Бурный драматический финал начинается взрывом, ожидание которого пронизывало предшествующую часть. Здесь, в последнем и самом масштабном, грандиозном разделе симфонии, разворачивается полная накала борьба. Драматические, полные огромной напряженности звучания сменяются моментами забытья, отдыха... Главная партия “вызывает в воображении образ толпы, хлынувшей в панике при сигнале бедствия — сигнале засурдиненных труб, поданном во вступлении к части” (М. Сабинина). Появляются страх, смятение, грозно звучит тема рока. Побочная партия с трудом перекрывает колоссальное разбушевавшееся tutti. Нежно, мечтательно интонирует ее мелодию скрипка соло. Но в разработке и побочная теряет свой лирический характер, она вовлекается в общую борьбу, то напоминает тему траурного шествия из третьей части, то превращается в жуткий гротеск, то звучит мощно у медных, перекрывая звучанием весь оркестр... После кульминации, срывающей накал разработки, вновь звучит мягко и нежно у солирующей виолончели с сурдиной. Но и это не все. Новая дикая вспышка энергии происходит в коде, где побочная тема завладевает всеми верхними голосами оркестра на предельно мощном звучании. Лишь в последних тактах симфонии достигается утверждение. Конечный вывод все же оптимистичен.
Симфония № 2
Симфония № 2, посвящение “Октябрю” си мажор, ор. 14 (1927)
Состав оркестра: 2 флейты, флейта-пикколо, 2 гобоя, 2 кларнета, 2 фагота, 4 валторны, 3 трубы, 3 тромбона, туба, литавры, треугольник, малый барабан, тарелки, большой барабан, заводской гудок, колокольчики, струнные; в заключительном разделе смешанный хор.
История создания
В начале 1927 года, вернувшись с международного конкурса имени Шопена, в котором он занял пятое место, Шостакович сразу попал на операционный стол. Собственно, мучивший его аппендицит и был, наряду с явной предвзятостью жюри, одной из причин конкурсной неудачи. Сразу после операции началось сочинение фортепианных “Афоризмов” — юный композитор соскучился по творчеству во время вынужденного перерыва, вызванного интенсивной подготовкой к конкурсным выступлениям. А после законченного в начале апреля фортепианного цикла началась работа совершенно иного плана.
Агитационный отдел музсектора Госиздата заказал Шостаковичу симфонию, посвященную десятилетию Октябрьской революции. Официальный заказ свидетельствовал о признании творческого авторитета двадцатилетнего музыканта, и композитор с удовлетворением принял его, тем более, что его заработки были случайными и нерегулярными, в основном — от исполнительской деятельности.
Работая над этой симфонией, Шостакович был абсолютно искренним. Вспомним: идеи справедливости, равенства, братства на протяжении веков владели лучшими умами человечества. На алтарь служения им приносили жертвы многие поколения русских дворян и разночинцев. Шостаковичу, воспитанному в этих традициях, революция пока еще казалась очистительным вихрем, несущим справедливость и счастье. Он загорелся идеей, которая может показаться по-юношески наивной — создать по симфоническому монументу к каждой из знаменательных дат молодого государства. Первым таким монументом и стала Вторая симфония, получившая программное наименование симфоническое посвящение “Октябрю”.
Это одночастное произведение, построенное в свободной форме. В создании ее, да и в общем замысле серии “музыкальных монументов”, большую роль сыграли впечатления “улицы”. В первые послереволюционные годы появилось массовое агитационное искусство. Оно вышло на городские улицы и площади. Вспоминая опыт времен Великой французской революции 1789 года, художники, музыканты, театральные деятели принялись за создание грандиозных “действ”, приуроченных к новым советским праздникам. Например, 7 ноября 1920 года на центральных площадях и невских набережных Петрограда разыгрывалась грандиозная инсценировка “Взятие Зимнего дворца”. В представлении участвовали воинские соединения, автомобили, руководил ими боевой постановочный штаб, оформление создавали видные художники, в том числе добрый знакомый Шостаковича Борис Кустодиев.
Фресковость, броскость сцен, скандирование митинговых призывов, различные звукошумовые эффекты — свист артиллерийских выстрелов, шум автомобильных моторов, треск ружейной пальбы — все это использовалось в постановках. И Шостакович также широко использовал звукошумовые приемы. Стремясь передать обобщенный образ народа, совершившего революцию, он применил в симфонии даже такой неслыханный ранее “музыкальный инструмент”, как заводской гудок.
Над симфонией он работал летом. Написана она была очень быстро — 21 августа, по вызову издательства композитор поехал в Москву: “Музсектор меня вызвал телеграммой для демонстрации моей революционной музыки”, — писал Шостакович Соллертинскому из Царского Села, где отдыхал в те дни и где начиналась новая глава его личной жизни — молодой человек познакомился там с сестрами Варзар, одна из которых, Нина Васильевна, через несколько лет стала его женой.
По-видимому, показ был успешным. Симфония была принята. Ее первое исполнение состоялось в торжественной обстановке кануна советского праздника 6 ноября 1927 года в Ленинграде под управлением Н. Малько.
Музыка
Первый раздел симфонии критики определяли как “тревожный образ разрухи, анархии, хаоса”. Начинается он глухим звучанием низких струнных, мрачным, неясным, слившимся в сплошной гул. Его прорезают отдаленные фанфары, словно дающие сигнал к действию. Возникает энергичный маршевый ритм. Борьба, устремленность вперед, от мрака к свету — вот содержание этого раздела. Далее следует тринадцатиголосный эпизод, за которым критика закрепила название фугато, хотя в точном смысле правила, по которым фугато пишется, в нем не соблюдены. Происходит последовательное вступление голосов — скрипки соло, кларнета, фагота, затем последовательно других деревянных и струнных инструментов, связанных между собой лишь метрически: ни интонационной, ни тональной связи между ними нет. Смысл этого эпизода — огромное энергетическое нагнетание, приводящее к кульминации — торжественным призывам фортиссимо четырех валторн.
Стихает шум битвы. Инструментальная часть симфонии заканчивается лирическим эпизодом с выразительным соло кларнета и скрипки. Заводской гудок, поддержанный ударными, предваряет заключение симфонии, в котором хор скандирует лозунговые стихи Александра Безыменского:
Мы шли, мы просили работы и хлеба,Сердца были сжаты тисками тоски.Заводские трубы тянулися к небу,Как руки, бессильные сжать кулаки.Страшно было имя наших тенет:Молчанье, страдание, гнет...
(А.Безыменский)Музыка этого раздела отличается четкой фактурой — аккордовой или имитационно-подголосочной, ясным ощущением тональности. Полностью исчезает хаотичность предшествующих, чисто оркестровых разделов. Теперь оркестр просто аккомпанирует пению. Заканчивается симфония торжественно, утверждающе.
Симфония № 3
Симфония № 3, ми-бемоль мажор, ор. 20, Первомайская (1929)
Состав оркестра: 2 флейты, флейта-пикколо, 2 гобоя, 2 кларнета, 2 фагота, 4 валторны, 2 трубы, 3 тромбона, туба, литавры, треугольник, малый барабан, тарелки, большой барабан, струнные; в заключительном разделе смешанный хор.
История создания
Весной 1929 года Шостакович работал над музыкой к кинофильму “Новый Вавилон”, которую он сдал на киностудию в марте. Проделанная работа увлекла его необычностью задачи: написать музыку к немому фильму, музыку, которую исполняли бы вместо обычных импровизаций сидящего в кинозале пианиста. К тому же он по-прежнему перебивался случайными заработками, и неплохой гонорар от кинофабрики (так в те времена назывался позднее прославленный “Ленфильм”) был совсем не лишним. Сразу после этого композитор принялся за создание Третьей симфонии. К августу она была закончена, за нее также был получен гонорар, и композитор впервые смог позволить себе поехать отдыхать на юг. Побывал в Севастополе, затем остановился в Гудаутах, откуда писал Соллертинскому, в частности, о своем желании, чтобы “Первомайской симфонией” дирижировал Гаук.
В собственной аннотации Шостакович сообщал: “"Первомайская симфония" сочинялась летом 1929 года. Симфония является частью цикла симфонических произведений, посвященных революционному Красному календарю. Первой частью задуманного цикла является симфоническое посвящение "Октябрю", второй частью является "Первомайская симфония". Как "Октябрю", так и "Первомайская симфония" не являются произведениями чисто программного типа. Автор хотел передать общий характер этих праздников. Если посвящение "Октябрю" отображало революционную борьбу, то "Первомайская симфония" отображает наше мирное строительство. Это, однако, не означает, что в "Первомайской симфонии" музыка сплошь апофеозного, праздничного характера. Мирное строительство — это напряженнейшая борьба, с такими же боями и победами, как и гражданская война. Такими соображениями руководствовался автор при сочинении "Первомайской симфонии". Симфония написана в одной части. Начинается со светлого, героического напева на кларнете, переходящего в энергично развивающуюся главную партию.
