глядя ему вслед.
– То не я. То ветераны мои их гоняют так, что только перья летят. У хорунжего рука тяжёлая. Подзатыльник отвесит, и уши отвалиться могут. А этого добра он для молодых не жалеет, – усмехнулся Руслан.
– Ну, думаю, чаю мы с тобой выпить успеем. Надеюсь, никто больше не помешает, – усмехнулся Рязанов, увидев входящего с подносом слугу.
* * *
Следующим утром, проводив отряд, Рязанов вернулся к себе в дом и засел за бумаги. Любая государственная структура – это, прежде всего, нескончаемый поток бюрократии. И именно по количеству бумаг и судят о результатах работы той или иной структуры. Именно по количеству, а не по их содержанию. Просто потому, что содержание изучается только лицом, которому надлежит читать написанное, а все остальные обходятся наличием самой бумаги.
Разложив на столе текущие документы, граф не спеша закурил и принялся оформлять очередной отчёт. Благо писать ему было о чём. Что ни говори, но их служба была на данный момент самой результативной. Уже привычные формулировки и словообороты ложились на бумагу, объясняя те или иные действия, когда вошедший слуга, из бывших филеров, доложил:
– Ваше сиятельство, там к вам из городской жандармерии прибыли.
– Кто именно? – уточнил Рязанов, привычным жестом захлопывая папку.
Эту привычку он перенял от своего приятеля Руслана. Тот, даже рисуя свои эскизы каких-то станков, первое время переворачивал все бумаги лицевой стороной вниз. Графу эта его привычка так понравилась, что он взял себе за правило укрывать все документы, с которыми работал, даже если в кабинет входили люди, достойные доверия. Сам этот жест говорил о многом. И у большинства высших офицеров сразу отпадали все вопросы по сохранению тайны их дел.
– Полковник какой-то. Фамилии он не назвал. Сказал только, что ему требуется поговорить именно с вами. Ещё уточнил, не здесь ли князь Ростовцев, – подробно доложил слуга.
– Занятно, – удивлённо хмыкнул граф. – Руслан-то им чем не угодил? Хорошо. Проси, – кивнул он, начиная убирать документы со стола.
Вошедший полковник, увидев, как майор убирает в сейф очередную папку, только головой покачал.
– Добрый день, граф, – поздоровался он, подходя к столу. – Я не займу у вас много времени.
– День добрый, – отозвался Рязанов, убирая ключ от сейфа в карман. – Прошу вас, присаживайтесь, господин полковник. Я вас внимательнейшим образом слушаю.
– Я вынужден был беспокоить вас вот по какому вопросу. Наше ведомство весьма заинтересовано в регулярных прямых поставках бумаги вашей мануфактуры. К моему огромному сожалению, ваш товарищ посчитал это не особо важной задачей, поэтому я вынужден обращаться к вам.
– Понимаю, – вздохнул Рязанов. – Но вся беда в том, что князь отказал вам не просто так. Для заключения подобного договора нужно иметь уверенность, что ты сам сможешь выполнить все взятые на себя обязательства. Осмелюсь напомнить, что мы вообще ни с кем не заключали подобных соглашений. И не потому, что не хотим, а потому, что опасаемся не выполнить данного слова. Ведь изначально эта мануфактура затевалась для решения наших, так сказать, внутренних проблем. Ну, а уж когда возникли избытки получаемой бумаги, решили продавать её через свою лавку.
– Ну, мы так и предполагали, – удовлетворённо кивнул полковник. – Но ведь дело-то пошло. В лавке вашей не только бумагу, но ещё и всякие чертёжные инструменты продают. И должен признать, что инструмент тот весьма отменного качества. Вы даже о футлярах для него подумали.
– Это всё князь, – понимающе усмехнулся Рязанов, у которого в столе лежала готовальня изготовления Руслановых мастеров. – Умеет он всякое разное для облегчения службы придумать.
– А вы? – насторожился полковник. – Вы же с ним в доле.
– А я помогаю, чем могу. Людей толковых подобрать, с сырьём решить. Благо я в этих местах, можно сказать, старожил и почти всех купцов в лицо знаю. Есть у кого спросить.
– Понятно. Но вы так и не ответили на мой вопрос, – надавил полковник. – С чего вы не хотите расширить дело и взять под себя все поставки бумаги в городе?
– Тут вопрос не в том, что не хотим. Тут вопрос в возможностях, – снова вздохнул граф. – К тому же мы и так увеличили объём производства. А для серьёзного расширения требуется изготовить станки, поставить ещё один цех, ну и людей набрать, само собой. А то сейчас у нас казачки подростки работают. Почитай, мальчишки. А у нас на первом месте служба. И уж поверьте, это совсем не шутка. Вон, прямо сию минуту князь со своими бойцами снова в лес умчался.
– А что, причина имеется? – ещё больше насторожился полковник.
– Имеется. Вроде как обнаружили лёжку тех самых турок, о которых нам известно стало, – кивнул майор, внимательно наблюдая за своим собеседником. – Вот он и помчался проверять, а если это правда, так и решить проблему раз и навсегда. А вы говорите, мануфактура. Тут из кабинета в собственном доме не вылезаешь, даже чтоб за женой приглядеть. Все дела дома веду.
– Сочувствую, – слегка поморщился полковник. – Выходит, всё дело в нехватке времени?
– Да нам для серьёзного расширения много чего не хватает. Не будем забывать, ваше высокопревосходительство, что дело это мы затеяли на свои, кровные. А жалованье у нас не такое и большое. Но, как вы сами изволили выразиться, дело пошло. Глядишь, через время и получится как следует расшириться. Подождать надо.
– Жаль. Весьма, – мрачно протянул полковник. – Я надеялся, что мы сможем договориться, господин майор.
– Это угроза? – поинтересовался Рязанов так, что жандарм невольно вздрогнул, услышав в его голосе явный лязг металла.
– Господь с вами, – поспешил откреститься жандарм. – Нет. Я не для того сюда приехал. Думал, у вас этим делом управляющий занимается, и вы можете просто дать ему нужные указания. А тут всё на живую нитку смётано.
– Да бог с вами, господин полковник, – отмахнулся граф. – Какой тут управляющий, ежели мануфактура только-только работать начала. Мы ещё станки толком не обкатали.
– Что ж. Не смею больше докучать, – вздохнув, поднялся полковник и, коротко поклонившись, попрощался. – Честь имею.
– Доброго пути, ваше высокопревосходительство, – не поднимаясь, кивнул Рязанов.
Дождавшись, когда за жандармом закроется дверь, он достал из стола папку с бумагами и потянулся за очередной папиросой, когда всё тот же слуга, войдя, доложил:
– Ваше сиятельство, к вам граф Осташков.
– Проси, голубчик, – быстро кивнул майор, моментально убирая всё ту же многострадальную папку.
Вошедший офицер в мундире подполковника Измайловского полка, не спеша огляделся и, присев в указанное кресло, спросил:
– Где находится сей момент ваш товарищ, князь Ростовцев?
– А кто вам сказал, господин подполковник, что вы вправе задавать мне подобные вопросы? – холодно поинтересовался граф, раскрывая портсигар.
– Желаете видеть мои бумаги? – иронично усмехнулся
