в благополучный исход экспедиции.
Капитан «Босеана» поведал отцу Огюсту о том, что все три корабля благополучно достигли новых земель[89]. И земли эти богаты золотом и серебром. В подтверждение своих слов капитан приказал принести с корабля сундук, наполненный причудливыми золотыми и серебряными изделиями, некоторые из них были украшены горным хрусталем, изумрудами и нефритом.
Отец Огюст с нескрываемым интересом рассматривал содержимое сундука и слушал рассказ капитана. Он узнал, что корабли благополучно достигли цели. Команда шотландцев высадилась на новой земле и разбила лагерь. Вскоре в лагере появились местные жители, краснокожие люди, одетые в странные одежды, головы их украшали разноцветные перья. Их вооружение показалось шотландцам весьма примитивным, лишь луки да копья, редко у кого из них были длинные охотничьи ножи из бронзы.
Местные аборигены не проявляли агрессивности, лишь чрезмерное любопытство. Шотландцы, воспользовавшись этим обстоятельством, предложили им в подарок некоторые вещи, от которых краснокожие пришли в неподдельный восторг.
На следующий день краснокожие принесли в лагерь различную пищу, а затем одежду, примитивную кожаную обувь и украшения, многие из золота и серебра. Так между моряками и обитателями местных земель завязался взаимообмен.
Через несколько месяцев шотландцы уже охотились на территории, прилегающей к лагерю, добывая себе пропитание. Капитан же тем временем стался освоить язык местных жителей, дабы узнать: можно ли в их землях добывать золото и серебро?
Впоследствии капитан выяснил, что эти драгоценные металлы, столь почитаемые в Европе, не имеют для краснокожего населения ни малейшей ценности, ибо они владеют ими в избытке.
Внимательно слушая рассказ капитана, Огюст подумал: жаль, что великий магистр де Молэ не дожил до этого момента. Ибо теперь орден сможет восстановить свое былое могущество.
Капитан еще долго рассказывал отцу Огюсту о новой земле. Их разговор длился несколько часов. Затем капитан признался, что привез с собой краснокожего колдуна. Тот выразил желание совершить дальнее путешествие, пообещав умилостивить своих богов, дабы те сопутствовали удачному плаванию.
Действительно, путешествие от берегов новообретенной земли до мыса Нэрн прошло успешно. Но перед тем, как пришвартоваться к причалу, колдун подошел к капитану и сказал, что хочет поговорить с седым человеком, живущим в высокой башне.
Отец Огюст удивился словам капитана.
– А почему вы решили, что этот человек именно я?
Капитан пожал плечами.
– Мне в точности вас описал колдун. Поверьте, я при нем ни разу не упомянул о вас или о том, что вы возглавляете Инвернесс.
– Хорошо, я приму этого краснокожего колдуна. – Согласился отец Огюст, снедаемый любопыством, не каждый день можно увидеть человека, живущего за океаном.
И вот перед взором отца Огюста предстал колдун. И шевалье воочию увидел, почему капитан называл заокеанских обитателей краснокожими. Ибо кожа колдуна действительно имела красноватый оттенок. Лицо его открытое и даже красивое, выдавало незаурядный ум и гордый нрав. Огюст, не скрывая удивления, воззрился на чужеземца. Тот же в свою очередь вперился в хозяина Инвернесса своими цепкими темными глазами.
Огюст с интересом разглядывал одежду колдуна. Тот был облачен в просторную хламиду, чем-то напоминающую шерстяное одеяло, расшитое различным орнаментом и украшенное серебряными бляхами с причудливыми изображениями.
Колдун также внимательно изучал шевалье. И, наконец, что-то произнес на странном гортанном наречии. Капитан поспешил перевести его речь.
– Мудрый змей, так зовут нашего гостя, говорит, что вы владеете страшной силой, и она уничтожит вас.
После таких слов Огюст почувствовал, как холод сковал его члены. Немного придя в себя, он спросил:
– А почему Мудрый змей так думает?
Капитан перевел вопрос. Чужеземец сделал странный жест рукой и ответил:
– Он говорит, что ему поведали об этом боги. – Пояснил капитан. – И он не вправе ослушаться их и поэтому просит тебя, Человек из высокой башни, отдать ему эту страшную силу.
Шевалье окончательно растерялся. Он понимал, что Мудрый змей говорит о Бафомете. Но откуда он знает о магической силе статуэтки?..
– Если вы не отдадите Мудрому змею страшную силу, то она лишит вас разума. – Снова перевел капитан.
Огюст обмяк, ему показалось, что мозаичный пол уходит из-под ног. Он вспомнил семейное предание, в котором говорилось, что Клермон де Монсегюр де Бланшефор прожил долгую жизнь, но на склоне лет лишился рассудка. Уж не Бафомет ли тому виной?
– Переведи нашему гостю, что я отдам ему страшную силу… Тотчас же…
Колдун понял ответ Человека из высокой башни без перевода. И удовлетворенно кивнул.
Неожиданно Огюста пронзила резкая боль в груди, он упал и начал задыхаться. Перед глазами стоял Бафомет, его кроваво-красные рубины блестели демоническим огнем.
